Запрети любить (СИ)

На ее губах промелькнула странная улыбка.
— Нет, милая.
— Почему? — удивилась я.
— У него уже есть жена, — загадочно ответила мама.
Только позднее, лет в двенадцать или тринадцать я поняла, кем стала моя мама. Сначала она была эскортницей — сопровождала богатых мужчин на встречах и поездках. Это был так называемый чистовой экскорт. Мама училась на переводчика, поэтому знала два языка, разбиралась в истории и литературе, поэтому могла, как говорила Оксана, стать достойной спутницей обеспеченного человека. А потом, как и Оксана, мама нашла богатого мужчину и стала его любовницей. Содержанкой. Ей не нужно было работать — только следить за собой и по первому его зову срываться и ехать к нему.
Сложно ли мне было принять это? Наверное, нет. Это было словно само собой разумеющееся. Какой-то поломанной нормой нашей жизни. Я понимала, что это неправильно, но ничего не могла поделать. Лишь казнила себя, потому что считала, что, возможно, в этом есть и моя вина. Ведь после побега от отца мама осталась со мной на руках и совершенно без денег и поддержки. Возможно, у нее просто не было другого выхода. Мы никогда не говорили об этом. Просто жили. А что еще оставалось делать?
Иногда я чувствовала отвращение: то к маме — за то, что она живет такой жизнью, то к себе — за то, что я позволяю ей это. Но я молчала. Я всегда молчала. Даже когда видела маму со Стасом. Это был их с Оксаной друг — по крайней мере, так они говорили мне. Но на самом деле это был их работодатель, как бы странно это ни звучало. Этот Стас владел агентством моделей и занимался какими-то мутными делами. Мы редко пересекались, перекидывались парой приветствий и все, но он не нравился мне. Ужасно не нравился. Почему, я и сама не понимала.
Когда мы виделись, Стас часто говорил мне, что я похожа на мать. И это действительно было так — как и мама, я была светловолосой, голубоглазой и выше среднего роста. С похожими тонкими чертами лица, фигурой «песочные часы» и длинными ногами, которые казались мне слишком тонкими. На селфи я нравилась себе, но на фотографиях, которые делали другие люди, — не особою Мне всегда казалось, что я недостаточно хороша. Зато мама действительно была красива — по-настоящему. Ее хрупкая светлая красота была как вино — с каждым годом раскрывалась все лучше. Мама прекрасно знала эта и использовала, когда ей это было выгодно — я лишь могла наблюдать со стороны и брать пример.
  
Глава 3. Моя мама выходит замуж
 
Когда мне исполнилось девятнадцать, и я училась на третьем курсе университета, моя мама объявила, что выходит замуж. Она сказала об этом утром, когда я собиралась на занятия, и это стало для меня шоком. Я знала, что она встречается с каким-то богатым мужчиной, но не думала, что у них все настолько серьезно.
— Я выхожу замуж, Яра, — сказала мама так просто, словно сообщила о покупке очередных духов, которыми был заставлен ее туалетный столик. Она любила шикарные ароматы. И часто повторяла, что женщина должна вкусно пахнуть.
— В смысле замуж? — не поняла я, замерев — ложка с овсяной кашей так и не попала мне в рот.
— В прямом, — улыбнулась она. — В моей жизни появился чудесный мужчина, который хочет связать наши жизни воедино.
— Ты сейчас серьезно, мам? — спросила я, не понимая, что чувствую. То ли удивление, то ли страх.
— Еще как, — ответила она. — Да, я тоже не ожидала такого стремительного развития наших отношений, но… Костя хочет сделать меня своей женой, дочка.
— И ты согласилась? — сглотнула я.
— Да. У нас взаимные чувства. Костя — известный бизнесмен. С огромным состоянием. Смотри, какое кольцо он мне подарил. — И мама протянула вперед изящную руку — на безымянном пальце сверкала россыпь бриллиантов. Сразу видно — кольцо дорогое. Бессовестно дорогое, как когда то говорила бабушка Галина.
— А он… Он знает про меня? — сглотнув, спросила я.
Вдруг мама скрывала мое существование? Тогда ей придется делать вид, что я не ее дочь. И я останусь одна. Совсем одна… Это был мой самый большой страх. Я боялась одиночества, и мысль о том, что рядом не будет близких людей, душила.
 
— Конечно, знает, — нахмурилась мама. — У него тоже есть ребенок. Яра, если честно, это особенный человек. Возможно, я искала его всю жизнь. Кольцо, конечно, красивое, но… Оно ничто по сравнению с тем, как он относится ко мне. С нежностью и уважением. Костя любит меня. А я — его.
На ее лице появилась улыбка, которой я давно не видела. Счастливая, а не вымученная. Неужели мама влюбилась? Наверное, это хорошо. Только… как же я? Она не бросит меня?
— Ну чего ты, дочка? — вздохнула мама, видя, что мне не по себе.
— Я боюсь, что он будет такой же, как он, — прошептала я и встала с барного стула. Старые воспоминания оживали в голове, словно фрагменты кошмара.
Всего лишь одно личное местоимение — и мама поняла, кого я имею в виду. Отца. Я никогда не называла его папой. Только он. Безликое холодное слово.
Мама подошла ко мне и крепко обняла.
— Нет, милая. Не такой, — тихо сказала она. — Костя полная противоположность. Он хороший человек. Достойный. Правда. И я надеюсь, он понравится тебе. И его сын — тоже. Хотя он немного сложный мальчик, но… Ты же мечтала в детстве о старшем брате.
— Насколько он старше меня? — удивленно спросила я.
— На год. Мы с Костей надеемся, что вы найдете общий язык. Мы оба очень переживаем.
Мама отпустила меня и взяла за руки. Улыбнулась, заглядывая мне в глаза. И я улыбнулась в ответ.
— Сегодня вечером я вас познакомлю, идет? В шесть приезжай в «Симфонию», хорошо?
«Симфония» — один из самых дорогих ресторанов города. Мама и Оксана очень его любили, им казалось, что это роскошное место с живой музыкой. А я считала его скучным и пафосным. В отличие от них я редко где-то бывала, клубам предпочитала книги, а компании парней — компанию подруг, которые учились вместе со мной на факультете журналистики в лучшем университете города. Я сама поступила на бюджет, и это была моя маленькая гордость.
— Мы договорились встретиться там. Ты, я, Костя и его сын, — продолжала мама.
Мне пришлось согласиться. Другого выбора у меня не было.
— Я приеду.
— Карманные деньги я перевела тебе на карту. Поэтому просто вызови такси. — Она всегда ездила на такси и мне постоянно говорила, чтобы я не стояла на остановках и не мерзла, ожидая автобус. — Нам с тобой нужно научиться водить, Яра. Знаешь, Костя учил меня на той неделе, и оказывается, это не так уж и сложно!
Я подняла бровь. Этот Костя учил маму ездить на машине? С ума сойти.
— Дочка, и оденься элегантно, хорошо? Хочу, чтобы ты произвела впечатление на Костю, — попросила она. — Ты у меня очень красивая. А когда вылезаешь из этих своих джинсах и надеваешь платья, то становишься просто ослепительно прекрасной.
— Мам, ты так говоришь, потому что я твоя дочка, — рассмеялась я.
— Моя дочка — самая красивая девочка, — улыбнулась мама и потискала меня за щеку — как в детстве. Настроение у нее было великолепным. А вот я была встревожена новостью. У мамы будет муж? С ума сойти!
По дороге в университет я вновь и вновь прокручивала в голове наш диалог. Мне все еще никак не верилось, что мама снова выйдет замуж, и я понятия не имела, как изменится наша, может быть, и неправильная, но размеренная и привычная жизнь. Может быть, я останусь в нашей квартире, а мама переедет к этому самому Косте? Наверное, это лучший вариант для нас обеих. Она будет рядом с любимым мужчиной, построит с ним прочные отношения, а я начну жить самостоятельно. У меня постоянно будет тусоваться моя лучшая подруга Стеша — она живет на другом конце города, и до Академгородка ей добираться сложновато. Мне — гораздо быстрее.
За мыслями я и не заметила, как приехала. Такси остановилось неподалеку от моего учебного корпуса, который считался главным. Наш университет находился в Академгородке — это был целый комплекс недавно построенных зданий, соединенных переходами, со множеством сквериков, библиотекой и ректоратом. Тому, кто оказался здесь первый раз, легко можно было заблудиться. Я же, однако, проучилась в университете два года и все вокруг знала, как свои пять пальцев.