Запрети любить (СИ)
— Верно, — вынуждена была признать я.
— Он многое знает про твою мать. Понимает, что она была любовницей богатого человека. Но есть одно но. Помнишь Стасика… Станислава?
— Доброго друга мамы? — хмыкнула я, вспомнив этого неприятного мужчину.
— Его самого, не к ночи он будет помянут, — кивнула Оксана. — Когда-то мы с ним хорошо общались. Я сама пришла к нему и привела Ленку, потому что знала — он ищет новых девочек. Не уличных шалав, а умниц, которые смогут на должном уровне вести себя на бизнес-приемах. Знаешь, как устроен этот бизнес? Не так, как думают некоторые. Девочки должны быть не только эффектными или начитанными. Они должны казаться недоступными. Когда бизнесмен едет куда-то со своей спутницей, ему хочется, чтобы она производила не впечатление королевы, а не продажной девки. Чтобы у остальных возникла иллюзия — он не покупал ее, она сама захотела с ним быть. Это и есть статусность. Такие девочки, как твоя мать, были дорогими аксессуарами, которые богатые мужики брали у Стасика в аренду, понимаешь? И лица должны были быть незаезженными. Отработала пару лет и до свидания, нужна новая кровь. Но девочки не жаловались. После работы у Стасика они обычно находили себе обеспеченных мужчин и жили припеваючи. Либо уходили в «чернуху» и прилично зарабатывали, порою миллионы за ночь. Короче, все оставались довольными. Так вот, возвращаясь к твоему вопросу про Костика… Клиентами Стасика всегда были богатые люди. Которым была важна полная конфиденциальность. И он всегда ее обеспечивал. Думаю, служба безопасности Кости не смогла копнуть так далеко. В конце концов, больше десяти лет прошло, а Стасик умеет хранить не только свои секреты, но и секреты своих клиентов. Я уверена — если бы Костя знал правду, он бы не сделал предложение твое матери. И она тоже так думает. Поэтому очень боится. — Оксана снова наполнила бокал. — Я бы на ее месте рассказала правду, но твоя мать слишком любит Костю. Боится потерять.
Я нахмурилась. Примерно так я и думала.
— А что хотел этот Стасик? — спросила я. — Зачем он приходил к маме?
— Спроси у нее сама.
— Не уверена, что она ответит.
Оксана задумчиво взглянула на меня.
— Хотел, чтобы она обучала его новых девочек.
Я едва не поперхнулась газировкой.
— Серьезно?..
— Конечно. Но она отказалась. Зачем ей это? — пожала плечами Оксана, и я вдруг подумала — она лжет. Но выпытывать не стала, зная, что Оксана кремень. Если не захочет — не скажет.
— Ладно, Ярка, идем-ка спать. Завтра будет веселый денек, — зевнула она и, не сдержавшись, ущипнула меня за щеку, как в детстве. — Как там твой парень-то?
— У меня его нет, — отозвалась я.
— А зря… Ты хоть для здоровья себе заведи, что ли. Пока молодая — нужно. — Оксана снова зевнула и вдруг призналась: Никогда не думала, что забитая соседка с ребенком на руках станет женой такого человека, как Елецкий. Ох, Ленка-Ленка…
На этом Оксана ушла спать в одну из спален, а я осталась одна. Вышла на балкон, взяв телефон в руки. Ответила на сообщение Стеши и открыла сообщение от Максима, которое не решалось открывать весь день.
«Привет! Как ты? Давай погуляем завтра?» — писал он.
Я вздохнула. С момента нашего поцелуя — моего второго поцелуя в жизни — он, кажется, запал на меня. Часто писал, звал куда-то… А я все находила причины отказать. Макс был хорошим парнем, и мне не хотелось давать ему пустых надежд, ведь я прекрасно понимала, что между нами ничего не будет. Я попробовала поцеловать его, чтобы понять — на всех ли парней я реагирую так, как на проклятого Игната, или же только на него…
Оказалось, что на него.
Макс был гораздо, гораздо лучше, но… С ним я так ничего и не почувствовала. Может быть, он просто был не моим человеком?
«А Елецкий, что, твоим?» — спросил внутренний голос.
Я ответила Максу:
«Извини, завтра у моей мамы свадьба».
И он тут же ответил, словно ждал моего сообщения:
«Ого, не знал! Тогда напиши, когда будешь свободна?»
«Хорошо», — напечатала я, пожелала Максу спокойной ночи и ушла в свою спальню. Едва я опустилась на прохладную шелковую простынь, как провалилась в тревожный сон. А проснулась спустя несколько часов — рано утром.
День свадьбы выдался превосходным — стояла теплая и сухая погода, такая, в которую приятно ездить на пикник куда-нибудь в парк, сидеть на траве под тенью раскидистого дерева, есть фрукты и пить холодную колу, слушая, как поют птицы и плетя венки. По лазурному небу проплывали белые облака, похожие на взбитые сливки. Свежий ветерок играл с кронами деревьев, заставляя их шуметь, а солнце заливало золотом комнаты нашего номера. Такие дни наполнены радостным спокойствием и летним умиротворением, когда кажется, что жизнь по-настоящему прекрасна. Идеально для проведения выездного бракосочетания. Именно о такой погоде мечтала мама.
Утром за нами приехал роскошный белый лимузин. После завтрака в номере мы сели в него и отправились за город, на торжественную выездную церемонию у воды, которая проходила на территории шикарного бутик-отеля. После церемонии планировался банкет в ресторане с видом на воду. Единственным, что меня тревожило, был Игнат. Я знала, что увижу его — иначе и быть не могло. И решила, что буду играть с ним в Снежную королеву. Просто не стану обращать на него внимания.
С мамой на связи был то Костя, то координатор церемонии, который уже ждал нашего приезда. И мне казалось, будто бы они с мамой не свадьбу организовывали, а управляли целой страной! До места проведения свадьбы мы добрались часа за полтора. Я видела, что мама нервничает и успокаивала ее. А Оксана, которая опять пристрастилась к шампанскому, пыталась ее развеселить — громко и с выражением рассказывала какие-то смешные и порой пошлые истории, которые заставили заулыбаться даже молчаливого водителя лимузина.
— Может быть, и не нужно все это было?.. — почти с отчаянием спросила мама, когда мы вышли из машины. — Может быть, вернуться?..
— Мам, подумай о Косте, — серьезно сказала я. — Разве ты не любишь его?
— Люблю, — прошептала она.
— Тогда в чем дело? Выходи за него скорее! На твоем месте мечтают оказаться тысячи женщин! А он выбрал тебя, мам. Не сомневайся.
— Какая ты у меня взрослая, — вздохнула мама и, кажется, взбодрилась.
Мы отправились в отель, который полностью был забронирован для гостей торжества. И уже там, в большом красивом номере, началась дикая суматоха. Приехала команда визажистов и парикмахеров, которые должны были собрать и маму, и нас с Оксаной. Пришли фотограф с помощником и видеооператоры, которые тут же начали снимать все и всех. Следом пожаловали несколько человек из свадебного агентства, которые отчитывались, что все готово.
Меня умело накрасили и уложили волосы так, что я едва узнала себя в зеркало — губы стали больше и чувственнее, скулы — выразительнее, а в глазах появилось до этого незнакомое для меня выражение уверенности. Из зеркала на меня смотрела незнакомая девушка, которая не просто хорошо выглядела, но знала себе цену.
Я облачилась в то самое длинное облегающее платье глубокого малахитового цвета, которое мне так понравилось, надела босоножки и серьги, которые подарила мне мама, и вышла из своей спальни. Увидев меня, мама улыбнулась, подошла ко мне и осторожно обняла.
— Какая ты у меня красивая, — сказала она и погладила меня по уложенным волосам.
— Нет, мам, это ты у меня красивая, — рассмеялась я. — Самая красивая невеста!
Это была не ложь — мама выглядела отлично! Ее белоснежное платье смотрелось по-королевски сдержанно, но при этом роскошно, и великолепно сидело на тонкой фигуре. Полуоблегающий силуэт, открытые плечи и оголенная спина, жемчужная дорожка из пуговиц, небольшой шлейф. Никаких легкомысленных кружев, воланов или бантов — ничего лишнего, одна лишь изысканная элегантность. Волосы собраны в низкий пучок, без фаты — к такому платью она ни к чему. Единственное украшение — длинные серьги, камни в которых буквально искрились на свету.