Запрети любить (СИ)

— Это мой небольшой сюрприз, — радостно сказала мама. — Я решила, что одного платья мало. Тебе нужно сшить несколько! Выбери два, которые понравятся тебе больше всего — их и наденешь на тожество.
— Их? Мам, зачем мне два платья? — удивленно спросила я.
— На выездной церемонии наденешь что-нибудь одно. А в ресторане — другое. Ты должна сиять!
Маму было не переубедить, и мне пришлось померить все, что сшили. Надо сказать, все платья оказались прекрасными, и я даже вошла во вкус, раз за разом открывая шторку и выходя из примерочной в новом наряде. Мама сидела на кожаном диванчике с чашкой кофе (пирожные она не ела, решив, что на свадьбе должна быть в прекрасной форме) и осматривала меня с ног до головы, то и дело прося повернуться или покружиться на месте. Ей нравилось нежно-розовое платье с воздушной юбкой и корсетом, я же влюбилась в длинное облегающее платье глубокого малахитового цвета с разрезом на одной ноге. В нем было что-то особенное — строгое, но при этом манящее, загадочное. И сдержанно-роскошное.
В конце концов, мама одобрила его, и нам пообещали доставить все наряды завтра.
— А зачем мне все, мам? — несколько растерянно спросила я, чтобы сотрудница салона не слышала.
— Чтобы было, — откликнулась она. — Ты довольна, дочка?
— Довольна, — улыбнулась я и зевнула. — Теперь домой?
Спать хотелось ужасно. Глаза буквально слипались. Но мама покачала головой.
— Нет, милая. У нас встреча с Костей, — виновато улыбнулась она. — В ресторане на последнем этаже. И Костя нас уже ждет — пока ты переодевалась, он мне позвонил. Так что отказы не принимаются! Ресторан превосходный, а вид такой, что просто закачаешься! Тебе понравится, Ярослава. Правда понравится!
Пришлось соглашаться — а разве я могла поступить иначе? Мы оказались в холле с огромным количеством лифтов, сели в один из них и стремительно помчались наверх. Ресторан «Имперский» действительно находился на последнем этаже и по уровню пафоса мог перещеголять «Симфонию». Нас встретили и повели в один из залов с большими окнами, за которыми был виден город с высоты птичьего полета. Костя не изменил себе — снова арендовал весь ресторан и дожидался нас за большим круглым столом рядом с окном. Но он был не один. Рядом сидел Игнат, который, заметив нас, поднял голову. Наши взгляды снова встретились.
Что ж, привет, дорогой сводный братик.
  
Глава 25. Вторая попытка
 
Костя встретил нас с улыбками и, разумеется, встал — он не был лишен манер, в отличие от своего сына, который даже не шелохнулся. Просто смотрел на меня так презрительно, словно я что-то украла у него. Захотелось снова показать ему средний палец, но я сдержалась. Перед мамой и Костей я буду хорошей девочкой. Не стану зачинщицей конфликта.
— Ты, как всегда, прекрасна, — сказал Костя, обняв маму, а она поцеловала его в щеку и ответила:
— А ты, как всегда, великолепен. Ну признайся уже, тебе костюмы подбирает стилист? — И мама ткнула его в бок, заставив рассмеяться.
Надо сказать, Костя выглядел отлично: светлая рубашка, благородного антрацитового цвета костюм без галстука, идеально начищенные ботинки. Игнат, как и отец, был в рубашке навыпуск — только черной, и я вдруг почувствовала себя неуютно: все были одеты подобающе, кроме меня. А я — в обычных джинсах, футболке и кедах, с рюкзаком за плечами. Почему-то вдруг вспомнилась пепельная блондинка, с которой Игнат целовался сегодня. Она бы наверняка в этом шикарном месте выглядела нарядной и сексуальной.
— Ярослава! — обрадовался Костя. — Рад тебя видеть!
— Я тоже рада, — сдержанно улыбнулась я.
Мне нравилось, что он не лезет ко мне с объятиями, пытаясь подчеркнуть свое расположение — это бы меня точно оттолкнуло. Костя держал расстояние между нами, словно понимая, что пока еще мы чужие люди, и единственная тонкая нить, которая связывает нас, это моя мама. Он не навязывался, и это был его большой плюс.
— Мам, ты бы сказала, и я бы надела платье, — повернулась я к маме, а то лишь обняла меня и поцеловала в висок.
 
Костя галантно отодвинул передо мной и мамой стулья, чтобы помочь сесть, затем занял свое место напротив рядом с сыном, который теперь уставился в телефон с таким видом, словно никого рядом больше не было. Отец наверняка притащил его сюда насильно. Заставил, а теперь Игнат злился.
— Поздороваться не хочешь? — спросил его Костя, явно пытаясь скрыть раздражение. Поведение сына явно ему не нравилось.
— Добрый вечер, — не поднимая глаз от экрана, сказал Игнат. Голос его был приглушенным.
— Здравствуй, Игнат, — несмело улыбнулась мама, словно ожидая от него подвоха, но, слава богу, он промолчал. Зато мама склонилась ко мне и тихо сказала, сведя брови к переносице:
— Поздоровайся, Яра. Некрасиво.
Я едва не закатила глаза, но взяла себя в руки и небрежно сказала:
— Привет, Игнат.
Все так же не отрывая глаз от телефона, он отсалютовал мне ладонью. А после встал и, на ходу отвечая на звонок, вышел из-за стола. Единственное, что я слышала, было:
— Слушаю, детка.
Наверняка звонит та девчонка… Перед глазами промелькнула картина их поцелуя, и я снова разозлилась.
Ревность? Нет, не ревность! Просто он меня бесит!
— Никаких манер, — покачал головой Костя.
— Милый, ты слишком много требуешь от мальчика, — улыбнулась мама. — Он подросток, а это время бунта против системы.
Я недовольно на нее посмотрела. Время бунта? Да нет, мам, он просто редкостный придурок. Все просто.
— Какой он еще подросток? Уже здоровенный лоб, — поморщился Костя. — В зале жмет больше, чем я. На нем пахать и пахать, а я все жалею. Оплачиваю каждый каприз.
— Это твой единственный сын. Разве ты можешь иначе? — сказала мама.
— Единственный, — задумчиво повторил Костя, взгляд которого вдруг устремился в небо. — Единственный, ты права. Что ж, девочки! Давайте смотреть меню — выбирайте то, что захочется! Кухня сегодня в нашем распоряжении, и они сделают все, что вы захотите. Кстати, шеф-повар здесь француз, рекомендую. — Откуда ты знаешь? — удивилась мама, листая меню.
— Разве владелец не может не знать, кто у него работает? — по-доброму усмехнулся Костя.
— Это твой ресторан? — выдохнула мама.
— Не только он. Я один из инвесторов. Вложился в строительство «Юпитера», — ответил мужичина так обыденно, словно речь шла не о небоскребе, а обычном частном доме.
— Костя, ты меня удивляешь каждый день, — призналась мама.
— Ты меня тоже, Лена, — тепло ответил Костя.
Они так нежно смотрели друг на друга, что мне на мгновение захотелось встать и уйти следом за Елецким, чтобы оставить их наедине. Да, они были взрослыми людьми, каждый из которых имел свой опыт за плечами, но между ними чувствовалась химия. Меня это немного смущало — я чувствовала себя лишней. И радовало — мне хотелось счастья маме.
Игнат вернулся спустя несколько минут, разрушив атмосферу романтичности между мамой и Костей. С недовольным лицом сел на свое место. И сразу уставился в телефон.
— Я рад, что сегодня нам всем удалось встретиться в этом месте, — начал Костя. — Мы с Леной прекрасно понимаем, что для вас, наших детей, свадьба стала неожиданностью. Обрести во взрослом сознательном возрасте дополнительную родню непросто, особенно если это отчим или мачеха. Но мы любим друг друга и хотим быть вместе. И хотим, чтобы вы тоже были счастливы. Вы навсегда останетесь для нас нашими детьми, что бы ни случилось. И я хочу, чтобы вы оба это знали. А еще хочу, чтобы Игнат сказал несколько слов по поводу своего поведения на нашей прошлой встрече.
Костя замолчал, передавая слово сыну, который, кажется, побледнел.
— Извините за ту сцену, — сквозь зубы произнес Игнат.
Такие себе извинения, явно из-под палки, но мама вымученно улыбнулась. Ей не хотелось конфликта.
— Все хорошо, Игнат, — примирительно сказала она. — Я все понимаю. Ни в коем случае не посягаю на роль твоей мамы. Но хочу, чтобы между нами были хорошие отношения. Я всегда помогу тебе, чем смогу.