Запрети любить (СИ)
Я уехала. Пришла в пустую квартиру, в которой слабо чувствовался аромат мужского одеколона, и просто легла в кровать — сил не было. И желания делать что-либо — тоже.
* * *— Еще раз, Яна. Если ты подойдешь к ней, проблемы будут не у нее. А у тебя, — сухо, почти равнодушно сказал Игнат, глядя на фигуристую блондинку с кукольным личиком, которая стояла перед ним с виноватым видом и смотрела такими большими глазами, что, наверное, другой парень бы точно повелся на этот взгляд и смягчился.
Но только не Игнат. Он специально позвал Яну Шленскую в свою квартиру, в которой устроил тусовку. Пацаны сильно просили — мол, пустует, а ты нас не зовешь. Пока парни веселились в большой гостиной, он позвал Яну в кабинет отца. Бывший кабинет отца, разумеется. Он ведь свалил из квартиры.
Игнат полусидел на столе, держа в одной руке бокал с виски, а другую опустив на колено. Он казался спокойным, но на самом деле был зол. Игнат вообще заводился по щелчку, и ему хватило пересланной записи, чтобы на какое-то время поверить Яне, что Ярослава реально называет его своим парнем. Игнат так вспылил, что пошел искать ее, хотя Серж и говорил — не стоит. Нашел, позвал на разговор. А когда услышал, что Шленская угрожала Ярославе, и увидел, каким беззащитным стало ее лицо, то остыл. Понял, что она не лжет. И что ей действительно было страшно. Откуда-то в нем появилось желание шагнуть к девушке и обнять, сказать, что все будет хорошо, что он ее защитит, но… Игнат не мог сделать этого. Эта девчонка для него чужая. Враг. И точка. Но и бросить просто так не смог — снова взыграло чувство вины.
— Ты меня слышишь? — повторил Игнат. — Если да, отвечай..
— Слышу, котик, но… Я же показала тебе запись, — беспомощно захлопала длинными ресницами Яна. — Эта девка сама мне угрожала! Говорила, что ты ее парень и любого порвешь за нее — просто это уже не записалось! Она отвратительна! Всем рассказывает, что вы встречаетесь! Как будто бы ты клюнул на такую, как она. На книжного червя. Она позорит тебя!
Игнат поставил бокал на стол, притянул Яну к себе и заглянул ей в глаза. Она соблазнительно улыбнулась, приняв это за флирт. Подалась к Игнату за поцелуем, но… Его указательный палец прижался к ее пухлым губам, не давая приблизиться.
— Я не твой. То, что мы иногда спим, не делает нас парой. Не выдумывай, — резко сказал Игнат, оттолкнул от себя Яну и направился к двери.
Сегодня ему было не до Шленской с ее вечной ревностью. Раньше она его заводила, но в последние месяцы, когда начались проблемы с матерью, ему стало почти все равно на Яну. А после встречи с этой проклятой Ярославой и вовсе ни на кого не хотелось смотреть. Он как малолетка снимал напряжение рукой, и от этого бесился еще больше.
— Игнат! — закричала Яна ему вслед. — Ты перестал обращать на меня внимания! Что случилось? Я тебе надоела? Но я так стараюсь быть лучшей для тебя. Игнат! Не уходи!
Она бросилась следом за ним и обняла за пояс, прижимаясь щекой к спине.
— Не уходи, — повторила Яна.
— Отпусти, — велел он.
— Игнат…
— Отпусти и иди развлекаться, с кем хочешь. От меня отстань.
Игнат разомкнул ее пальцы и ушел, оставив девушку одну. Дверь с шумом захлопнулась.
— Вот урод, — прошипела Яна, глаза которой моментально стали колючими и злыми — и ни следа от былых умиления и кокетливости. — Ты все равно будешь моим. Вместе со всеми своими бабками. Придурок. А от червя я избавлюсь.
Глава 22. Она могла быть моей любовью
— Я повторяю в третий и в последний раз, — продолжал Игнат, недобро прищурившись. — Если ты еще раз окажешься рядом с ней, хоть слово ей скажешь или тронешь, я очень рассержусь. Ты ведь знаешь, какие могут быть последствия?
В огромных глазах Яны промелькнула досада, которую она тут же мастерски спрятала за длинными ресницами.
— Игнат, милый, хорошо, я больше ни слова ей не скажу. Вообще забуду о ее существовании. Раз ты так хочешь. Только… — Ее маленькая женственная ладонь легла на его плечо, опустилась на грудь. — Только почему ты так о ней заботишься? Кто она тебе? Я нервничаю… Котик, ты же мой…
— Ты чокнулась? — Игнат убрал ее руку. — В каком месте я твой?
— Но мы же договорились… Что у нас будут свободные отношения… Что я твоя девочка, а ты мой котик, — заворковала Яна и, прикусив пальчик, повела им по шее к груди, ниже, по плоскому животику. Потом, пританцовывая в такт музыке, доносившейся из гостиной, задрала коротенькую юбочку, под которым виднелось черное кружевное белье и чулки, прикрепленные к поясу.
— Как тебе? — игриво спросила она. — Снимешь их с меня? Хочешь, я лягу на стол? Мне раздвинуть ножки для тебя?
Игнат, не слыша этих слов, направился к Сержу, который, о чудо, в одиночестве сидел перед электрическим камином в кресле с широкими подлокотниками и держал банку безалкогольного пива. На коленях у него лежала книга — одна из книг Карризи, которые были куплены Игнатом. Его покупки всегда были масштабными. Если покупать — то все книги автора, а не одну или две. А если испытывать чувства — то самые яркие, и не важно, любовь это или ненависть.
— Интересно? — уселся на подлокотник кресла Игнат и выхватил у Сержа банку. Сделал глоток, но тут же поморщился: — Ну и гадость. Ты не умеешь бухать.
— Это не то искусство, которому я стремлюсь обучиться, — хмыкнул Серж. — Неужели ты читал эту книгу?
— Всю серию, — поморщился Игнат.
— Надо же, ты разбил мой стереотип о том, что тебе незнаком алфавит, — насмешливо ответил Серж, забирая банку назад. — И как тебе?
— Нравится. Думал, что скучно, но нет. Будто фильм смотрю. Заказал еще кучу всего, — кивнул Игнат на две большие не распакованные коробки, стоящие в углу около окна. Курьер притащил их недавно, но ему было лень распаковывать.
— Я сейчас расплачусь, — умилился Серж. — Неужели там книги?
— Ага. Триллеры мне зашли, — усмехнулся Игнат.
— Я готов поцеловать руки своей Ярославе за то, что она подсадила тебя на книги, — насмешливо сказал Серж. — Она за пару минут сделала то, чего я добивался годами.
Друг моментально рассердился. Его взгляд стал жестким, а зубы плотно сомкнулись.
— Зачем? — только и спросил Серж.
— Что — зачем? — тихо поинтересовался Игнат.
— Зачем защищаешь Ярославу? Я же знаю, что ты в кабинете наехал на Яну. Так зачем?
Игнат повернулся к другу и опалил Сержа долгим взглядом.
— Потому что я так хочу. Устроит ответ?
— Вполне, — спокойно ответил Серж. — Главное, чтобы он устроил тебя.
Какое-то время друзья молчали. Игнат пересел на кресло напротив и устало откинулся на спинку. Идти к пацанам, которые устроили танцпол и отрывались под ревущий рейв, не хотелось. И пить не хотелось. Хотелось тупо упасть в кровать и заснуть.
— Ты переедешь к отцу? — спросил Серж, хотя прекрасно знал это и так. Слышал от своего отца.
Игнат коротко кивнул.
— Это одно из его условий. Иначе бабла мне не видать, — ответил он с презрением. — Папаша решил взяться за мое воспитание. Ну или показать своей новой женушке, какой он крутой, и как ставит меня на место.
— Он поставил еще какие-то условия?
— Извиниться. — Игната передернуло от отвращения.
— И ты это сделаешь? — спросил Серж без удивления. Казалось, его вообще мало что может удивить.
Игнат нервно прикусил губу. Он был слишком гордый, чтобы извиняться перед той, из-за которой страдала его мать. Ему нужно было поломать себя ради этого.
— Придется, — отрывисто ответил Игнат. — Я не хотел, но… У меня нет другого выбора. Думаешь, только из-за бабок? Не только. Я разговаривал с мамой по телефону. Она сказала не портить с отцом отношения. Попросила меня быть мягким и милым, чтобы эта стерва не урвала наше состояние. Мама боится, что он всю недвижку и активы перепишет на новую жену. А меня вычеркнет из наследства. Короче, я сделаю то, что он хочет. А потом отомщу за все. За маму есть кому заступиться.