Укрощение строптивой
— Вы непременно поедете со мной, — перебил кузена маркиз. — Ведь речь идет о примирении и восстановлении вашей репутации. А этого не произойдет, пока родители не простят вас. К тому же я все еще остаюсь посмешищем, так как моя невеста сбежала, а потом передумала насчет брака только от безысходности — так, во всяком случае, скажут люди, — поэтому встретиться с вашими родителями надо обязательно.
«Может, и так, — со вздохом подумал Китинг. — Но неужели Фентон не мог сообщить об этом как-нибудь поделикатнее?» Камилла же, пожав плечами, заявила:
— Возможно, вы правы, но одна я с вами не поеду, так как окажусь в меньшинстве.
— В меньшинстве? — удивился маркиз.
— Вам не стоит рассчитывать на то, что Камилла по доброй воле согласится на такое испытание, — вставил Китинг. — Предлагаю вам пригласить вместе с ней одну или нескольких ее подруг.
— Ха! Можно подумать, лорд и леди Монтшир пустят их к себе в дом! Сброду, с которым их дочь якшалась в последнее время, не позволят даже переступить порог.
— Странные у вас представления о галантности и ухаживании, — тихо проговорила Камилла.
— Миледи, позвольте мне выразиться как можно яснее… Так вот, я вовсе не ухаживаю за вами, а пытаюсь ликвидировать последствия вашего безобразного поступка год назад. Поскольку же мы с вами оба заинтересованы в результатах моих действий, вы не вправе жаловаться.
Слова маркиза звучали вполне здраво и логично — и вместе с тем ужасающе. Перед Камиллой словно разверзлась пропасть, полная кошмаров и прошлогодних воспоминаний. Да, ей вспомнилось все, что наговорили ей родители. И вспомнились ночи в комнатушке для слуг в тетином доме. В эти ужасные ночи она думала о том, что потеряла все только из-за того, что хотела видеть своим мужем друга и любимого…
Она смутно сознавала, что Китинг поднялся, обхватил ее за плечи и помог встать. Она слышала, как он чертыхнулся и как Фентон что-то ответил, словно оправдываясь. А потом София взяла ее под другую руку, и они вдвоем с Китингом повели ее к экипажу. Наконец гулкий стук крови в ушах немного утих и туман перед глазами рассеялся.
А затем она увидела Китинга, смотревшего на нее с беспокойством.
— Я лишилась чувств? — спросила Камилла, мимоходом отмечая, что экипаж, в котором они сидели, уже медленно катился по дорожке парка.
— Почти, — мрачно ответил Китинг. — Черствый и тупой болван!
— Вы о чем?.. — пробормотала Камилла.
— Фентон, разумеется. Кто же еще?
Китинг взял ее за руку, а София по-прежнему обнимала подругу за плечи.
— Да, возможно. — Камилла с наслаждением сделала глубокий вдох. — Но он прав. Я должна поехать с ним.
— Тогда и я с вами, — живо откликнулся Китинг. — Не нравится мне… этот деспотизм.
А вот ей ужасно нравился Китинг Блэквуд. И с каждой минутой все сильнее.
Глава 16
— Ох как же он разозлился! Я уж думала, убьет лорда Фентона. Представляешь, родного кузена! — София внесла в их с Камиллой спальню стакан воды и вылила в вазу, где стоял последний букет роз.
— Будь я мужчиной, сама бы его убила, — пробормотала Камилла, откладывая книгу, которую безуспешно пыталась читать.
Увы, ничто не могло отвлечь ее от мыслей о нависшей над ней гигантской мрачной туче — предстоящем ужине в Прайс-Хаусе, в доме, где она не была целый год.
— Я не об этом, — объяснила София, наклоняясь, чтобы понюхать белые и желтые пышно распустившиеся цветы. — Я говорю о том, что он сразу встал на твою защиту. Без малейших колебаний.
Да, так и было. Поскольку же Камилла знала, как много поставлено на карту для Китинга, его поддержка означала для нее даже больше, чем могло показаться.
— Я должна была предвидеть что-то в этом роде. Конечно, моим родителям надо… простить меня, чтобы восстановилась моя репутация.
— Значит, ты готова пойти на такое? Ты согласна и на ужин, и на… замужество с лордом Фентоном? Знаешь, на доброго и приятного человека он совсем не похож. — София присела на широкий подоконник рядом с Камиллой. — И если я не ошибаюсь, ты недавно познакомилась с его полной противоположностью. Хотя его репутация… вызывает некоторые вопросы, — добавила подруга с усмешкой.
Камилла прислонилась к плечу Софии. Ее до сих пор удивляло, что подруги, знакомые ей с детства, с которыми она делилась всеми своими тайнами, отвернулись от нее при первом же дуновении скандала. А вот Софию она знала всего лишь год, однако эта чудесная девушка стала ей ближе родных сестер.
— Я должна кое-что сказать тебе. — Камилла бросила взгляд на дверь, убеждаясь, что та плотно прикрыта. — Видишь ли, Фентон предложил Китингу… вознаграждение за то, чтобы он вернул меня. Это огромные деньги, и Китингу они очень нужны.
София нахмурилась.
— Минуточку! Говоришь, Китингу обещали заплатить за то, что он вернет тебя Фентону? И ты об этом знаешь, но все-таки симпатизируешь Китингу?
Камилла кивнула. Она не просто симпатизировала ему.
— Он сам рассказал мне об этом. Во время второго или третьего нашего разговора.
— Так почему же он… И почему ты… — София вскочила и принялась расхаживать по комнате. — Ты ведь ему нравишься, да?
— Да. И мы убедились, что у нас много общего, — ответила Камилла, хотя такой ответ не мог передать всю глубину тех чувств, которые она испытывала к Китингу, и всю остроту тоски, мучившей ее, когда его не было с ней рядом.
— Но ты действительно нравишься ему, Камми. То есть нравишься по-настоящему. А он нравится тебе.
Сердце Камиллы затрепетало.
— Да, София, так и есть. И я очень… привязалась к нему.
— Но собираешься замуж за его кузена, который за двадцать лет не удосужился послать тебе ни единого цветочка.
— Китингу нужны деньги, — со вздохом пробормотала Камилла.
— Это ужасно! — воскликнула ее подруга. — Камми, но ты же… Ты ведь была с ним, верно?
— Да, верно. Ведь ты сама советовала мне извлечь все выгоды из моей нынешней репутации.
— И ты, значит, извлекла… — София с трудом подавила усмешку.
— Именно так, — кивнула Камилла.
И если подумать, то у нее не было ни одной веской причины расставаться с Китингом. По крайней мере до замужества. Ведь пасть еще ниже, чем она сейчас, она уже просто не смогла бы. С другой же стороны… Уж если ей суждено выйти за этого надутого индюка Фентона, то не помешает прежде получить от жизни хоть немного удовольствий.
Тяжело вздохнув, София покачала головой.
— Ох, я тебя не понимаю. — Она подошла к шкафу, где хранились их вещи, и открыла дверцы. — Но если мне предстоит встреча с твоими родителями… Как мне быть — попытаться выглядеть благопристойно или, наоборот, скандально, чтобы ты смотрелась лучше на моем фоне?
С этими словами София достала и показала подруге два платья: одно — скромное, голубое, а другое — темно-бордовое, с очень низким вырезом.
Камилла рассмеялась.
— Знаешь, я все-таки тебя обожаю!
— А я рада, что ты наконец развеселилась. Надеюсь, Фентон не испортит тебе настроение. А сейчас… Между прочим, наступает «Дамский вечер», так что наше присутствие в клубе не требуется (леди Хейбери давным-давно поняла: то, что обеспечивало шумную популярность «Тантала» среди джентльменов, относилось и к дамам, поэтому многие молодые мужчины, служившие в других клубах Лондона, на этот вечер брали выходной — чтобы поработать в «Тантале»).
«А ведь если выйти за Фентона, то можно будет посещать дамские вечера два раза в месяц в качестве гостьи», — внезапно подумала Камилла. Возможно, она даже наймет Софию в компаньонки и будет вывозить ее на пышные балы и званые вечера. Камилла знала многих светских дам, почти не общавшихся со своими мужьями, — значит, и она сможет встречаться с Фентоном как можно реже. Обзавестись отдельными спальнями… Жить каждый своей жизнью… Разумеется, от нее будут ждать рождения наследника, а значит, маркиз станет прикасаться к ней и… как это делал Китинг… Она невольно вздохнула.