Укрощение строптивой

— Пять минут назад. — Китинг отнял у него книгу и захлопнул. Какими бы способами он ни пытался постичь натуру Камиллы Прайс, посвящать в свои открытия Адама Басвича не следовало. — Какие у вас планы на вечер?
— Я приглашен на ужин к лорду и леди Кларксон. И предложил бы вам составить мне компанию. Но, увы, поскольку сегодня вы напали на их дочь, вам в этом доме не следует показываться.
  
— М-да?.. И которая из них была она?
— С черными локонами.
— Буду знать.
Герцог же молчал — очевидно, что-то обдумывал, минуту спустя, наконец, произнес:
— Хорошо, можете не говорить, что затеяли. И не надо объяснять мне, почему утром вы заговаривали о том, что хотите начать все сначала, а днем устроили возмутительное представление с поцелуями. А я в ответ не посоветую вам образумиться, пока вся палата лордов не приняла решение измазать вас дегтем и вывалять в перьях.
Поднявшись, Китинг сунул книгу под мышку и проговорил:
— Все по-честному. Настолько, что в благодарность за вашу откровенность я воздержусь от упоминаний о вашем… весьма красочном прошлом.
— Отлично, — кивнул герцог.
— Поразительно, сколько угрозы вы способны вложить в одно-единственное слово, друг мой, — заметил Китинг. Если бы ему было не все равно, он счел бы такую способность отталкивающей. — Что же касается сегодняшнего вечера… Думаю, что я выберусь на ранний ужин в клуб «Тантал», а затем удалюсь на покой.
— Вы… кхм… — Гривз откашлялся. — В таком случае, может, посоветуете, как мне отвечать на требование Кларксона принести ему вашу голову на блюде?
— Скажите, пусть становится в очередь. А к тому времени как она подойдет, я наверняка буду уже мертв.
— Возможно, этого хватит. Кстати, я намерен провести завтрашний день у Таттерсолла. Не желаете присоединиться?
— У меня дела. — «И к тому же ни гроша на покупку лошадей с аукциона», — мысленно добавил Китинг, направляясь в отведенные ему комнаты, чтобы переодеться к ужину.
— Вы ведь знаете: если что-то случилось, можете мне довериться, — проговорил герцог ему вслед.
— Ничего не случилось, Адам, — ответил Китинг, но не обернулся. — Тем не менее спасибо. И я постараюсь покинуть Лондон до того, как к вашим дверям начнут паломничество толпы, жаждущие расправы надо мной.
Любимая книга Камиллы развлекала его еще долгое время после наступления темноты. Этот Дарси выглядел слишком чванливым и надутым, но определенно не ошибся в выборе одной из сестер Беннет.
Наконец Китинг потянулся, позвал Пиджона и потребовал одежду к ужину. В Шропшире он пренебрегал приглашениями до тех пор, пока другие местные жители не перестали присылать их. Вследствие этого раньше он почти не нуждался в вечерней одежде, а теперь уже ощущал ее нехватку. Как бы мучительно это ни было для него самого и его кошелька, предстояло кое-что купить.
Он уже заканчивал повязывать галстук, когда дворецкий постучал в полуоткрытую дверь спальни.
— Мистер Блэквуд, у вас гость.
Китинг насторожился.
— Мужчина или дама?
— Мужчина.
Это не предвещало ничего хорошего.
— Он вооружен?
Дворецкий в растерянности заморгал.
— Нет, сэр. Это маркиз Фентон.
С облегчением вздохнув, Китинг вновь занялся своим туалетом.
— Я спущусь через минуту, — ответил он.
— Хорошо, сэр.
Завершающим штрихом стал тонкий кинжал, который Китинг всегда носил в правом ботфорте. Бросив быстрый взгляд на бутылку виски, стоявшую на туалетном столике, он покинул комнату и спустился по лестнице. Хупер жестом пригласил его в малую гостиную, а сам скрылся в глубинах дома. Прислуга Адама отличалась деликатностью.
— Приветствую, кузен, — проговорил Китинг, отворив дверь гостиной.
Фентон тоже был одет к вечернему выходу, хотя вряд ли направлялся туда же, куда и Китинг. Вход в клуб «Тантал» для маркиза был закрыт. Пристально взглянув на кузена, он проворчал:
— Какого дьявола?.. Что вы творите?
— Отправляюсь ужинать.
— Прикидываться невинной овечкой слишком поздно, Китинг. Вы приехали сюда для того, чтобы убедить Камиллу Прайс вернуться ко мне. А не для того, чтобы осложнять положение.
— Почему я приехал, мне известно. И я, помнится, сказал, чтобы вы предоставили все детали мне. — Китинг нахмурился. — Что именно вам говорили?
— Люди видели, как вы терроризировали посетителей Грин-парка, набрасываясь с поцелуями на юных добропорядочных леди. Китинг, какого черта?
— Видите ли, я там прогуливался. А знаете, с кем именно?
— Мне плевать, с кем вы там побывали. О нашем родстве известно слишком многим, и я не могу спокойно наблюдать за вашими возмутительными выходками.
— Хм… любопытно. Так вот, к вашему сведению, я гулял вместе с вашей невестой. Мы случайно повстречались с ее бывшими подругами, и я помешал им вновь начать распускать сплетни. — Вот так-то! Прекрасное объяснение. И никакие силы неба или ада не убедили бы его признаться, что в ту минуту он думал лишь о прелестных голубых глазах Камиллы Прайс.
Шагнув к кузену, Фентон с удивлением спросил:
— Вам удалось выманить ее из этого проклятого клуба?
Китинг с усмешкой кивнул:
— Да, удалось.
— Тогда надо было известить меня. Я мог бы столкнуться с вами как бы невзначай… А так вы превратились в угрозу для общества.
— Угрозой для общества я считаюсь уже давно. И потом… Я же сказал, что вы должны предоставить это дело мне. А теперь, Стивен, уходите, пока кто-нибудь не заметил вас здесь и вы не погубили мою репутацию, — добавил Китинг с издевательской ухмылкой.
Маркиз тут же кивнул.
— Да, хорошо. Но пообещайте мне больше так не делать. Я же просил вас действовать тактично.
— Я тактичен во всем, что касается вас и Камиллы. Но если вы намерены распоряжаться и всей остальной моей жизнью, то не утруждайтесь понапрасну.
Фентон нахмурился и проговорил:
— Если вы рассчитываете на вознаграждение, то вам следует действовать лишь согласно моим распоряжениям. По милости Камиллы Прайс я очутился в чрезвычайно щекотливом положении. Пожалуй, вы все-таки правильно поступили, что пресекли сплетни с самого начала, но вы здесь для того, чтобы она усвоила урок и поняла, как опасно пренебрегать приличиями.
— Знаю, зачем я здесь, — отрезал Китинг. — Однако никак не пойму, что вы здесь делаете. Уходите же быстрее.
Снова нахмурившись, Фентон решительным шагом направился к двери, которую как раз вовремя распахнул перед ним появившийся точно по волшебству Хупер.
— Не советую играть со мной, Китинг, — бросил напоследок маркиз через плечо. — Мое терпение на исходе.
Опередив дворецкого, Китинг сам захлопнул за кузеном дверь, пробурчав при этом слово «болван». Он еще минут пять вышагивал туда и обратно по коридору в ожидании, когда кузен отъедет подальше от Басвич-Хауса (нет ничего хуже, чем поставить жирную точку в разговоре, а потом еще и ждать лишь из-за того, что не рассчитал время).
Наконец он вышел и верхом на Увальне отправился в клуб «Тантал». Поскольку доступ туда был открыт Китингу только как гостю Гривза, ему следовало бы приехать вместе с герцогом, но тот являлся членом еще и десятка других клубов. К тому же его частенько приглашали в гости.
Сегодня Камилла не занималась рассаживанием гостей — эту обязанность выполняла ее веселая рыженькая подружка.
— Добрый вечер, София. — Китинг с улыбкой остановился перед пюпитром у входа в зал «Деметра».
— А вы сегодня… один? — спросила девушка.
— Пока что да. Вам ведь не разрешат поужинать со мной?
Ее щеки порозовели.
— Господи, конечно, нет. — Она взглянула на него вопросительно. — Вы опять ищете приключений, не так ли?
  
— При любой возможности. А вашей застенчивой подруги сегодня здесь нет?
— Сегодня вечером Камми сдает в «двадцать одно».
Китинг невольно усмехнулся. Значит, Камилла сидит за игорным столом? Что ж, очень любопытно…
— А я думал, место ее работы — зал «Деметра».
— Мы учимся всему, чтобы подменять друг друга. Салли нездоровится, и Камми сказала, что вполне сможет провести один вечер за игорным столом.