Смертельная месть

– Я уже слышала эту историю с парковкой от Хэтти – мы близкие подруги в школе, – солгала Ясмин. – Но поначалу все равно была настроена скептически, когда она спросила меня, не хочу ли я провести с ней каникулы в кемпинге.
Герлах нахмурился.
– Скептически? Почему? Из-за шума и грязи?
– Ну, постоянно слышишь такие истории…
– На территории кемпинга ничего не крадут. Напротив, все…
  
– Я не это имела в виду. Я больше думала о том, что произошло в Люгде.
– Наверное, не только в Люгде, – добавила Хэтти.
Теперь Герлах стал серьезным.
– К сожалению, такие вещи случаются везде, – вздохнул он. – В детских домах, в приходах или гимнастических клубах.
– Как судья и бывший прокурор, вы, безусловно, имеете больше представления о том, что происходит в педофильских кругах и о чем СМИ не сообщают нам, простым смертным, – прошептала Ясмин.
– Вы действительно хотите говорить на эту тему сейчас, в отпуске? – спросил Герлах.
– Конечно, почему бы и нет? – ответила Хэтти. – К нам вряд ли кто-то будет приставать, и мы можем постоять за себя, но Бену всего шесть лет, и я думаю, что нас это очень даже должно заботить.
Герлах поморщился.
– Это неприятная тема.
– Но вы много об этом знаете? – спросила Ясмин.
– Как прокурор, за все эти годы я сталкивался с несколькими случаями.
– Почему именно кемпинги? – продолжала допытываться Ясмин. – Потому что там есть хорошие возможности? В палатках? Общественных душевых? В песочницах? В зоне, где нельзя купаться, или вечером у костра?
Герлах покраснел, но ничего не ответил.
– К какому сроку приговорили владельцев того педофильского порнокартеля? – снова спросила Ясмин.
– Я думаю, нам следует закрыть эту тему. – Выражение лица Герлаха стало непроницаемым.
– Почему? То, что СМИ замалчивают это, не означает, что мы должны делать то же самое, – снова вмешалась Хэтти.
– Потому что я считаю это неуместным. – Он махнул официанту и попросил счет.
Хэтти бросила на Ясмин серьезный взгляд. «Мы все испортили». Герлах больше ничего им не расскажет. Теперь он предупрежден и будет очень осторожен, чтобы не попасться.
Расплатившись, Герлах направился с Ясмин к выходу и открыл дверь – в ресторан тут же ворвался ветер и хлынул дождь.
– Идите вперед, мне нужно в туалет, – сказала Хэтти.
– Это можно сделать и в кемпере, – предложил Герлах.
– Там так тесно.
Ясмин хотела присоединиться к ней, но Хэтти бросила на нее предостерегающий взгляд.
– Иди уже, ты можешь выдвинуться мне навстречу с зонтом. Но не торопись. – Она подняла брови.
– Ясно, решила закадрить симпатичного официанта, – подыграла Ясмин.
– Угадала, – улыбнулась Хэтти.
– Как хочешь. Непогода усиливается. – Герлах натянул куртку на голову. – Если мы поторопимся, то, возможно, успеем добраться до автодома, прежде чем промокнем до нитки. Развлекайся с официантом. – Он побежал вниз по лестнице, Ясмин последовала за ним, предварительно бросив Хэтти предостерегающий взгляд.
«Да, я буду осторожна». Хэтти закрыла дверь и смотрела, как они помчались по гравию к деревьям.
Внезапно Даниэль встал рядом с ней:
– Ты не пошла с ними?
– Я подожду, пока дождь утихнет.
– Ты что, из сахара?
– Как ты это узнал?
– Гроза так быстро не прекратится. – Даниэль тоже выглянул наружу. – Я заканчиваю работу через час и смогу проводить тебя с зонтом до вашего места стоянки.
Хэтти спросила в ответ:
– Ты хорошо знаешь Герлаха?
– Что ты подразумеваешь под словом «хорошо»?
– Он уже полгода наш отчим. Вообще-то он мог бы быть нашим дедушкой, – объяснила она. Хотя не могла толком вспомнить своего дедушку, которого видела лишь один раз, еще совсем маленькой.
Через окно она наблюдала, как Герлах и Ясмин, – сгорбившись под дождем и сопровождаемые вспышками молний, – исчезли в направлении трейлерного парка.
– Он всегда был милым с детьми? – спросила она.
 
Глава 19
 
Снейдер, Марк и Мийю все еще сидели в конференц-зале № 17. Секретарша Дромайера организовала для них апельсиновый сок, свежий кофе, сэндвичи и большой чайник ванильного чая. Чтобы выкурить косяк, Снейдер хотел деактивировать датчик дыма, из-за чего у Мийю чуть не случилась истерика. Ведь он собирался нарушить разумное правило и снять с потолка то, что было прочно закреплено. Несмотря на всю ее гениальность, эта женщина сведет его с ума!
Поэтому он курил самокрутку, стоя возле открытого окна. Травка сняла напряжение в его голове, устранила барьеры и расширила сознание. Ему просто нужно было сделать вдох и дать ей подействовать.
Тем временем Марк восстановил видеосвязь с Крамером и рассказал ему о Никодемус. Предположение Снейдера оказалось верным; Крамер тоже никогда раньше не слышал этого имени.
– Вы можете выяснить, имела ли польская полиция когда-нибудь дело с Никодемус? – крикнул Снейдер от окна.
– Наш разговор также слушала коллега из посольства Германии, – сказал Крамер. – Она уже занимается этим вопросом. А пока у меня есть новая информация о нашем польском операторе связи.
– И что там? – прорычал Снейдер.
– Теперь мы знаем причину, по которой управляющий директор не хочет передавать данные о соединении. У него их больше нет.
Марк поднял глаза.
– Этот разговор был вчера! Оператор обязан хранить данные в течение шести месяцев.
– Да, я знаю, – вздохнул Крамер. – Но у них была техническая проблема, и они хотели ее скрыть.
– Странное совпадение, – едко заметил Снейдер. – Какая техническая проблема?
– Вскоре после того, как вам позвонила коллега, у «Польска-Мобил-Ком» произошло отключение электроэнергии. Вероятно, из-за хакерской атаки. Аварийный генератор питания был также выведен из строя.
– К аварийному генератору можно было получить доступ через Интернет? – удивился Марк.
– Видимо, да. При этом были потеряны точные данные о подключениях за последние двадцать четыре часа, прежде чем их успели скопировать на резервные серверы.
– Проклятье! – прорычал Снейдер. Он посмотрел на Марка, и его лицо говорило многое. Очевидно, они были на правильном пути. – За этой атакой стоит Никодемус, – сказал он Крамеру. – Она хочет помешать нам выйти на ее след и след ее людей.
Крамер задумался на мгновение, затем кивнул:
– Очень похоже на то.
– Польская полиция может выяснить, откуда была хакерская атака и кто за ней стоит?
– Не раньше, чем через семьдесят два часа.
– Вот дерьмо! – Снейдер потушил косяк о подоконник и снова сел за стол. – Эта банда – наша единственная зацепка! Мы должны их заполучить.
В этот момент на экране появилась коллега Крамера из посольства Германии:
– Думаю, мы кое-что нашли.
Крамер взял у нее из рук листок бумаги и пробежал глазами. Внезапно его лицо озарилось.
– Три года назад уголовная полиция Польши сотрудничала с ЛКА [5] в Дрездене. Тогда речь шла о хакерской группировке, которая занималась фишингом с целью получения банковских данных частных пользователей ПК. Интернет-мошенничество с кредитными картами на миллионные суммы. В то время в Дрездене проходил судебный процесс над двумя подозреваемыми немецко-польского происхождения. В польских актах имя Никодемус всплывает в протоколе одного допроса. – Крамер просиял от уха до уха.
– В каком контексте?
– Момент… – Крамер пробежал глазами отчет. – Как возможный заказчик и организатор.
– Было расследование?
– Нет, как я уже сказал, судебный процесс проходил в Германии, и, очевидно, немецкие власти не были особенно заинтересованы в том, что выяснили поляки.
  
– Больше у вас ничего нет?
– Эээ… нет.
Плохо, но это, по крайней мере, объясняло, почему в немецких базах данных ничего не было о Никодемус.
– Я могу для вас еще что-нибудь сделать? – спросил Крамер.
– Нет, – ответила Мийю за Снейдера. Она щелкнула пальцами, чтобы привлечь внимание. – Я нашла те процессуальные акты. Это действительно случилось три года назад. Против двоих молодых людей было выдвинуто обвинение, но из-за юридической ошибки и недостаточности доказательств суд закончился оправданием.