Мятежная любовь (СИ)
Почувствовала, как Сэм обнял нас. Он дрожал от перенапряжения. Видимо, сильно волновался, когда читал заклинания. Хоть до этого мы и решили, что хуже быть не может, но всё же опасения были. Только сейчас можно было вздохнуть свободно. Наша Клер обрела вторую жизнь.
Не знаю сколько мы просидели у подножия трона. Когда Сэм отстранился и помог мне встать, моё тело настолько затекло, что я еле поднялась. Клер удивлённо смотрела на нас и переводила взгляд то на меня, то на Сэма.
— Почему вы плачете? — вдруг спросила она.
Надо же, а мы и не заметили!
Я смахнула слёзы, Сэм утёрся рукавом. Пока я в очередной раз обнимала и целовала дочь, он спрятал Книгу в тайник. Действительно, могущественная Книга не должна попасть в руки людям, жадным до власти. Пусть себе лежит в укромном месте. Надеюсь, что она нам никогда больше не понадобится, но иметь под рукой такую Книгу очень даже удобно.
Сэм сел на трон и жестом подозвал нас. Меня посадил на одно колено, дочь — на другое. Погладил её по голове и решился на откровение.
— Клер, ты хоть и малышка, но достаточно взрослая, чтобы понять, что я тебе расскажу. На самом деле я — твой папа, а это, — он указал на меня, — твоя мама.
Голубые глаза малышки настолько сильно распахнулись, что мне показалось, будто они выпадут.
— Мама? Папа? — робко переспросила она, пробуя новые слова на вкус. Похлопала глазёнками и задала вопросы, которые, наверное, мучили её всю её жизнь. — Почему вы раньше не сказали? Почему не были со мной всегда?
Сэм обхватил её и прижал к себе. Она уткнулась в его грудь и часто засопела.
— Мы не могли быть рядом с тобой, когда ты родилась, — Сэму больно было произносить эти слова. Но мы настолько переживали из-за этого, что наша жизнь превратилась в сплошное волнение и поиски. Когда мы нашли тебя, то больше не оставляли. То я, то мама были всегда с тобой.
— Но кто помешал вам быть со мной, когда я родилась? — допытывалась не по годам взрослая Клер.
Я не стала лезть с рассказами, так как меня душили слезы, и я то и дело промокала лицо рукавом.
Сэм взял на себя роль рассказчика и принялся за повествование с другой стороны.
— Ты, наверняка помнишь, что какое-то время тебя воспитывала госпожа с длинной чёрной чёлкой. Её раньше звали Урсулой, а потом из-за нелюдимости прозвали Смертью. Смерть всегда жила в мире, далёком от мира людей и хотела попасть к людям. Для этого она украла тебя у твоей мамы.
Клер посмотрела на меня, будто ожидая подтверждения, и я кивнула.
— Я думала, что Смерть — моя мама, — призналась Клер.
— Нет, доченька, забудь о Смерти, — Сэм чуть ли не закричал. Но потом успокоился и продолжил: — Она не мама, а воровка и злая ведьма. Хотела убить тебя, чтобы взять себе твою жизнь и перейти в мир живых. Но только что мы с мамой сумели вернуть тебе то, что отняла Смерть и больше ты не будешь с ней видеться. Забудь о Смерти. Она несёт всем зло.
— Но где я тогда буду жить? — наивно спросила Клер.
Мы с Сэмом переглянулись.
— Хороший вопрос, — усмехнулся Сэм, а потом подмигнул малышке и сказал: — Видимо, теперь этот замок станет твоим домом.
— Он большой? — проявила интерес Клер.
— Очень большой, — подтвердил Сэм. — Он даже сильно похож на тот замок, в котором ты жила прежде. Здесь живёт твой старший брат Генри.
— Генри мой брат? — удивлению малышки не было предела.
— Да, брат. Он знает, что ты — его сестра, но ему было запрещено говорить тебе об этом, чтобы Смерть не забрала тебя к себе. Надо было быть осторожными. А теперь бояться её не надо! Она осталась в зазеркалье, и мы не пустим её в наш мир! В замке ещё живут мои братья и тебе они будут дядями. А ещё здесь бабушка и дедушка. Все полюбят тебя так же, как любят Генри.
После его слов я задумалась над всем, что он сказал. Генри он объявил внебрачным сыном и все приняли его с любовью. А что будет, если теперь Сэм объявит, что у него есть внебрачная дочь? Наверняка, у них будет вопросов больше, чем звёзд на небе. Оно и понятно. Никакой женщины рядом с Сэмом нет, а дети появляются. Чудеса, да и только!
— Я хочу к своему брату! — неожиданно заявила Клер.
Видимо, длительное сидение на папином колене ей наскучило.
— Сейчас позовём его, — заверил Сэм и дал малышке спрыгнуть.
Прежде, отпустить меня, он крепко обнял меня и поцеловал.
— Слава богам, мы смогли спасти Клер, — выдохнул он.
Мы встали. Клер обняла нас там, куда достала — в районе колен.
— Мама, папа, я вас очень люблю. Уже давно любила, но не говорила, чтобы Смерть не ругала меня. Мне было плохо с ней и хорошо с вами.
Звонкий голосок малышки смешался с эхом, а потом заливистый хохот в очередной раз спугнул мрачных летучих мышей. Они всегда жили в этом замке и когда нужно, служили извозчиками, обращаясь в вороных пегасов. Малютке Клер ещё многому придётся научиться. Она даже не знает, что у неё есть вторая ипостась, а мне не терпелось узнать, какая она будет.
— Ты пока побегай по залу, — попросил Сэм, — а потом я отведу тебя к брату и дядям. Просто нам с мамой надо многое обсудить.
Малышка спрыгнула с помоста, на котором стоял трон, и принялась обследовать каждый уголок тронного зала.
— Вот всё и закончилось, — выдохнула я. — Слава богам, наша дочь больше не принадлежит Смерти. Отныне нам не придётся бояться за неё.
Посмотрев на Сэма, поняла, что проблема для него кажется ещё большей, чем была.
— Всё не просто, — покачал он головой.
— Что с тобой? Почему такой хмурый? — удивилась я, беззаботно улыбаясь. — Всё страшное позади! Сэм, жизнь налаживается.
Он сглотнул застрявший в горле ком отчаяния и покачал головой.
— Больше ничего не будет так, как прежде.
— Да, я понимаю. Отныне нам не надо бояться за жизнь дочери.
— Я не об этом, — он стал ещё более хмурым, а я насторожилась. — Для того чтобы Смерть никогда больше не смогла бы пройти в мир живых, нам необходимо уничтожить два кованых зеркала. Те, через которые мы переходили в зазеркалье. Как только мы уничтожим зеркала, те, что остались в нашей запретной комнате, эти, что стоят в нашем мире, тоже растрескаются и осыплются. Больше никаких перемещений через зеркала. Только так мы можем быть уверены, что Смерть и Чернокнижник не придут в наш мир.
Я замерла, начиная понимать последствия.
— То есть ты хочешь сказать, что больше мы не сможем приходить в зазеркальный замок в нашу спальню?
— Да, — Сэм кивнул.
— Отныне мы не сможем видеться?
Сэм промолчал, но ответ был ясен. Сэм был мрачнее тучи, а я настолько обалдела от этой новости, что даже не сразу её осознала. Казалось, что можно не трогать зеркала и будет всё, как прежде. Но тут же поняла, что однажды Смерть и Чернокнижник явились в замок Арно, чтобы провести ритуал, должный подарить мне ребёнка. Значит, они могут ходить через зеркала. Да и Смерть пришла за Клер в день её рождения и забрала с собой. Причём, Смерть смогла пройти через обычное зеркало. Ведь Сэм говорил, что мир зазеркалья открыт для каждого, кто в него верит. И если мы уничтожим два основных зеркала, то перережем пуповину, связывающую мир живых и мир призрачных теней. Всё будет кончено. Эти два мира больше никогда не соприкоснутся!
— Я не готова к этому, — призналась я, уткнувшись лицом в грудь Сэма. — Разбив зеркала, я навсегда потеряю тебя, Генри и Клер. Лишь во время светских визитов смогу видеть вас. Я так не могу.
— А рисковать жизнью детей можешь? — мрачно спросил меня Сэм.
Почему-то хотела бросить ему в лицо гневную фразу, что для него наши отношения ничего не значат, но вовремя остановилась, зная, насколько я дорога Сэму. Он любит меня больше всех на свете. Больше себя, больше детей. Но разбить зеркала придётся, чтобы повадившиеся наведываться оттуда Смерть и Чернокнижник больше не тревожили нас.
— Мне больно, — призналась я.
— Мне тоже, — Сэм кивнул.
— Но иначе нельзя, — хоть сказала это я утвердительно, но получилось, как вопрос.