Братский круг. По самому краю … (СИ)

Во второй половине 1980-х тема зависимости от запрещенных веществ перестала быть табу в советском обществе. В 1986 году был снят первый документальный фильм о подростковой наркозависимости — «Осторожно: наркомания». В 1988-м на экраны вышла драма Саввы Кулиша «Трагедия в стиле рок», а еще через год в кинотеатрах СССР с огромным успехом прошел фильм Рашида Нугманова «Игла» с Виктором Цоем и Петром Мамоновым в главных ролях.
  
С 1991 по 2001 год число зарегистрированных наркозависимых в нашей стране увеличилось в 10 раз, с 35 до 369 тысяч человек. В 2005 году около полутора миллионов россиян сидели на героине. К 2010 году РФ превратилась в крупнейшего потребителя афганских опиатов.
Только в 2016–2017 годах доля инъекционных заражений несколько снизилась, до 48% всех случаев. На первое место, по официальной статистике, вышли гетеросексуальные половые контакты. Сейчас в России проживает от миллиона до полутора миллионов носителей ВИЧ. Число наркозависимых оценивается в восемь миллионов человек.
  
Глава 9
 
Наркомания в СССР. Многие уверены, что ничего подобного при социализме не существовало. На самом деле вся статистика по преступлениям, связанным с оборотом наркотических веществ (как, впрочем, и по любым другим преступлениям) в СССР являлась государственной тайной.
9 июля 1987 газета «Вечерняя Москва» впервые опубликовала тезисы из доклада начальника Главного управления внутренних дел Мосгорисполкома генерала П. С. Богданова, озвученные на заседании Исполкома Моссовета.
Цифры за первое полугодие 1987 года по столице:
249 преступлений, связанных с оборотом наркотиков, совершено
15 наркопритонов ликвидировано
234 человека привлечены к уголовной ответственности
152 человека привлечены к административной ответственности
26 человек отправлено на принудительное лечение
2402 наркомана состоит на учете в органах внутренних дел
26 лет — средний возраст московского наркомана.
Главный источник поступления наркотических средств — учреждения здравоохранения и аптеки. Специальные лекарства воруют и получают по поддельным рецептам сами наркоманы, а также незаконно списывают и перепродают сотрудники.
Цифры пока более чем скромные. Пройдет совсем немного и в стране появится настоящая наркомафия…
Наркотики свалились на головы россиян неожиданно, словно дождь с безоблачного неба. Правоохранительные органы оказались совершенно не готовы к тому, что наркомания и наркомафия из полулегенд под рубрикой «их нравы» превратились в реальность российской действительности. Сотрудники правоохранительных органов отмечают, что российская наркомафия формируется аналогично западным структурам, перенимая их богатейший опыт. У нее появились контакты с зарубежными коллегами, наркодельцы налаживают прочные связи в правительственных кругах и силовых министерствах.
Первые наркобароны были челноками
Наркомафия в СССР начала развиваться стихийно. Действовал главный принцип рыночной экономики — спрос рождает предложение. Челноки с рюкзаками на свой страх и риск отправлялись в Чуйскую долину Киргизии за анашой, а некоторые наконец-то вырвавшиеся на Запад туристы на обратном пути пытались пронести через таможню пакетик с героином или таблетку «экстази». Но время предприимчивых одиночек быстро миновало. Торговлю наркотиками стала прибирать к рукам организованная преступность. Практически никаких нарковойн при этом не происходило. Поставщиками наиболее популярного в России товара — опия и анаши — стали азербайджанцы. Они договаривались с производителями из Северного Ирана и Афганистана о поставках на российский рынок. Интересно отметить, что иранское законодательство предусматривает безальтернативную виселицу за всякую связь с наркотиками, но для производителей, ориентированных на СНГ, по-видимому, делается исключение. И курьеры, пользуясь прозрачностью границ СНГ, спокойно доставляли товар в Москву. С одним из них мне удалось встретиться.
Представился он Ахмедом. Сказал, что раньше был учителем где-то в глухом азербайджанском селе. Человек эрудированный, своих земляков «лицами кавказской национальности» не называет. Наркокурьером стал случайно: сначала торговал цветами в Москве, потом земляки предложили более выгодное предприятие. "Доходы соблазнили, — говорит Ахмед, — у меня детей много, да и родственников малоимущих. Всех кормить надо.
Боссом моим был бывший крупный партийный функционер из Азербайджана. Переквалифицировался я быстро: какая разница, чем торговать, цветами или наркотиками. За товаром я ездил в Северный Иран. Границ тогда не было никаких — российских пограничников вынудили уйти из Азербайджана. Сначала товар на фурах доставляли в Нахичевань. Оттуда мелкими партиями — в Баку, а потом в глубь России. В Москву товар попадал обычно уже перекупленный. Правда, у меня всегда одна-две партии были припасены специально для Москвы, где всегда поддерживались высокие цены на наркотики. Дальше наземным транспортом товар доставляется на склады в московских квартирах, студенческих общежитиях, подсобных помещениях и офисах. Признаюсь честно, товар приходилось размешивать. Самым любимым местом продажи был Черемушкинский рынок. Потом, правда, милиция нас придушила, и пришлось по квартирам разбрестись. Но обороты наши меньше не стали".
Московская оргпреступность стала тогда впервые приглядываться к наркобизнесу. Поначалу в него особо не вникали, заставляя азербайджанцев платить. Одни платили ассирийской группировке, другие — солнцевским (Черемушкинский рынок находится на их территории). Но ситуация в корне изменилась, когда у русскоязычных бандитов появились связи с зарубежными коллегами. Не обошлось здесь и без участия Вячеслава Иванькова (Япончика).
С Cosa Nostra договорился Япончик
Проникнуть на мировой рынок наркобизнеса российским ворам было трудно — он давно уже поделен между преступными синдикатами, традиционно занимающимися производством и распространением наркотиков. Оказавшись в начале 1980-х годов в Америке, представители русской первой волны преступности быстро осознали, что прибыли от продажи наркотиков гораздо выше, чем доходы от вымогательства у угонщиков автомобилей, заправщиков бензоколонок и другой мелочи, и решили прибрать к рукам наркоторговлю, хотя бы в районах своего проживания. Но это оказалось не так просто. По словам сотрудника Интерпола, разговор с новоявленными наркодельцами был коротким и жестоким. Некоторые русские бандиты пропали без вести, в Нью-Йорке, где компактно проживают русские эмигранты, возникали перестрелки. Были убиты очень влиятельные воры в законе Евсей Агрок и Любарский, коронованные еще в 60-х годах. В конце концов итальянцам удалось свести на нет усилия российского криминального сообщества. Спасшиеся от разборок бандиты продолжали заниматься привычным для себя делом — вымогательством, грабежами и смешиванием бензина с водой. О наркобизнесе задумались вновь, когда в 1991 году в США прибыл Япончик.
Он сумел договориться с Cosa Nostra. Переговоры происходили в Вене. Российскую оргпреступность представляли Япончик, солнцевские авторитеты Михась и Авера, а также люди из красноярской преступной группировки. Итальянцы были представлены главами нескольких семей. Посредничали при переговорах колумбийские наркодельцы из медельинского картеля Эскобара, заинтересованные в обширном российском рынке. Переговоры прослушивали и записывали сотрудники Интерпола. После продолжительных дебатов было заключено соглашение: русские импортируют кокаин, героин и некоторые виды синтетических наркотиков, а экспортируют растительное сырье. При этом они еженедельно должны выплачивать итальянцам несколько миллионов долларов.
  
После переговоров с итальянцами начал формироваться российский наркобизнес.
Российский наркобизнес наращивает обороты
На подпольном рынке России в целом и Москвы сегодня в ходу несколько типов наркотических веществ. Наибольшей популярностью по-прежнему пользуются наркотики растительного происхождения, выработанные из мака и конопли. Их широкое распространение обусловлено сравнительной дешевизной и простотой домашней обработки полуфабрикатов. Занимаются этим бизнесом по-прежнему азербайджанцы, являющиеся теперь низшим звеном в структуре крупных мафиозных синдикатов, поддерживающих теснейшие взаимоотношения с аналогичными структурами на Западе и Востоке.