Охота на землянку (СИ)

Умереть точно не даст. Этот красивый, сильный воин…
— Ренар, он… не разрешит.
— Это Ренар меня вызвал, чтобы помочь. Он всё знает. Знает, что я люблю тебя. Проблема в том, что он также неравнодушен, Айнея. И точно будет бороться. Не со мной, а со своими чувствами. Я же не стану тебя никогда и ни к чему принуждать.
Он убирает чёрные пряди от моего лица, гладит подушечками пальцев кожу на щеках. Я нестерпимо хочу его поцеловать.
  
Внутри всё тянется, ноги подрагивают. Пытаюсь свести бёдра вместе, но это не помогает.
В постели с Ренаром я чувствовала похожее. Это возбуждение.
Оно пугает. Почему оба мужчины вызывают во мне столько эмоций? Почему я становлюсь там влажной… и с одним… и с другим?
Значит ли это, что я плохая? Не такая, как все? Ненормальная…
— Лим, он…
— Всё хорошо, он под присмотром лекаря на Аресе. Мы летим туда, там будет спокойнее, потому что на Люмине поднимается бунт. Будет война. Я обязан тебя спрятать, пока всё не уляжется. Как только Ренар займёт престол… всё изменится.
— Тарик, — я сажусь на его бёдра, плотно прижимаясь к сильному телу, — ты должен знать…
Он опускает свои губы на моё лицо, орошает его мелкими поцелуями…
Сладостно прикрываю глаза и закусываю губы. Прежде чем я позволю чему-то случиться, он должен знать.
— Тарик, подожди.
— Что такое?
Сжимаю свои руки на его сильных плечах, его мышцы напрягаются, а зрачки расширяются. Смотрит внимательно, с заботой и лаской.
Никогда никто так на меня не смотрел. Хотя… Ренар.
Всё это слишком сложно. У меня не было никого, я вела спокойную жизнь, а мужчины стояли на последнем месте, были совершенно мне неинтересны.
Теперь их двое. Они разные, и каждый из них делает меня особенной. Они касаются по-особенному, они смотрят особенно… Они всё делают для меня.
— У нас с Ренаром всё было.
Он молчит, а я уже боюсь, что теряю его. Но нет, он только сильнее прижимает меня к себе. Утыкаюсь носом в его шею, жмусь ближе.
— Я догадывался, что так будет. Но мне плевать, Айнея. Если мне придётся делить тебя с ним… то я наступлю себе на горло. Главное, что ты будешь рядом.
Я сама его целую. Сама налетаю на его рот, затыкая. Накидываюсь так, словно ждала этого всю жизнь… как самая настоящая сумасшедшая, обезумевшая от желания.
Не даю даже опомниться, снимаю с себя верх, обнажаясь по пояс.
Соски стоят, внизу всё намокает.
Глаза Тарика белеют, прям как тогда… у Ренара.
— Целуй меня скорее везде, Тарик. Скорее…
И он тут же выполняет мою просьбу, вбирая сосок левой груди в рот, заставляя меня кричать от удовольствия.
  
Глава 55. Айнея
 
С Тариком иначе. С ним нежнее, и в то же время также страстно. 
Ренар — он огонь, сжирает, буквально поглощает…Тарик же обволакивает, забирает по частичке, будто смакуя и растягивая собственное удовольствие.
Чёрт. 
С ними обоими невообразимо хорошо. 
И как я вообще могу так думать, не представляю. Но…
— Боже, — выдыхаю, теряя нить собственных мыслей, пока Тарик спускается ниже к пупку, а я вульгарно раздвигаю свои ноги. 
Я буквально прошу, чтобы он двинулся ещё ниже и быстрее…мне не хватает прикосновений. Мне всего мало. 
Хватаюсь за тёмные волосы воина, и с горящим взглядом всматриваюсь в лицо. 
Тарик чуть приподнимает уголок губ, а затем резко хватает мою ногу, закидывая её вверх. 
Крепкая ладонь проводит по коже от ступни ниже, а я ёрзаю на неудобном сидении корабля. 
— Возьми уже… — шепчу ему. 
В одну секунду он что-то нажимает и, оказывается, полностью обнажённый. С жадностью всматриваюсь в его тело, а руки уже прямо тянутся, но Тарик отрицательно качает головой.
— Сначала я исполню свою мечту…попробую тебя на вкус, Айнея. — хрипит он полушёпотом. 
Вторая нога автоматом двигается куда-то в сторону, и я откидываю голову назад, хватаясь за металлические поручни, на которых висят какие-то космические атрибуты. 
А в следующую секунду шершавый, горячий язык касается наконец меня. Сначала легко, так, будто просто попробовав на кончик. Однако в следующее мгновение, бёдра взмывают вверх, а Тарик с утробным рычанием, словно волк набрасывается на мою плоть, заставляя стонать в голос. 
Влажно, громко, вульгарно. Он вылизывает меня, не оставляя мне выбора. Я взрываюсь миллионами кусочков уже в следующую секунду. 
Прижимаюсь к его лицу, пока ноги в судороге бьются на его плечах. 
— Тарик, я скучала… — бессвязно шепчу, а он всё не останавливается. 
— Держись руками, Айнея, мы ещё не закончили, — рычит он, и в следующий момент, я оказываюсь прижата к металлической стенке корабля. 
Распластана и прижата самым лучшим воином на этой галактике. 
Держусь руками, пытаясь рассмотреть его, но глаза всё ещё не в силах сфокусироваться после оргазма. Касаюсь лоном разгорячённой плоти Тарика и намеренно двигаю бёдрами. 
Сейчас дразню, знаю, но хочу почувствовать его. Невозможно.
Он чувствует, намеренно оттягивает, хочет, чтобы я показала, потому что у нас обоих ведь есть лишь это мгновение. 
— Смотри в глаза, Айнея. Запомни. — хрипит Тарик. 
Слушаюсь своего воина, и вот так, глядя друг другу в глаза, давая то, что возможно у нас скоро отнимут, я чувствую. 
Он входит медленно, растягивая меня словно пастилу, а я старательно пытаюсь не закатывать глаза. Тарик тяжело дышит, и я чувствую, как ему тяжело сдерживаться. Но, он словно не готов терять эту связь ради такого плотского удовольствия. Хочет остановить момент, зафиксировать всяческими способами. А ещё растянуть, чтобы поймать мои порочные вздохи и стоны. Каждый раз, когда он это слышит, его глаза сверкают. Не так, как у моего хмурого и жестокого президента, но они мерцают фиолетовым. И это лишь всё ближе подводит меня к точке. 
Тарик проводит языком по ложбинке груди, а я едва ли ещё могу держаться руками. Движения стража глубокие и размеренные. А взгляд проникновенный и чувственный. Он даже будто обещает что-то, но мы оба знаем…это не закончится счастливым концом. Мы не убежим и не скроемся на другой планете, строя свою счастливую жизнь. 
Потому что я и сама не смогу. 
Даже сейчас, плавясь в руках Тарика, я не забываю о Ренаре. Так же как и с Ренаром, Тарик всегда рядом со мной, в сердце.
  
Глава 56. Ренар
 
Я не могу найти себе места. Мне нужно посекундно знать, что с ней происходит. Что она сегодня ела, чем занималась, кому улыбалась. 
Я пытался связаться с Тариком, как только их корабль достиг Ареса, но на связь он не вышел. Осознание того, что он это сделал специально — выбивает почву из-под ног. Но я держу себя в узде. 
Мне нужно научиться контролю, который я теряю так часто. Айнея перевернула весь мой мир, все мое сознание. Я теперь… словно другой. Словно абсолютно не тот, кем был еще вчера. 
Я готов пойти против всех, лишь бы быть с ней. И осознание того, что со мной происходит, поражает. Айнея сказала, что во время нашего соития у меня были белые зрачки. Это уникальная способность, которая позволительно далеко не каждому. 
Это большая редкость. 
Это говорит не просто о любви и преданности, это говорит о том, что она моя истинная. Она — моя единственная. Я никогда не смогу испытать и десять процентов из того, что испытал с ней. Я никогда не смогу полюбить другую, потому что всегда буду верен ей. 
Это дар свыше. И кто знал, что меня так накроет из-за землянки. 
Еще недавно я хотел собственными руками уничтожить человеческую расу, которые прятались на Тартессе столько лет. А теперь я ищу в своей голове план, как спасти. Всех их. 
  
Потому что если ее народ умрет, она не простит. Она не простит этого мне никогда. А я без нее сдохну. 
— Что ты творишь, щенок? — отец врывается в совещательный кабинет. Я здесь совершенно один, в муках от того, что не обладаю никакой информацией, — Народ бунтует, Люмина горит. Земляне уже здесь… Ты их пустил на нашу территорию, Ренар? Как ты мог предать всех нас?