Бои местного значения (СИ)

— Действовать придётся и там, и там. Исходите из этого.
— Работать будем и по полицейскому варианту, и по армейскому? — Ответ на вопрос уже давно понятен, но есть вещи, которые обязательно нужно озвучить.
— Да. Оружие подбирайте исходя из этих соображений. Теперь — по личному составу. Вы планируете забирать кого-то из своих нарочанцев?
— Капитана Оладьина. Насчёт остальных — прошу разрешения привлекать их по мере необходимости применительно к конкретным обстоятельствам.
  
— Фёдор Артурович, возражений нет?
— Никак нет, Михаил Александрович. — Напрягшийся при упоминании о нарочанцах Келлер быстро успокаивается.
— Из моих… э-э… подчинённых с четырьмя дамами проведено предварительное собеседование, результаты положительные. С полковником Гуровым мы уже обсудили особенности их работы. Универсальность, как в батальоне спецназа здесь не потребуется, марш-броски с полной выкладкой бегать им не придётся, поэтому основной упор будет делаться на работу без оружия и с короткостволом. — Докладывает Воронцов. — Помимо этого из разных мест в течение недели должны прибыть семь человек. Их надо проверить на предмет физической годности к предстоящим действиям. Да, и ещё один скользкий момент… Прошу разрешения привлечь отдельных… представителей уголовного мира. Например, в качестве инструкторов по незаметному проникновению в здания, или вскрытия тайников и сейфов.
— Пётр Всеславович, Вы уверены, что это действительно необходимо? — В голосе Регента явно слышится сомнение.
— Так точно. Проведённые ранее полковником Гуровым акции доказали это.
Ну да, когда работали по последствиям войны и земельному бунту нам один старый медвежатник здорово помог. В обмен на возможность тихо и мирно уйти на покой с новым именем и некоторыми денежными накоплениями. И научил кое-чему, и его связями среди блатарей аккуратно попользовались. Тем паче что работали под «вывеской» банды Лёньки Пантелеева. В этой истории господин Пантёлкин начинал похожим образом. Первая мировая, старший унтер-пулемётчик, после дембеля недолгая служба в полиции, потом внезапная и очень сильная любовь к роковой красотке, из-за которой угодил под суд. Сбежал, сколотил банду в три десятка рыл и начал свои кровавые «гастроли». Потом попался. А дальше… Как и в моём мире «подкупленный» надзиратель выпустил Пантелеева из камеры и вырубил свет, чтобы помочь скрыться, но на выходе его приняли уже мы. Дождались, пока он расскажет нам всё, что знал и помнил, и переселили в мир иной — ему за убийства и разбои по любому высшая мера светила. А «банда» во главе с достаточно похожим на Лёньку поручиком из ОКГБ стала грозой тех выкормышей Земгора, кто не понимал смысла «деятельного раскаяния» за свои гешефты пятнадцатого-семнадцатого годов.
— Михаил Александрович, после ликвидации Чугуна у нашего «Лёньки Пантелеева» появилась репутация беспредельщика, с которым опасно связываться… — Заметив недоумение Регента, вкратце напоминаю одну из последних акций «Неуловимых». — Иван Кузнецов, кличка «Чугун», специализация — грабежи и убийства. Полиция сама справиться не могла, начальник УГРО действительный статский советник Кошко обратился к нам за помощью, — мы плотно тогда работали с его летучими отрядами.
«Пантелеев» со своими подручными заявился на хазу к Чугуну и перестрелял ядро банды. Самого главаря и его «адъютантов» — Володьку Гужбана, Федьку Каланчу, Ваньку Повара и ещё с десяток приближённых. Хозяйке «малины» было велено разнести весть, что Чугун, дескать, помешал Лёньке взять хороший куш, за что и поплатился.
— И что, никто после этого Пантелеева не искал, чтобы отомстить? — Похоже, такие подробности ВэКаэМу никто не рассказывал, уж больно явно августейший интерес заметен.
— Во-первых, в уголовном мире не принято лезть в чужие дела, если они напрямую тебя не касаются. Так сказать — «Дыши и дай другим дышать». А во-вторых, «Лёньку» найти очень трудно. Есть несколько человек, которые могут оставить ему сообщение в тайнике-«почтовом ящике», а дальше он сам решает отвечать, или нет. Способ очень удобен, более того, любую информацию от полиции, или ОКГБ можно представить, как послание от кого-то из блатных. Если чужие перехватят сообщение, пусть ломают голову, что у них там за «крыса» завелась.
— Хорошо. Привлекайте уголовников. Но без информации кто действительно есть кто на самом деле… Вернёмся к нашему вопросу. Денис Анатольевич, у Вас есть ещё конкретные кандидатуры?
— Так точно. Я бы хотел привлечь своих бывших вольнопёров — поручиков в отставке Буртасова, Фёдорова и штабс-капитана Горовского. Первые двое — инженеры-горняки, после окончания института работают в ГЭОНе…
— Буртасов сейчас под Архангельском, Фёдоров — на Вилюе. Ищут кимберлитовые трубки. Горовский работает у меня по полупроводникам. Его я бы не хотел Вам отдавать, только-только получили обнадёживающие результаты по получению чистого кремния с помощью вихревых токов высокой частоты. — Иван Петрович даёт краткую справку, затем замечает выражения лиц присутствующих и поправляется. — Короче говоря, он — очень нужный и незаменимый на данный момент специалист.
— Других персоналий предложить не могу… Будем искать… — Завершаю «выступление» фразой Никулина из «Бриллиантовой руки», вызывая мимолётные улыбки Павлова и Келлера.
— Тогда — последний на сегодня вопрос. — Великий князь становится очень серьёзным и хмурится. — Денис Анатольевич, я очень рад, что столичные приключения так быстро и удачно закончились. Рапорт подписан, но какое-то время будет храниться у Фёдора Артуровича. Для широкой публики Вы уволены со службы всё-таки с мундиром и пенсией. Но задание, которое я хочу Вам поручить, придётся выполнять с личным составом Первого батальона, поэтому пока что Вы остаётесь для них командиром…
Как Вы все знаете, золотой рубль был отменён в тысяча девятьсот четырнадцатом году. Но за пятнадцать лет его существования финансовой сфере Российской империи был нанесён огромный вред иностранными инвесторами. Нет ни одного крупного банка, где бы не присутствовали в значимом количестве французские, британские и германские деньги. Приведу в качестве примера Русско-Азиатский банк. Восемьдесят процентов уставного капитала — французские. Из «Сосьетé Женера́ль», «Банк Националь де Пари», «Креди Агриколь» вместе с небезызвестным Вам «Лионским кредитом». Через этот банк бОльшая часть золота уплывала в Европу, а не помогала развивать нашу промышленность. Благодаря этому банку почти весь угольно-металлургический комплекс Донбасса принадлежит французам и бельгийцам с их монопольными ценами на чугун, сталь, прокат, рельсы и прочее, столь необходимое стране.
Мы объявили иностранным заводчикам и фабрикантам негласную войну, цель которой — выдавить их из нашей экономики. Казённые заказы для них в этом году сокращены, а со следующего подавляющая часть франко-бельгийских заводов их вообще не получит. Сейчас в Алтайском горном округе в полную силу заработали национализированные заводы и шахты «Копикуза»…
Ну да, на предтечах Кузбасса оттачивали мастерство и Горный Департамент, и несколько лет назад созданный Департамент по экономическим преступлениям Министерства внутренних дел при поддержке ОКГБ, и даже я, грешный, ручку изволил приложить. Сначала фабричные инспектора, скупленные на корню, сменились на молодых и до неприличия честных и «не берущих». Затем по их сигналам приехала компетентная комиссия разбираться — почему не выполняются статьи Трудового кодекса, августейше Регентом утверждённого. И про жильё вспомнили, и про рабочий день, и про обучение… Проще было сказать, про что они не вспоминали. И через недельку-другую не менее честный судья вынес приговор о штрафе, количество ноликов после цифры которого заставило акционеров поднапрячься. Они-то полагали, что «отец-основатель» бывший тайный советник Трепов по дружбе через Министра Императорского Двора графа Фредерикса все проблемы разрулит. Да не срослось. Это, кстати, мне сам Трепов сказал, когда я «ручку прикладывал»…