Пленница Хозяина Жемчужных Холмов (СИ)

Лорд Персифаль метался по порту как в горячке, опрашивая встречных людей насчёт Алессандры и лорда Дэнривэла, но, не добившись ничего более или менее стоящего, принялся высматривать беглецов сам.
В этом проклятом порту никто ничего не хотел говорить просто так, все ждали денег, которых у него самого было в обрез. И тратить их в обмен на информацию Сильвей не собирался.
В порту шастал самый разнообразный люд, на чужаков смотрели ровно, но притом не доверяя никому, это было первым правилом торговых площадей и мест скопления людей из самых разнообразных мест.
Доверие – гибель для тех, кто рискнёт здесь быть наивным и беспечным.
Воины его отряда, поддавшись на провокационную красоту здешних мест, разбрелись вдоль берега, кто-то завернул в таверну, находившуюся вблизи пирса, чтобы быть на подхвате. Кто-то просто любовался морем, особенно прекрасным в это время года. Однако сам лорд Персифаль никакой красоты в том не видел, Солнце, отражаясь в гладкой поверхности, нещадно слепило и без того воспалённые, вечно не выспавшиеся глаза.
Стоило и самому расслабиться, пропустив стаканчик-другой креплёного эля. А, может, и не стаканчик…
Заглянув в забегаловку, обширные окна которой открывали всё тот же вид на спокойное сегодня море, он уселся у окна, заказав мяса на вертеле, жареных овощей и чего-нибудь горячительного. Стоило успокоиться и наконец-то нормально поесть, в первый раз за всё это время, между прочим. Погоня давалась с трудом, даже несмотря на преимущество, которым обладал Сильвей: знание и отряд людей, готовых в любое время прийти на подмогу. Но дэригон, даже не зная, что лорд Персифаль движется по его следу, умудрялся обыгрывать его каждый раз, ускользая вместе с наследницей трона Иратриона, словно они были сотканы из эфира, а не из плоти и крови.
Обед был приготовлен достаточно быстро, и Сильвей, расслабившись и потягивая божественный напиток, окончательно пришёл в себя. В голове приятно шумело, и море уже не казалось противным и раздражающим, напротив, сейчас он был готов даже искупаться.
Когда к нему подошла молоденькая прислужница, всё время его пребывания в таверне строившая лорду глазки, он, без зазрения совести, сграбастал её в охапку, усадив себе на колени, бесстыдно облапав на ходу. Та весело и якобы смущённо рассмеялась, но покидать столь удобное «кресло» не торопилась. Хмельные глаза смазливого лорда, казалось, обещали ей не только плотские удовольствия, но ещё и какие-никакие деньги за её услуги, и она тоже не хотела упускать своего.
Податливое, молодое, на всё готовое тело рядом повело мысли Сильвея далеко от погони. А хмель добавил легкомыслия и без того затуманенному любовными ласками мозгу. Плевать он сейчас хотел и на дэригона, и на Алессандру. Лорд Персифаль жаждал любовных утех в объятиях сговорчивой молодки, и она, не медля повела его наверх, где находились ночлежные комнаты.
Сильвей не спросил её имени – да какая разница, как оно звучало! Разве сейчас это было важно? Жаркие поцелуи настигли их вновь, и лорд Персифаль, путаясь в мыслях и одежде, принялся раздевать свою новоявленную подругу.
Здесь, наверху, были такие же большие окна, как и внизу, и, бросив случайный взгляд на улицу, он едва не протрезвел, завидев её! Алессандру, будь она неладна! Её рыжие локоны сверкали на солнце как пламя костра, и не заметить, не узнать принцессу было невозможно!
Рядом с ней стояли двое мужчин, в одном из которых он узнал дэригона, другой же был ему явно незнаком. Персифаль дёрнулся к окну, желая получше рассмотреть их – возможно, он ошибся или хмель в голове сыграл с ним злую шутку…
Прислужница повисла сзади, требуя продолжения ласк, но сейчас он только раздражённо оттолкнул её: это были они. Лорд Дэнривэл и принцесса. И они уже удалялись, видимо, договорившись о месте на корабле.
- Куда же вы?! – обиженно надула губки его подружка, пока тот безуспешно пытался вырваться из плена полу снятой рубахи, а затем натянуть штаны. Пальцы не слушались, он торопился, а потому нервничал ещё больше.
 
Схватив с кровати свои вещи и оружие, он выскочил в открывшуюся дверь, что громко за ним хлопнула. Сильвей ещё надеялся догнать их, но как быстро собрать воедино всю команду, ума не мог приложить. Шумно, с криками и грохотом, он сбежал вниз, громко выкрикивая имен своих воинов, вперемешку с ругательствами шестеря тех, кто отозвался не сразу.
Поручив другим собрать всю команду, сам лорд Персифаль бросился на берег, к тому месту, где из окна он увидел дэригона и Алессандру, но тех уже и след простыл. Сразу несколько кораблей отходили от пристани, и на одном из них была его принцесса, в этом он уже не сомневался.
Зло выругавшись и взяв себя в руки, лорд Персифаль отправился на поиски подходящего корабля. Он догонит их, во что бы ни стало, и, наконец, расправится с мерзким дэригоном.
Да помогут ему в этом Великие!
***
Свежий морской ветер взъерошил волосы, а потом ласково затрепал их, словно играясь. И Алессандра, подставив ему и лицо, счастливо улыбалась окружавшим их голубым просторам, тянувшимся на многие мили вокруг и, казалось, не имеющим ни начала, ни конца.
Но Закхард на этот раз не разделял её радости, заметно помрачнев с самого начала пути. И пока принцесса наслаждалась единением с вольной стихией, он ходил туда и сюда с мрачным видом, неприязненно поглядывая на море, шумевшее за бортом. И на корабельную команду, что с тем же восхищением взирала на Алессандру, и больше всех в этом преуспел конечно сам капитан Марсель.
Закхард был наслышан о нём давно.
Известный контрабандист, объявленный вне закона почти на всех континентах, умело обходивший стороной все посты и так и ни разу не попавшийся властям, хотя за его голову и была объявлена круглая сумма золотых. Изворотливый малый, но сейчас им и нужен был такой. Вот только его совершенно неуёмное внимание к Её Высочеству совершенно не нравилось лорду Дэнривэлу, он не просто беспокоился за жизнь своей подопечной, но и дико ревновал её, хотя внешне оставался непроницательным и спокойным.
Но и это было не единственной проблемой Закхарда. Качка. Качка убивала его, и дэригон ничего не мог с ней поделать, ибо сбежать с корабля было некуда. Он уже чувствовал этот подкатывающий к горлу ком и то, как испарина выступала на лбу крупными каплями, и знал, что дальше будет только хуже…
Судно качнуло, и он ухватился за борт, испытывая поистине адские ощущения, накатывающие с каждой такой волной. В глазах поплыло, а в ушах раздался звонкий смех Алессандры – Марсело уже терся рядом, развлекая девушку своими забористыми шуточками. Её щеки рядом с ним то и дело вспыхивали красным – она так мило смущалась, что это заметно было даже издалека. Зря он, конечно, сглупил, представив принцессу своей спутницей. Более увесистое «жена», возможно, отпугнуло бы приставучего капитана пораньше, но с детства привитая честность иногда срабатывала в самые неподходящие моменты. Как этот, к примеру.
Нет, конечно, Марсель не позволял себе лишнего – пока. Вероятно, он чувствовал на себе убийственный взгляд дэригона, хотя упорно делал вид, что не замечает его. А Закхард, между прочим, едва дыру в нём не прожигал – в прямом смысле слова, пламенный зверь, бушуя внутри, не желал терпеть соперника, претендующего на его женщину, даже если сама женщина не видела в нём никого, кроме врага.
Хотя, ведь это было неправдой. Закхард знал, чувствовал глубинами своей чёрной души, что небезразличен ей. И тот эпизод в избушке проклятой деревни мертвецов, когда она с жадностью разглядывала его тело в лохани, пока он мылся, и постоянные потайные взгляды принцессы в его сторону, то и дело блуждающие по его лицу…
Лорд Дэнривэл сглотнул подкатившую тошноту. Они не смогут быть вместе, ни при каком раскладе. И оба будут страдать, но… Другому он её точно не уступит. Ни белобрысому Персифалю, ни уж тем более «капитану-здравствуй, виселица», как его прозвали в народе. Не смея прикоснуться к своему сокровищу, он будет охранять его от других.