Детский сад-10 (СИ)

Прежде чем подняться на второй этаж, к маме Аманде, Люция подбежала к окну, выходящему на улицу, и, забравшись на стоявший рядом стул, выждала. На пасмурной деревенской улице было пустынно. Но вот стукнула входная дверь в Тёплую Нору. Секунды спустя на улице появилась Селена с охапкой ружей и сумкой - драконишка понадеялась, что именно в сумке будут те гремящие маленькие штучки. Селена огляделась, а потом припустила бежать к противоположной улице, к самому близкому дому. В нём - знала Люция (она всех жителей знала!), живёт маг Ривер. Хотя - припустила бежать - это не совсем верно: от тяжести перегибаясь на одну сторону, хозяйка места с трудом тащила оружие.
Через несколько минут драконишка убедилась, что к Пригородной изгороди идёт небольшая толпа вооружённого народа: и люди, и оборотни, и эльф Корунд, который проснулся, когда Селена пробегала мимо веранды - гостевого кабинета, где он спал. И ему Селена успела стукнуть в окно…
Успокоившись на этом - прорицание получило необходимое противодействие! - Люция сползла со стула и побежала на второй этаж Тёплой Норы. Нельзя, чтобы мама Аманда испугалась, проснувшись и не найдя на месте своей упрямой дочки-драконишки. Да и за новенькой девочкой надо приглядеть, чтобы не плакала… И, топая босыми ножками и хитро улыбаясь: а Селена, испугавшись, даже не заметила, что она босая! - драконишка вернулась в постель и натянула на себя одеяло…
Глава двадцать первая
Он, высокий, внешне худой от недоедания подросток, легко придерживал под мышки повисшего на его руках без сознания, довольно грузного старика Бернара, ощерясь и бросая по сторонам злобные взгляды, словно затравленная бездомная собака.
Со стороны деревни в него целились из ружей собравшиеся у изгороди жители. Драконы, со своими “пассажирами”, опустились на луговине, ближе к пейнтбольному полю, отрезая ему путь к погибшей в войну деревне. Армия храмовых машин подъезжала, неумолимо беря его в полукольцо. А с обеих сторон от Тёрна стояли вконец растерянные Мика и Колин.
Оправившись от приземления, Коннор огляделся. Возле ближайшей к нему машины уже стоял Дрок. Мальчишка-некромант хотел отвести от него взгляд, чтобы проверить, как чувствуют себя младшие братья, но уловил вроде как мельком брошенный на него настойчивый взгляд Белостенного. Незаметно подошёл к нему ближе. Встал рядом - двое храмовников даже потеснились, чтобы дать ему эту возможность.
- Поговори с ним… - прошелестело от Дрока, который, показалось, даже не посмотрел на него.
- Я?..
- Ты подрос, но ты выглядишь младше своих лет. И умный. Отвлеки его, - опять-таки не глядя на Коннора, велел Дрок. Мальчишке некроманту почудилось даже, что он не двигает губами, говоря с ним.
- Он стянет с Бернара, если поймёт…
- Ему не нужна магия Бернара. Иди к нему. Ты дерзкий - сумеешь отвлечь.
Коннор с сомнением уставился на Тёрна. Не нужна магия Бернара? Почему? Впрочем, другой вопрос гораздо важней. Дрок уверен, что Коннор сумеет отвлечь Тёрна от его жертвы. Опять сбросили проблему на него… А ему решай… Удобно: что бы ни случилось, храмовники останутся не при чём… А что делать ему, Коннору? Как заговорить ему зубы? Тёрн - Паук. Может, в этом всё дело? Этот эльф самоуверен, но не боец. Он именно что Паук, таящийся по глухим углам и оттуда плетущий свою паутину для слабых, но жирных мух… Но не боец.
Именно это застряло в мыслях Коннора, когда он улучил момент - Тёрн скосился на деревенскую изгородь. И мальчишка-некромант рывком отошёл от Белостенных. И только тогда понял Дрока: несмотря на уверения в магической неспособности Тёрна взять силу от Бернара, Дрок боится за старика-целителя. Боится, что Паук где-то прячет другое оружие - холодное, например. И может убить Бернара чисто физически. А потому нужно отвести внимание Тёрна и…
Почувствовав упорный взгляд, Коннор приподнял бровь: на него умоляюще смотрел Мика, который был в полной растерянности. И тогда Коннор решился. Ловя частые паузы, в которых Тёрн нервно озирался, он быстро перешёл от машин к драконам. А уже от них позвал:
 
“Колин! Мика! Уходите от него! Быстро!”
“Но Бернар!..” - плачуще отозвался мальчишка-оборотень.
“Тёрну не нужна обычная магия! Ему нужна только некро!”
“А как же там - в пригороде?”
“Тамошние некромаги снятую с магов силу пропускали через себя! Они-то могли это сделать! Но Тёрн брал готовую некро уже у них, для чего и устроил паутину! Он не убьёт Бернара - он только пугает!”
До младших дошло - и оба немедленно порскнули в разные стороны от Тёрна. И потом рванули к Селене - к изгороди, которая, “узнав” обоих, пропустила их и без пропускных браслетов - они же братство! Селена бросилась им навстречу, обливаясь слезами, обняла. А потом вернулась вместе с ними встать во главе мужчин, готовых оборонять деревню.
Коннор точно не знал, так ли всё то, что он им о паутине сказал, на самом деле. Но высказанное выглядело логично - для него: а зачем иначе Тёрн создал паутину? Только для того, чтобы перерабатывали для него омолаживающую силу другие.
Да и пусть бы его выводы были ложью! Ему необходимо было обезопасить младших братьев, а потому говорил убеждённо. И они этой убеждённости поверили. Тёрн остался перед деревенской изгородью в полном одиночестве.
Правда, недолго. Из ближайшей к нему машины вышел Дрок и уверенно подошёл к нему. Коннор тоже постарался не отставать, хотя вокруг и так было много защитников для главы ордена Белой Стены.
- Отпусти старика, Тёрн! - повелительно сказал Дрок, и Коннор про себя даже в такой ситуации умудрился смешливо фыркнуть: сам-то, небось, постарше Бернара будет!
- А что взамен? - оскалился Тёрн. - Что взамен? Я хочу этого мальчишку-некромага! - И ткнул пальцем в Коннора.
- Подавишься! - презрительно и достаточно звучно, чтобы услышал убийца, ответил тот.
- Отпусти старика, - монотонно повторил Дрок.
Они стояли в трёх шагах друг от друга: “подросток”, с чёрными (непривычно для эльфа) глазами, которые прятались в жёстких, морщинистых веках - и крепкий седовласый старик, в белых одеждах, с ярко-синими глазами, в которых даже нет намёка на долгие годы жизни. И сбоку - Коннор, уставший, голодный, но злой.
- У нас тупик, - криво ухмыльнулся Тёрн. - У нас тупик, если ты не понял, Дрок. А ведь ты считаешь себя лучшим из лучших! Так почему же ты не понимаешь, что наша ситуация проигрышная по всем параметрам? Если я отпущу старика, вы наброситесь на меня, будто натасканные на кроликов псы. Не отпущу, убью его - будет то же самое.
Коннор собрался, как перед прыжком. Вот оно! То, с чего можно начать говорить!
- Того же самого не будет, - сквозь зубы процедил он. - Если ты убьёшь Бернара, я тебя никому не отдам. Я буду убивать тебя лично. Каждый день - понемногу. Я буду добавлять физическую боль к той боли, которую ты будешь чувствовать, в считаные дни превращаясь в старика и умирая от старости. А ты знаешь, Тёрн? Процесс старения начался! Отпусти Бернара, Тёрн! Белостенные будут к тебе милосердней, чем я!
- Кто ты такой, чтобы я поверил, что ты настолько жесток?! - хрипло завопил “подросток”, от ярости плюясь слюной с каждым словом. - Я тебя не знаю! Кто ты такой, если я впервые вижу тебя? Почему я должен верить твоей болтовне? Почему я должен верить какому-то сопляку, который мне интересен только тем, что носит вокруг себя отличную порцию некромагии?!
Коннор встал в шаге от Бернара, которым Тёрн прикрывался, как щитом.
- Я убийца, - вновь сквозь зубы проговорил он - и распахнул часть личного пространства, где пряталось прошлое.
 
Тёрн жадно качнулся к нему. Поначалу, едва он “увидел”, как мальчишка раскрывает личное пространство, кажется, он решил, что неизвестный мальчишка-некромант всё-таки готов отдать некромагические силы взамен на жизнь старика-эльфа.
Но он - “видел”, а потому внезапно для себя оказался среди одичавших оборотней - в самом центре взбесившейся своры. Они кровожадно визжали, убивая налево и направо, причём убивая не только тех, кто попался им на пути, но и себе подобных - ведомые сумасшедшим азартом дикой крови… Сначала они не обращали внимания на Тёрна, который от ужаса прижал к себе старика-целителя, готовясь бросить его на растерзание, если что. Но потом… Вся свора внезапно развернулась к единственному эльфу среди одичавших. Открыв рот и задыхаясь, Тёрн, окаменев, смотрел на окровавленные морды, скалящиеся жуткими клыками, - на морды, от которых ощутимо для эльфа, с его рафинированно чутким обонянием, несло плохо переваренной, почти тухлятиной, из-за чего Паука начало тошнить…