Детский сад-10 (СИ)

- Ты так боишься этого? - поддел его Мирт. - Его обиды?
- Мы поссорились перед войной, - рассеянно сказал Коннор, начиная убирать заклинание сна, навешенное Трисмегистом на Ивара. - А сейчас мы снова в трудных условиях. И пока неизвестно, чем всё закончится… Не хотелось бы, чтобы обида Ивара в такие часы на меня стала бы плохой традицией между нами.
- Ты вспомнил? - осторожно спросил Мирт, и мальчишки затаили дыхание. - Вспомнил, что было до аварии? И… Ты помнишь обе свои жизни?
- Помню. Говорить не хотелось, потому что боялся, что это состояние будет недолгим. Но вы сами видите - я до сих пор… - он смущённо улыбнулся, - больше не уходил в того, прошлого.
Ивар лежал спокойно, но задышал чаще - начал просыпаться.
- А из-за чего вы поссорились? - спросил Эрно. - Ну, перед войной?
- Глупо вышло, - с грустной усмешкой ответил Коннор. - Всё из-за мелочи. То есть это я тогда думал, что из-за мелочи. Я старше него на год. И тогда мне казалось глупым то, что ему казалось важным. Мы читали - точней, разглядывали картинки в книге артефактов - примерно такой, какую однажды получил Мика. Помните? Мика тогда ещё так впечатлился теми картинками, что сказал - он хочет воспроизвести все эти украшения-артефакты… А Ивар (его настоящее имя - Рейннис) сказал другое. Он сказал, что хотел бы иметь все эти привлекательные для него предметы. Я ответил, что, как минимум, их нельзя даже хранить в одном месте. Он заспорил - с высоты своих лет, а я захотел доказать, что умней. - Он хмыкнул. - И поссорились. Он с родителями был в гостях у меня, у нас. И он сказал, что больше к нам не приедет. А у родителей, моих и его, была договорённость: пока есть возможность, мы будем встречаться семьями каждые выходные. И я снова посмеялся над ним: “Не оставят же тебя дома одного?” Это я сейчас бы промолчал, а то бы и перевёл в шутку всё, что было. А тогда я себе казался взрослым - в сравнении с ним, а потому хотелось… доминировать.
Он замолчал, опустив голову и чувствуя, что не может больше улыбаться, но ещё трудней убрать горечь с опущенных уголков губ.
- И что дальше? - не выдержал Мирт. - Так и не успели помириться?
- Они не приехали в следующие выходные. Не приехали и через две недели. А в конце третьей недели отец поехал узнать, что у них там. И выяснил… - Коннор бросил взгляд на лежащего Ивара. - В конце третьей недели нам оформили опекунство над Иваром, и мы поехали забирать его из приюта… Ивар, открой глаза. Можешь слушать меня и так, не притворяясь, что спишь.
Мальчишка-друид резко встал на колени и всмотрелся в старшего брата. И бросился к нему, обнимая и заливаясь слезами.
- Вы ехали за мной! За мной ехали вы!.. Мне сказали, что меня заберут, но я не поверил! Я даже не знал, кто меня заберёт, но верил, что приедете вы! Твои родители и ты!.. Я ждал вас на крыльце приюта!.. Почему вы не приехали раньше?! Вы бы успели!..
- Мы приехали, как только отец получил документы на тебя, - ответил Коннор, обнимая его сам. - Он только и успел с работы заехать за нами, потому что хотел, чтобы ты видел - ты попадаешь в семью!
- Если бы вы приехали раньше!..
Мальчишки молча смотрели на них двоих, и Коннор не стеснялся того, что, вцепившись в него, младший брат плачет, как маленький. Единственное, что пока страшило Коннора: они оба опять в неопределённой ситуации, из которой выбираться - нести смерть и… ожидать её в ответ.
Когда Ивар отпрянул, мальчишка-некромант бесстрастно напомнил:
- Но и сейчас я всё тот же старший. Тебе придётся слушаться меня, даже если тебе это не понравится.
И внутренне ухмыльнулся, когда Ивар ожидаемо насупился, быстро вытирая слёзы и уже исподлобья оглядываясь на старших братства и Эрно. Но явно пересилил себя.
- Я помню, - хмуро сказал он. - Ты командуешь в братстве.
- Хорошо, если ты это принял, - уже строго взглянул на него Коннор и, не давая вставить слово, жёстко сказал: - Ввожу в те события, которые ты пропустил. Слушай внимательно. Итак. Пока ты спал, здесь произошла парочка происшествий.
 
Ивар слушал как-то…. торопливо, словно пытался отделаться от информации, чтобы заняться собственными делами или поразмыслить о своём. Но услышанное даже для него оказалось настолько значительным, что он поневоле не только вслушался в пересказ эпизодов, но и промолчал, выслушивая то, как обсуждали эти события старшие братства и Эрно… Один раз на них оглянулся Трисмегист и недовольно поджал губы при виде бодрствующего мальчишки-друида, но отвлечься надолго ему не дали Перт и Ильм.
Пока ребята снова обсуждали недавнюю вылазку за пленным, который сейчас лежал в бессознательном состоянии у расписанной формулой стены, Коннор наблюдал: и Перт, и Трисмегист время от времени наклонялись к этому некромагу, чтобы сравнить то, что они написали с практическим воплощением на человеке. И дорабатывали сильно сокращённую формулу, исходя из магического состояния пленника.
Наконец замолчали все. Ребята - потому что выдохлись обсуждать. Маги, заложив за спину руки, - потому что разглядывали формулу, стремясь найти оставшиеся огрехи.
- Получилось? - спросил себя Трисмегист.
Коннор встал и подошёл к взрослым.
- И что это?
- Наша защита, - ответил Ильм. - Доступ к серой магии у нас есть. Теперь осталось пройти небольшой ритуал, чтобы стать недосягаемыми для магического жеста, снимающего магию.
- И как это будет сделано? - полюбопытствовал Рамон, который сам магом не являлся, но был весьма очарован их работой. - Начертите всё это где-то здесь? Но в этом здании нет ни одной ровной поверхности! Разве что на стенах…
- Нет, зачем так сложно? - риторически вопросил Трисмегист. - Эта формула хороша тем, что её знаки можно внедрить в личное пространство каждого из нас. В том числе, между прочим, и в ваше, Рамон. Хотя бы для того чтобы на всякий случай обезопасить вас от посягательств на вашу жизнь.
- Вот как… - пробормотал изумлённый Чистильщик, невольно улыбаясь: обычным людям редко приходилось сталкиваться с вводом магии в личное поле. - И сколько времени понадобится на этакое дело?
- Немного, - сказал Перт. - Первыми подойдут некромаги. Затем остальные.
- Необязательно, - напомнил Трисмегист. - Переносить знаки в личное поле могут Ильм, я и старшие братства. Джарри и Колр. Им только бы посмотреть, как это делается.
- Вы доверяете им такую тонкую работу? - удивился храмовник-некромаг.
- Доверяю.
После внесения знаков формулы в личное пространство одного из первых некромагов Ильм кивнул и позвал к себе Ванду. Трисмегист кивком скомандовал Ивару, который ещё оглянулся на Коннора. Мальчишка-некромант, скрывая усмешку, заметил в умоляющем взгляде просьбу: “Я хочу, чтобы это сделал ты!” Но покачал головой. В данном случае Коннор не чувствовал себя настолько умелым, чтобы подправить брату личное пространство. Хоть и выучил наизусть все части ментально-магического ритуала, но пока ещё побаивался. Но, когда Хельми - под контролем Трисмегиста - выполнил необходимое над одним из Чистильщиков, Коннор подошёл к следующему Чистильщику и, стараясь не обращать на пристальный взгляд эльфа-бродяги, внёс в его пространство знаки формулы. Далее работал Мирт, и Коннор вместе с Иваром наблюдал, как в подправленное личное пространство всех находившихся в здании людей начинает входить серая магия, пробивающаяся из-под земли. “Как будто крыса на запах приманки”, - промелькнуло в мыслях, и Коннор вздохнул.
Уложились в полчаса, а затем Перт прочитал маленькую лекцию о том, как теперь изменилось их положение из осадного.
 
- Главное, что все должны запомнить, - скрипуче от напряжения, договорил он, - это то, что у нас нет преимущества перед мухами-некромагами! Нет! Мы защитились только от убийственного магического жеста, снимающего магические силы! Запомнили?
Все негромко и коротко прогомонили, что запомнили. А Коннор вдруг сжался, заметив стремительный взгляд Перта на пленника, так и не приведённого в сознание. Мальчишка-некромант взглянул на Трисмегиста. Видел ли он? Понял ли, что собирается сделать храмовник? Но Трисмегист в это время вполголоса что-то говорил Ильму…