"Фантастика 2023-176". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

– Не трогай меня.
– Нам надо идти.
– Они не простили.
– Я слышал, что сказал Онеда. Он простил тебя.
– Ты лжешь. Человек может простить того, кто принес ему смерть. Но никто никогда не простит убийце смерть своих детей.
– Зачем же ты просила о прощении?
– Не знаю. Это было сильнее меня. Я поняла, что должна это сказать. И мне было все равно, простит меня Онеда, или нет.
– Брошь Дивини, Каста. Она дает нам силу осознать прошлые ошибки и очистить душу.
– Ошибки? Ты называешь истребление целой деревни ошибкой?
– Твоя вина лишь в том, что в тот день ты была Мирчел, а не Кастой.
– Какая разница? Это была я. Я пришла в Айфодл с огнем и мечом. И смерть этих людей на моей совести.
– Ты раскаялась в том, что совершила. Покаяние очищает. Душа Онеды все поняла. Тени прошлого тебя больше не потревожат.
– Снова ложь?
– Это правда, Каста. Это видение послал тебе Утаро. Он пытается заглянуть в твой разум, сыграть на твоих воспоминаниях, твоих страхах, твоем горе. И задержать нас. Прошу тебя, идем.
– Три года я убивала, чтобы выжить. Это было легко. Я знала, что если не убью я, убьют меня. Это был закон арены, который был прост и понятен. Я не искала оправданий и не нуждалась в них. Теперь я пытаюсь оправдать саму себя, и не могу. Что мне делать?
– Идти дальше. Совершенного не исправить. Нужно смириться.
– И это все, что ты можешь мне сказать?
– Все. Других слов поддержки у меня нет.
– Тогда идем, – Каста встала с колен. – Куда теперь?
– Я вижу гору Фуширо, – сказал Книжник, показав рукой в сторону конической заснеженной горы, внезапно появившейся на горизонте. – Похоже, именно там мы найдем то, что ищем.
Гора Фуширо была совсем близко. И Малхаи торжествовал. Гилан боялся поднять глаза на своего отца, ибо последний фамар здесь, в мире Теней, принял свой истинный облик. Теперь на чешуйчатом огнедышащем драконоконе-гшири восседала огромная мохнатая тварь с острой мордой и огненными глазами. Гилан ожидал, что магия Тени оборотит и его, и прочих всадников-братьев, но все они сохранили человеческое обличье.
– Когда камень будет у меня в руках, и Исконный будет пробужден, – рыкнул фамар, обращаясь к Гилану, – ты и твои братья освободитесь от сквернящей вас человеческой крови и станете теми, кем вам подобает быть – истинными фамарами. Наберись терпения, сын. Наша цель близка.
– Ты чем-то обеспокоен, отец?
– Я чувствую присутствие наших врагов. Будьте готовы к битве.
Долгий подъем закончился. Плоская идеально округлая вершина горы, заметенная снегом и усыпанная ледяными глыбами, была перед ними. Здесь было очень холодно, и Каста подумала, что этот холод говорит о близости смерти. В центре открывшейся площадки возвышалась гробница Утаро – трехступенчатая пирамида с основанием в шестьдесят футов и высотой в двадцать. На вершине пирамиды ярко горело ослепительно-белое пламя.
– Священный огонь Фуширо, – шепнул Книжник. – Мы пришли.
– Что теперь?
– Вы уже здесь, – раздался знакомый голос. – Не скажу, что я этому рад, но с судьбой спорить нельзя.
– Утаро, нам нужна помощь, – сказал Книжник. – Мы нашли путь к твоей гробнице, и ты знаешь, кто мы и зачем пришли к тебе.
– Знаю. Вы пришли, чтобы забрать у меня жизнь.
– Ты мертв, великий император. Тебе кажется, что ты жив, но это не так.
– Разве? – В воздухе повисла фигура, будто сотканная из черного дыма, а затем лич обрел очертания и телесность. Утаро был в чешуйчатых доспехах, которые в свете священного огня переливались разноцветными огоньками, и в древней короне Хеалада.
– Какой путь выбираешь, Моммек, путь битвы или путь жертвы? – спросил лич, обратив пустые глазницы на Забытого. – Я вижу, ты взял с собой саму Воительницу. Думаешь, меня пугает ее искусство убивать?
– Мы пришли, чтобы спасти твою страну, император, – сказал Книжник, делая Касте знак не хвататься за оружие. – Помоги нам и помоги себе.
– Слишком поздно, Моммек. Фамары уже здесь. Я слышу ржание их драконоконей и звон их оружия. Малхаи и его воины идут за камнем. Вы сможете их остановить?
 
– Мы будем драться, – сказал Книжник.
– Драться с Всадниками Большой Ложи? – Лич издал звук, похожий на смех. – Так ли это просто даже для бога и его избранницы?
– У нас есть выбор?
– Выбор есть всегда. Эта страна чужая для тебя, Моммек. Она чужая для тебя, Кровавая Дева. Это моя страна, не ваша. Вы можете просто уйти, и я не буду вас останавливать.
– Сам надеешься справиться с фамарами?
– Нет. Мне их не остановить. Но я могу уничтожить камень-сердце и ценой своего бессмертия остановить Малхаи. Хотя такой исход мне совсем не по душе.
– Понимаю. Дорожишь Бессмертием?
– Да, – лич вздохнул, глазницы его наполнились тьмой. – Даже такая жизнь лучше небытия. А ты, Моммек – ты стал смертным. Сочувствую тебе.
– Я принял свою судьбу, император. А вот ты… Великий Утаро испугался смерти, превратился в тень, которая боится исчезнуть окончательно, – усмехнулся Книжник. – Давай поговорим о цене твоего бессмертия. Цена – доспехи Аричи. Принимаешь мое условие?
– Хорошо. Ты выбрал путь битвы и убедил меня, Дарующий мудрость. А что скажет Воительница?
– Я скажу, что с меня хватит болтовни. Говори, что нужно делать.
– Знаешь, почему я не забираю у тебя твою жалкую жизнь? – прошелестел лич. – Ты спасла человека моей крови. Принц Оваро должен жить. Но мое расположение не означает, что я готов умереть во второй раз во имя ваших интересов. Докажи мне, что ты чего-то стоишь, Воительница. И ты докажи, Моммек.
– Утаро, что будет, если твое сердце попадет к Малхаи?
– Ты же знаешь ответ на вопрос. Я лишусь Бессмертия, а Хеалад накроет Тень. Я хочу жить, Моммек. Остановите Малхаи и его всадников, и тогда мы будем решать вашу судьбу…
– Он исчез, – сказала Каста, дыша на коченеющие пальцы. – Теперь рассказывай, что делать дальше.
– К вершине Фуширо ведет только одна тропа, та самая, по которой мы поднимались. Фамары тоже пойдут по ней.
– Ты хоть знаешь, сколько их?
– Сам Демон Большой Ложи Малхаи и с ним пятнадцать всадников – его сыновья от человеческих женщин.
– Будь моя воля, сама бы перерезала глупых гусынь, отдающихся первому встречному, – проворчала Каста. – Ты всерьез полагаешь, что мы вдвоем сладим с ними?
– Убьем Малхаи, и его всадники потеряют часть своей силы. Запомни, фамара не возьмешь обычным оружием. Используй кинжалы Хабу.
– Ты не сможешь сражаться. Ты еще очень слаб.
– Я попробую. Но большую часть работы придется делать тебе. Ты готова?
– Готова. Пойдем отсюда, пока я не замерзла окончательно.
– Погоди! Ты уже продумала план сражения?
– Клянусь Шантэ, какой тут может быть план? Встретим их на тропе, и будем драться. Или они нас, или мы их, вот и весь план.
– Я говорю о твоих доспехах, Каста. Мы сейчас на Теневой стороне, и ты можешь в полной мере использовать их магию.
– О чем это ты?
– Вот о чем, – Моммек провел ладонью по наплечнику Касты, и латные щитки полукирасы, охватывающие талию селтонки, начали расти, превращаясь в настоящие крылья. Изумленная поисходящим Каста не верила своим глазам.
– Теперь ты настоящая фалькария, – сказал Моммек. – Попробуй взлететь. Просто пожелай этого.
Каста подчинилась, и удивительные крылья легко и мгновенно раскрылись и подняли ее в воздух. Хохоча от восторга, селтонка облетела вершину горы и опустилась рядом с Моммеком.
– Клянусь Гаваном! – воскликнула она, гладя ладонями доспехи Лаэки. – Такого я даже во сне не испытывала! Чудо, великое чудо! Будто птица. Как такое возможно?
– Это же магические доспехи. Сиды прекрасно разбираются в Магии Стихий и Битвы. Разве ты не знала?
– Знала, но даже не предполагала, что такие чудеса бывают на свете. Я чувствую себя богиней!
– А разве не богине принадлежали эти латы? Атакуй врагов как настоящая соколица, бей их сверху, подобно молнии. А я перекрою им путь. Как тебе такой план?