"Фантастика 2023-176". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
- Не приходилось. Дай пройти.
- Не так быстро, белокурая. Ты мне понравилась. Я перетрахал здесь уже всех шлюх, и они мне надоели. Хочется бабу посвежее и помоложе. Как тебе мое предложение?
- Я не сплю с медведями. Особенно если от них воняет говном, как от тебя. Уйди с дороги, герой, не то придется тебя побрить. А я, когда брею кого-нибудь, могу порезать.
- Ишь ты! Ну ладно. Вот дверь. А это, - верзила поднес громадный кулак к лицу Касты, - засов на двери. Попробуй открыть.
- Нарываешься на неприятности? - спокойно спросила Каста.
- Гы-гы-гы! - заржал детина, брызгая слюной. - Напугала, клянусь яйцами Маннара! Я прям дрожу весь, гы-гы! Все слыхали, Чаррек Медведь дрожит от страха!
- Чего ты хочешь? - спросила Каста.
- А ты чо, не поняла? Ты пришла в мой город, белокурая. Пьешь в моей корчме. Надоть бы заплатить. В цене сойдемся, не волнуйся.
- А если я не стану платить?
- Тогда ты останешься здесь. Со мной и с моим лучшим другом, гы-гы! - Верзила похлопал ладонью по своей ширинке. - Пока мой Очень Большой Медвежонок не побывает во всех твоих дырках. Ну, что скажешь?
Каста оглядела посетителей, столпившихся у стойки. Все они смотрели на нее, и в глазах у них был испуг. Понятно, что этот выродок здесь всех держит в страхе. Медведь, как же. На помощь ей никто не придет. И не надо, в дарнатском цирке приходилось один на один с медведями сражаться…
- Скажу, что ты ни хрена не получишь, дружок, - сказала она, повернувшись к Чарреку. - Тебе дать - себя не уважать. Отвали, мне нужно идти.
- Расхрабрилась после ревеньяка, девка? - В темных глазках Чаррека мелькнули искры злобы. - Не хочешь дать по-хорошему, дашь по-плохому. Я тебя…
Верзила не договорил: Каста правой рукой схватила его за гульфик замшевых штанов, вцепилась пальцами в набравшую упругость мужскую плоть и резко повернула. Чаррек взвыл от нестерпимой боли. Не давая ему опомниться, Каста нанесла сокрушительный удар левой, ломая верзиле челюсть. А потом, отскочив назад, ударила с разворота ногой скорчившегося Чаррека в ухо. Великан опрокинулся на бок и со стоном вытянулся на полу. Наклонившись, Каста сняла с пояса Чаррека тесак.
- Вот моя плата, урод, - сказала она, напоследок пнув потерявшего сознание великана. - Сдачи не надо.
Она вышла из таверны и по дощатым мосткам прошла на главную улицу Янтарной Гавани, ведущую к пристани - узкую, извилистую, размокшую от октябрьских дождей. Солнце еще не село, у тесно прилепившихся друг к другу по обочинам улицы деревянных домов хлопотали по своим делам их хозяева. Завидев Касту, они кланялись или же старались поспешно убраться с ее пути. Здесь не любили чужих, даже если они селтоны. С моря дул холодный ветер, красный закат обещал перемену погоды. В расчистившимся от туч небе с пронзительными криками носились чайки. Каста поежилась: даже выпитый ревеньяк не защищал от промозглой сырости и холода. Через пять дней наступит Самахейн - день, открывающий ворота зимы. А еще через две недели начнет падать снег, которого она не видела больше трех лет.
Три с лишним года спустя она вернулась на родину. Но радости на душе почему-то нет. Ей некуда идти. Она не сможет вернуться в Церуний - да и зачем? Чтобы рубцы на сердце, едва-едва поджившие, снова открылись? Она даже не сможет побывать на могилах своих близких, потому что этих могил просто нет. Только два места, куда она вряд ли заставит себя пойти. Место, где она жила, и тот пустырь на окраине города, за скотным рынком. Там в те страшные дни горели огромные костры. Горели круглые сутки, превращая трупы умерших от чумы в черный жирный дым и белый хрупкий пепел. Каста вспомнила эти костры. Она видела, как работают похоронщики. Святые люди, даже тогда они пытались проводить умерших достойно. Рядом с мужьями на костер клали жен, рядом с взрослыми детей, рядом с малышами - их игрушки. Ряд бревен и хвороста, сверху ряд тел, потом опять ряд бревен, на него тела, снова бревна, снова тела - целая башня высотой в несколько десятков футов. Жрец читал короткую молитву, и костер поджигали с четырех сторон. Пламя бушевало так, что подойти к нему ближе ста локтей было невозможно. Дров не хватало, и на топливо для костров ломали дома вымерших семей. В одном из этих костров-башен сгорело тело ее матери.
Могил ее близких в Церунии нет. Есть место, где горели костры. И место, где когда-то стоял их с Айлором дом. Она своими руками превратила его в огненную гробницу для мужа и дочки.
Скоро в Селтонии начнет падать снег. Слишком похожий на хрупкий белый пепел, который густо и медленно сыпался на Церуний с неба в дни, когда горели ТЕ костры.
Каста тряхнула головой, будто отгоняя тяжелые воспоминания, не спеша, направилась к пристани. Корабль Фасиса покачивался на волнах среди рыбацких лодок и баркасов и казался здесь чужим и неуместным - не дать, не взять роскошный дворец среди хибар. Десяток мальчишек стояли на пирсе и восхищенно разглядывали чужеземную галеру. Неподалеку от сходней Каста увидела Вислава - рэшиец сидел на перевернутой лодке и ковырял палочкой в зубах.
- Ты опоздала к ужину, - заявил он Касте. - Куда ходила?
- Пробовала напитки в местном трактире.
- Ну и как?
- Ревеньяк был отменным. Тебе стоит попробовать. Держи, - Каста протянула Виславу тесак, взятый трофеем у Чаррека Медведя.
- Очередной подарок? - Вислав принял оружие, вытянул клинок из ножен, одобрительно покачал головой. - Ты просто задарила меня, женщина.
- С одним луком и со своими заклинаниями ты много не навоюешь. Магические штучки хороши, но меч лучше. У нас в центральной Селтонии такой клинок называют барталон - медвежий коготь. Серьезное оружие, с одного удара можно руку отрубить.
- И в самом деле, великолепная сталь, - сказал Вислав, пальцем попробовав заточку клинка. - Где ты его взяла?
- Один парень подарил.
- Так прямо и подарил? - Вислав с любопытством посмотрел на девушку.
- Я его очень хорошо попросила.
- Судя по твоему тону, ты опять влипла в историю. С тобой не соскучишься.
- Это верно. Я девушка веселая, не то, что твой чахлый дружок. В последнее время он только и делает, что ноет. Где он, кстати?
- После ужина ушел в каюту.
- Как же это он отпустил тебя одного? - насмешливо спросила Каста. - Или уже не боится, что тебя приворожит какая-нибудь селтонка?
- Я уже привык к его капризам. Просто не обращаю на них внимания.
- Сочувствую тебе, Вис. Не знаю, как бы я себя повела, влюбись Леодан в меня. Иногда мне хочется как следует вздуть этого хиздрика. Но не забудь, кто он. Ты когда-нибудь был женат, Вис?
- Не был. Все никак не получалось.
- Тебе не нужна жена, Вис, - неожиданно сказала Каста. - Слабому мужчине жена просто необходима, без нее он пропадет. А твердолобые парни вроде тебя прекрасно идут по жизни сами. Семейное счастье не для вас.
- Разве твой муж был слабым мужчиной?
- Нет, он был особенным. Второго такого больше нет.
- Ты сама себе противоречишь. Говоришь, что жены нужны только слабакам, и тут же отрицаешь это. Где логика, женщина?
- В задницу поиметь твою логику! Я совсем другое имела в виду.
- Хорошо, хорошо, не злись. Я тебя понял. Я все-таки надеюсь, что однажды женюсь и проверю на собственной шкуре, подходит мне роль семьянина, или нет.
- Ну, тогда побольше общайся с Леоданом. Он научит тебя массе полезных вещей. Например, терпению. В семейной жизни оно очень пригодится.
- Пожалей меня, Каста. Хоть ты не издевайся! У меня, в самом деле, ум за разум заходит. Парень тянется ко мне, и я ничего не могу с этим поделать. Наорать на него, послать к чертям собачьим не хватает духу. Он так смотрит на меня, что…
- Что, Вис?
- Не знаю, не могу сказать. Клянусь Цвиром, если на свете и есть любовь, то вот она, в чистом виде. Только радости от этого я не испытываю.
- Внуши себе, что Леодан питает к тебе сыновьи чувства.
- В том-то и дело, что не сыновьи! Вспомни, какую сцену ревности он закатил мне в Хуле.