"Фантастика 2023-176". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

– И Аина ап-Аннон мертва?
– С ней покончено. Ее тело упало на мостовую, а потом стало так быстро разлагаться, что оторопь брала. Пара минут, и от девчонки остались одни косточки. Знаешь, мне почему-то стало очень грустно. Уж больно красивое было тело. Прям картинка.
– Нашел о чем сожалеть! Радоваться надо, что с Аиной покончено.
– Жаль, что ты не видел, какой красавицей она была, Франшен. Мы, драконы, очень неравнодушны к женской красоте. Особенно к блондинкам. Помнится, когда я был совсем маленький, отец рассказывал нам с братом Ихоуном про нашего предка Эгранавайна – великий был дракон! Он, говорят, так любил человеческих самочек, что собрал в своей пещере аж шестьдесят семь девушек, и все они были блондинки, одна другой краше. Глазастенькие, грудастенькие, с длинными косами и не менее длинными ножками. А потом, когда какой-то заезжий рыцарь случайно попал в его владения и попытался освободить девчонок, ни одна из них не согласилась расстаться с Эгранавайном! Чем-то он их к себе привязал, – Зарята вздохнул и выпустил клуб дыма. – Знать бы чем.
– Ну, это просто. Он наверняка был с ними ласков и обходителен. Женщины это очень ценят.
– Ладно, это все пустяки. Я тебе забыл самое главное рассказать. У этой Аины был на пальце каролит. Вот где истинное сокровище. И я почувствовал, что каролит этот живой. Понимаешь, о чем я?
– Не совсем.
– Ну вот, а еще говоришь, что ты дипломированный маг! Соображать надо. А что, если в этом каролите скрыта душа самки дракона? А я почти уверен, что это так. Ведь это единственная надежда для меня, Франшен. Уж очень мне не хочется стать действительно последним драконом.
– Клянусь серебряной пулей! То, что ты говоришь, просто замечательно!
– О том, что я могу стать последним?
– Вовсе нет. Мы можем, так сказать, протестировать мой СКОМП. Он безошибочно покажет, что скрыто в кристалле. Только скажи, и я немедленно проведу эксперимент.
– Друг, а это мысль! – Дракон просиял. – Сейчас же отправлюсь к Хейдину и заберу у него камень. У него все равно есть еще один.
– Думаю, мы сможем пробудить скрытого в кристалле дракона или дракониху, – с важным видом заявил Франшен Рекля. – Если бы ты читал «Magnum Opus» достопочтенного Соланиуса ди Муррана, ты бы знал, что пробуждение дракона вовсе не такая уж трудная магическая операция. Важно только соблюсти некоторые тонкости процесса. Но здесь ошибки мы не сделаем, у меня в библиотеке замка Фор есть книга ди Муррана, и мы сможем навести, так сказать, все необходимые нам справки. Как тебе идея?
– Хорошая идея, – одобрил Зарята. – Просто отличная идея. Вот сразу и приступим к делу. Наше присутствие здесь больше не требуется. Наши друзья и без нас сделают все, как надо. А мы с тобой… – и окончание фразы Зарята прошептал вилкану на ухо.
– Наверное, стоило бы с ними попрощаться, – заметил мастер Рекля.
– Хорошо бы, если бы она была с золотистой чешуей и голубыми глазами, – вдруг произнес Зарята, думая о своем. – А то бывают с медно-красной чешуей и зелеными глазами. У таких, я слышал, характер просто несносный… Что ты говоришь?
– Я тут подумал, что из соображений вежливости не мешало бы, так сказать, попрощаться с нашими друзьями…
– Ну, это необязательно. Мы еще с тобой вернемся сюда. Бери-ка лучше свой СКОМП и жди меня у ворот. Я только заберу у Хейдина каролит и мигом обратно. Надеюсь, что мой папаша не успел по доброте душевной кому-нибудь подарить перстень Аины…
Первое, что она увидела, были закопченные деревянные балки, крест-накрест перечертившие потолок. Потом какой-то тихий голос с облегчением сказал:
– Хвала Оарту, очнулась!
– Слава Богу! – произнес другой голос. – Руменика моя!
– Ратислав? – Руменика повела глазами, чтобы увидеть юношу – и увидела Хейдина. Ортландец улыбался ей.
– Здесь я, ненаглядная моя, – Ратислав подошел ближе к ложу и взял девушку за руку. Его прикосновение было таким приятным, таким нежным, что Руменике захотелось заплакать от счастья. Она попыталась поднять голову, но слабость не позволила. Голова закружилась, лица Ратислава и Хейдина поплыли перед глазами.
 
– Вот дерьмо! – вырвалось у Руменики.
– Ругаешься, значит, жива, – засмеялся Хейдин. – Но в постели полежать еще придется.
– Хейдин, это ты? А она где?
– Аина? С ней покончено. Твой план сработал, милая. Мы загнали эту тварь обратно в бездну.
– Голова тяжелая, – пожаловалась Руменика. Ее взгляд остановился на Ратиславе, потеплел, увлажнился. – Хорошо, что ты здесь. Я люблю тебя.
– И я тебя люблю, зорюшка моя, – Ратислав наклонился и поцеловал девушку в губы.
– Мы допустили большую оплошность, слишком близко подошли к Аине, – сказал Хейдин. – Хвала Оарту, что на тебе был каролитовый перстень фон Гриппена. Я даже предполагать не мог, что Аина обладает такой чудовищной Силой. Но теперь все кончено. Мы прошли наш путь до конца.
– Что это за дом?
– Гостиница. Красный Чертог осквернен. Понадобится несколько дней, чтобы очистить его от трупов. Гибель Аины уничтожила и прочих халан-морнахов, которыми дворец просто кишел. Я был там – в залах дворца нечем дышать. Разложившиеся трупы повсюду. Клянусь священной рощей Тарнана, не самое приятное зрелище. Даже у меня желудок вывернуло наизнанку. Ты сможешь вернуться во дворец через пару дней.
– Ратислав, прошу тебя, оставь нас с Хейдином наедине, – внезапно попросила Руменика.
Юноша вопросительно глянул на ортландца, однако ни о чем спрашивать не стал и вышел из комнаты. Потом Руменика попросила пить.
– Хейдин, я вспомнила, что Аина говорила что-то о моем отце, – сказала она. – Вроде бы это мой отец был тем чудовищем, с которым дрались ты и Акун, тогда, в Липкиной деревне. Или мне это послышалось?
– Тебе это послышалось, – твердо сказал Хейдин.
– Благодарение Единому! – Девушка закрыла глаза, облегченно вздохнула. – Наверное, эта гадина хотела доставить мне больше боли. Но я не поверила ей, Хейдин.
– Я не знал твоего отца, но думаю, что он был настоящим воином. Поверь моему чутью, так оно и было.
– Конечно, – Руменика с теплотой посмотрела на ортландца. – Я знаю, он был похож на тебя. Зарята называет тебя отцом, а ведь он мой брат. Значит, ты мой отец.
– Нет, милая. Твой отец – Йол ди Крифф. Гордись им и помни о нем. Он это заслужил.
Большой совет лаэданской знати собрался в день поминовения императора Хейлера Праведника в большом тронном зале Красного Чертога.
Хейдин пришел на совет в сопровождении шести герольдов, одетых в белое с золотом – цвета императорского дома Лоэрика. Герольды явились к нему в опочивальню, едва солнце прошло половину пути до полуденной отметки с приглашением на совет, а также с роскошным платьем, которое надлежало надеть приглашенному. Хейдин позволил цирюльнику себя побрить и надушить и не без раздражения облачился в наряд, который, как ему показалось, сделал его похожим на попугая. Втихомолку проклиная дворцовые условности, он проследовал с герольдами в зал, где ему полагалось по этикету ожидать вызова в зал совета. Сюда же почти одновременно с ним в сопровождении шести знатных дам пришла и Липка. Когда Хейдин увидел свою любимую, то от избытка чувств опустился перед ней на колени – так ослепительна была его возлюбленная, облаченная в голубой шелк и белоснежные кружева, надевшая изысканные драгоценности из геламских бриллиантов и зеленоватого камня драконов – нефрита.
– Нет ни в небесах, ни на земле никого равного тебе красотой, моя ненаглядная! – воскликнул он. – Сердце мое готово разорваться от счастья!
Они бросились друг другу в объятия, слились в поцелуе. Герольды покраснели, дамы, хихикая и перешептываясь, отвернулись, в душе по-доброму завидуя этой паре.
– Твое сердце должно биться ради нашей любви и нашей дочери! – шепнула Липка Хейдину на ухо.
Призывный рев труб вернул влюбленных к мысли, что совет уже начался и их, возможно, ждут. Хейдин взял девушку под руку, и они двинулись в тронный зал, окруженные герольдами и знатными девицами. Хейдину казалось, что он видит сон. Такого он даже не мог себе представить. Три месяца назад он был одиноким, стареющим, нищим воином, приживалкой у знатного лорда. Прав оказался покойный Медж Маджари – тогда он просто не знал своего будущего. Знала его только старая Нулла. Она ведь говорила ему, а он когда-то над ней смеялся…