"Фантастика 2023-176". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
– И старый Риман ди Ривард говорил мне о том же, – поддержала Руменика. – О какой-то Деве-из-Бездны, Аине ап-Аннон.
– О Черной принцессе Вирхейна, – Зарята снова сверкнул в темноте зелеными глазами. – О королеве этих самых халан-морнахов. Теперь я понимаю, почему над Гесперополисом такой мрак.
– Что ты знаешь об Аине ап-Аннон, Зарята? – спросил Хейдин.
– Это женская ипостась пожирателя душ Заммека, верховного демона в культе луны и крови. Когда-то Аина была обычной смертной женщиной, но потом превратилась в вампира, предводительницу ночного воинства. Говорят, она одинаково досаждала и сидам, и людям. Потом скроллинги и ведуны сидов совместными усилиями пленили ее и заключили в пустоту. Хотел бы я посмотреть на идиота, который вывел Аину ап-Аннон из пустоты!
– И потому мы идем к сидам?
– Именно. Без них нам никак не справиться. Моей силы и магии недостаточно, чтобы одолеть принцессу Вирхейна.
– О, наконец-то наш могучий Дана-Дракон признался, что ему хоть что-то не под силу! – усмехнулась Руменика. – Я удивлена.
– Не стоит иронизировать, – недовольно сказал дракон. – Чую я, что-то назревает. Что-то ужасно неприятное. А мои предчувствия меня редко обманывают.
– А я думаю, что нам не стоит оставаться на ночь в лесу, – внезапно сказал Хейдин. – Тут рядом есть деревня.
– Откуда ты знаешь? – спросила Руменика.
– Прислушайтесь, собаки лают.
– Верно! – оживился Ратислав. – Я тоже услыхал, да подумал, что померещилось.
– Я бы сейчас все отдала за чистую постель и таз горячей воды, – сказала Руменика. – Нечего тут сидеть, зад морозить. Костер еле горит.
– В деревню вы пойдете без меня, – произнес дракон. – Я останусь в лесу, поохочусь, а утром вас найду.
– Скажи, ведь ты знал, что здесь рядом деревня? – спросил Хейдин, вставая с поваленного дерева. Дракон фыркнул.
– Конечно, знал, – ответил он. – Но мне так хотелось немного посидеть у костра вместе с вами!
Деревня Гримло оказалась неожиданно большой, но того благополучия, которое бросилось Хейдину в глаза в землях близ Корделиса, здесь и в помине не было. Дома были жалкие, не каменные, как в Корделисе, а глинобитные, с соломенными крышами. Кругом была непролазная грязь, из-за плетней и заборов на путников смотрели печальные тощие коровы. Постоялый двор со странным названием «Императорская курица» был под стать деревне – к нему вела разбитая и размокшая от дождей дорога, один из створов ворот был почти сорван со столба – то ли людьми, то ли стихией. В грязном дворе, обильно декорированном коровьими лепешками, было пусто, лишь пара телег без колес, ободранная собака, которая, тявкнув на пришельцев для порядка, тут же убежала в темноту за сараями, да еще пьяный, уснувший на груде отбросов прямо у дверей корчмы.
– Лучше бы мы остались в лесу, – вздохнув, сказала Руменика.
– Ждите здесь, – Хейдин спешился. – Пойду, поговорю с хозяином.
В самой корчме было почти так же, как и во дворе, темно, грязно и пусто. Пара бедно одетых крестьян, коротавших время за кувшином сидра, поспешили встать и поклониться приезжему, а потом с нагловатым любопытством уставились на ортландца. Хозяин, дремавший у затопленного камина, не поверил своим глазам, когда увидел Хейдина.
– Местьер?
– У тебя найдется место для четырех путников и шести лошадей? – спросил Хейдин.
– Место, в моей корчме? О, господин! – Лицо хозяина просияло. – Конечно, найдется. Все, что захотите! Добро пожаловать!
– Позови конюха, пусть расседлает наших лошадей и отведет в конюшню. И кузнеца бы позвать не мешало.
– Господин, боюсь, что ничего такого не выйдет. Я тут нынче один. Но вы не сомневайтесь, коней ваших я пристрою. Садитесь к огню, отдыхайте!
– Что ты ему сказал? – спросила, войдя в корчму. Руменика. За ней вошли Липка и Ратислав. – Он носится по двору, будто крылья у него режутся. Совсем как та курица, что намалевана над входом.
– Клянусь Оартом, у него тут нечасто бывают гости. Надо бы разузнать, почему.
– Кланяемся низко вашей милости! – Один из двух крестьян все же набрался смелости и подошел к Хейдину. – Откуда ваша милость путь-дорогу изволите держать?
– Из Корделиса.
– А направляетесь, стал-быть, в столицу?
– Нет.
– Тогда, стал-быть, на север?
– А тебе, хам, какое дело?
– Не во гнев вашей милости сказано будет – не охотники ли вы?
– Нет.
– Вона как! – Крестьянин развел руками. – Стал-быть, не охотники. Жаль.
– А тебе, папаша, на кой ляд охотники-то нужны? – поинтересовалась Руменика.
– Так это, чтоб зверюгу убить. Сказывали на торжище в Хон-Деране – кум мой слыхал, – что сам анператор послал сюды охотников, чтоб зверюгу энту прикончить.
– Какую еще зверюгу?
– А вы и не знаете? Ну, тады звиняйте, ваша милость. – Крестьянин внезапно поклонился всем по очереди и поспешил отойти к столу, за которым сидел со своим товарищем, после чего они оба вышли.
– Чего это они? – спросил Ратислав.
– Вордланы их разберут! Надо бы хозяина порасспросить.
Хозяин появился через несколько минут, сообщил, что кони уже расседланы. Кузнец живет на другом конце деревни, к нему проводят утром. Конюха при корчме нет, но есть мальчик, который почистит и накормит лошадей. Да и самим господам не мешает поесть и отдохнуть. Если господа захотят, его жена приготовит им яичницу с ветчиной, а сидр у него лучший в округе.
– Хорошо, – Хейдин достал из своей мошны монету и вручил хозяину. – Приготовь комнату для женщин, и пусть вода будет горячей, а белье чистым.
– Все сделаю, господин. Рад служить вашей милости. А если желаете, могу послать немедля за Тароном-Бобылем. Он в наших краях лучший проводник, все леса знает.
– С чего ты взял, что нам нужен проводник?
– Ну как же, – хозяин постоялого двора беспомощно посмотрел на Хейдина. – Я подумал, вам нужно знать…
– Ты тоже считаешь, что мы охотники? – спросила Руменика.
– Не охотники? – Лицо корчмаря стало совсем растерянным. – Вот оно как!
– Да ты не переживай, – сказал Хейдин. – Мы не охотники, но за все заплатим, сколько надо. Давай, займись ужином. Мы проголодались.
– Он очень расстроен, – сказала Липка, наблюдая, как корчмарь скрылся в соседней комнате.
– Что-то очень они тут в Гримло ждут охотников, – заметила Руменика. – Поговори с ним, Хейдин. Очень мне кажется, что наш огнедышащий друг опять нам чего-то не договорил. И мы опять близки к тому, чтобы влипнуть в очередное дерьмо.
– Надеюсь, этого не случится. Но правда твоя, расспросить трактирщика нужно. Не нравится мне эта история со зверюгой.
Хозяин вернулся через короткое время с большим кувшином и глиняными кружками на подносе. Шипучий ароматный сидр и впрямь оказался отменным.
– Чисто наш квас, – сказала Липка, и в ее лучистых глазах появился восторг.
– Полегче с этим сидром, сестрица, – предупредила Руменика. – Он знаешь как в голову шибает!
– Ты спросил меня, не охотники ли мы, – начал Хейдин, обращаясь к хозяину гостиницы. – А вы что, ждете охотников?
– Еще как ждем, добрый господин. Тут вся округа только и молится о том, чтобы поскорее пришли охотники и избавили нас от этой напасти.
– От какой напасти? От зверюги?
– От него, не к ночи будь помянут! Раньше моя гостиница была на северном тракте одной из лучших. Знаете, добрый господин, какие люди тут останавливались на постой? Сам император Ялмар Праведник однажды ужинал в моей гостинице и соизволил заказать к ужину курицу с пряностями, потому и назвал я свое заведение «Императорская курица». Да вот только, почитай, полгода тракт как замер. Все боятся зверюгу. Люди путешествуют только большими отрядами и только днем. Потому-то я и решил, что вы охотники – не боитесь вы, ваша милость, путешествовать с наступлением темноты!
– И что, зверюгу этого видели? Сожрал он кого?
– Разное говорят, господин, – трактирщик заговорил шепотом. – Есть люди, которые говорят что видели эту тварь. Здоровенный он, зверюга этот, поболее медведя будет, черный, как ночь, клыки и когти у него чисто ножи! Глаза, как блюдца. У нас в округе с весны пропало восемь человек, трое мужчин, три женщины и двое детей, так не иначе зверюга их сожрал. Косточек и тех не нашли.