"Фантастика 2023-176". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

– Превосходный план. Я – король Ортланда, ди Хаверен – император Лаэды, а над нами – владыка мира Фурион! Хороший план, клянусь огненным мечом Малгара!
– Вы пьяны, местьер Хейдин, – с горечью сказал Фурион, и на этот раз его глаза не смеялись. В их глубине светилась нескрываемая злоба.
Хейдин и сам внезапно понял, что винкарб уж слишком сильно ударил ему в голову. Или же Фурион что-то подмешал в вино? Трапезная начала плыть перед его глазами, руки и ноги не слушались. Голос Фуриона звучал так, будто принадлежал не тщедушному человечку чуть более трех локтей ростом, а великану или одному из богов:
– Вы хорошо поняли мои замыслы, местьер Хейдин ди Варс ле-Монкрайт. Это говорит о том, что вы неглупый человек. Я сделаю так, что вы встретитесь с вашими друзьями. Это убедит и вас, и их. И тогда мы поговорим еще раз. Когда вы поумнеете еще больше. И протрезвеете. И тогда великий Хаалев, создатель Вселенной, рассудит нас!
Хейдин упал на пол. Сознание оставило его. В следующее мгновение Фурион встал, обошел стол и, подойдя к лежавшему на полу ортландцу, снял с бесчувственного рыцаря перевязь с Ро-Руэдой.
– Что вы теперь собираетесь с ним делать? – спросила Джелла ди Дарион-Скар, состроив озабоченную гримаску.
– Вызову воинов, и пусть его отнесут в Третий ярус, к этой девчонке. Может, она сумеет убедить его не глупить.
– А мне он понравился, – сказала Джелла. – Я бы согласилась уединиться с ним на пару часов.
– Много болтаешь, – буркнул Фурион. И позвонил в колокольчик.
Граф ди Хаверен выслушал орибанца. Они сидели в кабинете графа, освещенные лишь пламенем камина. Высокий, сутулый и костлявый ди Хаверен напоминал сидящего на камне орла, величественного и невозмутимого. Лишь раз за время разговора с Фурионом в его глазах появился живой блеск – когда орибанец развернул принесенный в кабинет длинный сверток.
– Ты уверен, что это не подделка? – спросил граф.
– Уверен, ваша светлость. Это настоящий Ро-Руэда. Я ощутил его магическую эманацию, едва этот молодец въехал в замок.
– Если это так, то мы получили уже второй драгоценный меч. Первый, который был у мальчишки, тоже весьма неплох.
– Первый клинок просто отличный. Этот же, выкованный сидами, имеет мистическую власть над будущим, я уверен.
– Я в затруднении. Если он все же согласится мне служить, меч придется ему вернуть.
– Вовсе нет. Вы предложите ему такой обмен, от которого он не посмеет отказаться.
– Ты решительно все предусмотрел, Фурион.
– Почти все. Я еще не знаю, как поведет себя дракон. Однако не думаю, что его ярость нельзя будет укротить.
– Следует ли понимать твои слова, как сообщение об успехе?
– Рад сообщить об этом вашей светлости. Мои воины готовы. Они сумеют справиться с драконом, если он выйдет из повиновения.
– Пока они справятся с ним, он разнесет ползамка? Нет, Фурион. То, что ты изготовил воинов, отлично. Но я должен быть уверен, что мы будем полностью контролировать дракона.
– Мы будем его контролировать, я ручаюсь.
– Хорошо. Что еще?
– Эта дама, Джелла ди Дарион-Скар. Так ли надо было приглашать ее в замок именно в такой момент?
– Я доверяю ей, друг мой. Эта девушка – мой агент в столице. Ее близость к императору позволяет нам с тобой получать самые секретные сведения о том, что происходит в Гесперополисе.
– Ей понравился этот ортландский бродяга.
– У местьера Хейдина есть один недостаток: он сводит с ума женщин, совершенно не догадываясь об этом, – усмехнулся граф. – Если Джелла хочет заполучить ортландца в свою коллекцию самцов, не будем ей мешать.
– Воля ваша, милорд. Оставляю вам этот меч и пойду проведать моих новорожденных солдат. Не терпится услышать их первый писк!
Орибанец ушел. Граф ди Хаверен взял в руки Ро-Руэду, вытянул меч из ножен. Отсветы камина заплясали кровавыми зайчиками на черной полированной стали клинка. Меч был великолепен. Несправедливо, когда таким чудесным оружием владеет бездомный бродяга. Теперь Ро-Руэда нашел достойного хозяина. Если ортландец согласится, к мечу прибавятся еще два сокровища – бесстрашный рыцарь и дракон. И тогда Фуриону придется делать то, что захочет граф ди Хаверен. А если Фурион заартачится, тогда сталь Ро-Руэды, может быть, узнает, какова на вкус кровь орибанского мага.
 
Свою лабораторию Фурион устроил в подземелье донжона, в самой старой части замка, в лабиринте темных переходов, изломанных под самыми причудливыми углами, перегороженных железными решетками и тяжелыми дверьми, никогда не знавших солнечного света. После беседы с графом орибанский маг поспешил именно сюда. Требовалось завершить работу, которую Фурион начал вскоре после появления в замке пришельцев из-за круга.
Новое творение Фуриона находилось не в самой лаборатории, а в огромном каменном каземате по соседству. Магический шар под потолком каземата давал такой яркий золотистый свет, что Фурион даже зажмурился и тут же прочел формулу, убавлявшую сияние. Неяркий свет куда приятнее для глаз, особенно после хождений по сумрачным галереям замка.
Он вышел в центр каземата, посмотрел на свое творение. Четыре могучие фигуры, каждая на локоть выше самого рослого из прибывших с ним в Корделис орибанских гвардейцев. Пока на них надеты стальные цепи, пропущенные через массивное кольцо в своде – еще неизвестно, как могут повести себя эти молодцы, а Фурион не любил неожиданностей. Впрочем, эти цепи – весьма слабая страховка; сил у любого из четырех воителей достаточно, чтобы их порвать, будто протертые веревки.
Фурион коснулся пальцами груди одного из гигантов. На ощупь это просто человеческая кожа. Воистину, даже магу трудно привыкнуть к тем чудесам, которые творит магия. Не верится, что еще позавчера это была обычная глина. Когда имеешь дело с драконом, надо знать, против чего бессильно главное оружие этих существ – пламя. Никакая сталь, никакая плоть не выдержит этого все испепеляющего огня. А глина, обычная глина, из которой нищий горшечник лепит свои жалкие посудины, выдержит. Станет еще крепче. Превратится в камень. Неплохой сюрприз для огнедышащей твари.
– Мэннек! Айтен! Карадайс! Дарканис! – провозгласил Фурион, и прозвучавшие имена отразились эхом от стен каземата. – Дарканис! Айтен! Мэннек! Карадайс!
Он сам придумал эти имена. В «Текстах Аштеркарад» сказано, что голем нельзя называть человеческим именем. Если хочешь всецело управлять глиняным великаном, сам выдумай ему имя, и голем будет беспрекословно тебе подчиняться. Жаль, что эти имена не так благозвучны, как орибанские. Скорее, они похоже на варварские имена. Но это неважно. Гораздо важнее, что его непобедимые воины сейчас получили то, чего в них пока не было – имя, главное свойство живой души.
Фурион с удовольствием наблюдал, как заблестели незрячие глаза великанов, еще мгновение назад лишенные света жизни, как зашевелился, звякнув цепями, сначала первый, потом второй, третий. Великаны смотрели на него, он смотрел на них. А потом големы склонили головы – они узнали хозяина. В это мгновение Фурион испытал странное чувство; он подумал, что именно так, должно быть, чувствовали себя бессмертные боги, когда увидели созданного ими первого человека.
– Мастер! – сказал тот, кого Фурион назвал Айтеном. – Благословенный Мастер!
– Ты первым заговорил со мной, – Фурион заглянул в глаза голема. – Поэтому ты станешь старшим над своими товарищами.
– Я понял, – ответил великан.
Фурион взял ключ и отпер замок, удерживавший цепь на вмурованном в пол стальном крюке. Теперь великаны были свободны. Конечно, выпустить из этого каземата их нельзя. Но и в оковах держать тоже нет нужды. Его магия держит их в подчинении крепче железа. Эту работу он проделал хорошо. Он почти готов встретить дракона. Осталось дать своим особым воинам особое оружие.
И убедить графа, что големов он создал только для того, чтобы защитить Корделис.