"Фантастика 2023-176". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Первая надежда посетила ее тогда, когда ей уже овладело черное безразличие, первый предвестник полного разрушения ее сущности. Даже в абсолютную пустоту, окружающую ее, проникла весть о гибели драконов. Если бы Арания могла радоваться, она бы ликовала. В заклятие Алмазной Цепи была вложена Магия Огня и Золота, ненавистная магия драконов. Случись это хотя бы двумя-тремя веками раньше, она смогла бы сама ослабить заклятие и разрушить проклятые оковы. Но ее Сила иссякла, и теперь осталась лишь невозможная надежда на то, что кто-нибудь отыщет и прочтет Книгу Заммека. И надежда сбылась.
Арания навсегда запомнила тот день, когда в пустоту Бездны проник запах человека – такой сильный и, казалось, навсегда забытый. Арания буквально корчилась от терзавшего ее голода, едва почувствовала этот запах. Потом в Пустоту вошло лицо – бледное, с полными страха глазами. Она рванулась к нему, чтобы вырвать его жизнь и утолить наконец этот жуткий голод, но человек был защищен сильной магией. Это был не искатель сокровищ и не глупый крестьянин, разворошивший склеп в Запретном городе. Она была слишком слаба, чтобы пробить его магический экран. Ее нашел тот, кто ее искал – черный маг, прочитавший тексты Заммека.
– Кто ты? – спросила она. И он услышал ее, потому что стал бледен, как смерть, и ужас проступил на его лбу ледяным потом.
– Сказано в Книге, – бормотал он, складывая пальцы рук в знаки магического щита, – что посвященный найдет место и освободит Деву-из-Бездны, и Дева послужит ему. И тогда придет час, и раскроются семь врат Безмолвия, и наступят времена, когда смертный человек обретет бессмертие.
– Не бойся, – прошептала Арания, превозмогая боль, которую причиняли ей знаки магического щита. – Разомкни заклятие Алмазной Цепи!
– Будешь ли ты служить мне, Дева-из-Бездны?
– Буду!
– До самого конца? Верно и преданно? Клянись!
– Клянусь, что буду служить тебе верно и преданно до конца.
Мага звали Джел. Он рассказал ей свою историю. Император Лоэрик Четвертый Благословенный приговорил к смерти его отца за колдовство, а через год та же участь постигла и старшего брата. Джел успел бежать на запад, в Гормиану, где провел годы, изучая трактаты по чернокнижию и пытаясь расшифровать записи покойного отца. Записи оказались полным текстом Книги Заммека, у сидов известной, как Тексты Вечной Ночи, Avra Nos Beakriff. Он прочел о Деве-из-Бездны, Айне ап-Аннон, которую одолели при помощи магии и заключили в Пустоту. И Джел понял, как можно отомстить за смерть отца и брата.
Человек и демон Темного мира оказались связаны друг с другом. Аина была слишком слаба, чтобы помочь Джелу, – она с трудом восстанавливала силы после многовекового заточения. Джел был нужен ей, его магия и его помощь позволяли ей оставаться в мире. Ей нужна была кровь, горячая кровь, полная жизни. Джел сумел обуздать аппетиты Аины к обоюдной пользе. Это был первый план, который они начали осуществлять совместными усилиями.
В тот год на севере Лаэды началась эпидемия неизвестной болезни. Сразу в пяти деревнях люди стали худеть, терять сон и аппетит, их преследовали страшные видения. Потом начинались лихорадка и бред. Жрецы Единого и лекари ничем не могли помочь больным. Тогда-то и появился в одной из деревень молодой маг по имени Джел, заявивший, что болезнь эта ему хорошо знакома – и исцелил сначала одного, потом другого, третьего… Аина получала жизненную энергию людей, восстанавливала свои силы; Джел получил деньги и славу великого врача. О чудесном враче заговорили по всей стране. Через год Джел уже получил кафедру в Гесперополисе. Император Лоэрик даже не подозревал, как близко к нему подобрался его злейший враг.
Аина была уже достаточно сильна. Вот только солнца она еще не могла выносить. Грозная Дева-из-Бездны мечтала о новом теле, в котором ей стали бы доступны плотские радости, но вселиться в живое тело она не могла, а завладеть мертвым означало навлечь на Джела ужасные подозрения. Маг между тем сделал просто потрясающую карьеру. Он уже был частым гостем в Красном Чертоге и даже исцелил старого Шендрегона, дядю императора. Вскоре он стал придворным лекарем императора.
 
– Крылья смерти уже раскрылись над ним, – сказал он об императоре Аине. – Я заставлю его проклясть день, когда он вынес моим близким смертный приговор.
Однако Лоэрик умер так внезапно, что даже Джел был разочарован. Император скончался во сне на пятьдесят пятом году жизни. Никому даже в голову не пришло обвинять в этом лекаря. Тогда Джел решил, что его месть падет на Ялмара, сына почившего правителя. Однако месть пришлось отложить – появилась опасность, о которой маг не задумывался прежде.
В окружении Ялмара был скроллинг по имени Иол ди Крифф. Он появился при дворе внезапно – говорили, что ди Крифф при прошлом императоре впал в немилость, а теперь вот вернулся в Лаэду, чтобы разыскать близких. Именно он почувствовал неладное. Потомок проклятых магов, заточивших Аину ап-Аннон, он был очень опасен. Дева-из-Бездны еще недостаточно восстановила свою мощь, чтобы биться со скроллингом.
Покончить с императором было нетрудно. Ей подсказала решение любовь императора к охоте. Вряд ли кому придет в голову заподозрить происки темных сил в несчастье на охоте. Много охотников гибнет в стычке с диким зверем. А вселяться в зверя для Аины было привычным делом. Джел требовал от нее покончить и с семьей Ялмара, но она не успела – вдову и сына императора взяли под охрану скроллинги. А дальше случилось и вовсе неожиданное событие – бывшая императрица Эйверия умерла от чумы в Таории, и принц, как говорили, умер вместе с ней. Племянник Ялмара Шендрегон стал императором, Джел ди Оран стал при нем канцлером, а Аина ап-Аннон продолжала ждать удобного часа.
Тщеславие и глупость Шендрегона помогли ей. Она больше не тень, исторгнутая из пустоты. У нее есть тело, и Сила ее растет. Скоро, скоро откроются семь врат Безмолвия, и тогда вся империя будет под властью ее легионов. Весь мир станет ее добычей…
Но есть одно досадное препятствие – сын Ялмара. Проклятый щенок не умер тогда, в Таории. Что ж, тем хуже для него. Йола ди Криффа она убила милосердно – скроллинг был достойным противником, и она оценила его упорство и мужество. А мальчишка пытается скрыться от нее. Не понимает, глупец, что от взора Темного мира укрыться нельзя!
Закат стал красным, когда Тасси, покинув свои покои, направилась в одиночестве в нижний ярус дворца – там с древнейших времен хоронили прах лаэданских императоров и великих воинов.
Йол ди Крифф покоился под скромной плитой из серого гранита недалеко от гробницы сестры Ял-мара, высокородной принцессы Беренгарии. Тасси вошла в ограду гробницы, принесенным с собой углем начертила на надгробной плите ди Криффа знаки Оживления и Воплощения, потом написала шесть имен Заммека. При этом она улыбалась – приятно думать, что тот, кто был твоим самым непримиримым и опасным врагом, теперь будет тебе служить.
– Саккем – уал – Заммек, мо – не – шеш – аиха – туми! – провозгласила Тасси, закончив писать. – Карами – тар – Заммек ай ну! Призываю тебя, Заммек! Мне нужна твоя помощь. Заммек, дай мне свою силу!
Из глубины дворца потянуло горячим воздухом, над надгробиями закружились пылевые смерчи. Упали оставленные на могилах свечи, погас огонь в лампадах по стенам некрополя. Над гробницей Йола ди Криффа заклубился черный дым. Он уплотнялся, принимая очертания человеческой фигуры, пока не сложился в силуэт воина в черном вооружении. Его волосы и борода были белоснежными, лицо – мертвенно-бледным, будто прозрачным, а глаза закрыты.
– Ты пытался убить меня, но теперь ты будешь убивать ради меня, – сказала Тасси. – Мой враг, твоя магия и твоя отвага теперь служат мне. Сила Заммека с тобой, непобедимый воин!
Легат не шевелился. Кожа на его лице просвечивала, как молочное стекло, за которым угадывались очертания черепа. Когда же призрак попытался открыть глаза, то веки его лишь задрожали, и Легат застонал.
Тасси засмеялась.
– Воину не нужно видеть, кого он убивает, – сказала она. – Я отдам твои глаза тому, кто может преодолевать границу между мирами и станет твоим проводником в мире нечестивых. А теперь иди – ты знаешь, что тебе делать!