"Фантастика 2023-176". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

— Приготовь горячую воду для умывания и ужин. И самое лучшее постельное белье. Мы заночуем дома.
— Да, милорд. Вы позволите затопить камин?
— Конечно, Назария. Будьте добры.
— Слушаюсь, милорд. — Назария еще раз поклонился нам обоим и ушел.
Я сел на стул и с улыбкой наблюдал, с каким интересом Домино осматривает мое жилище. Появилась мысль, что теперь нам понадобится новый дом. Вряд ли небольшие холостяцкие аппартаменты, в которых столько лет прожил сэр Роберт и где совсем недолго жил я, удовлетворят мою милую жену.
— Здесь уютно, — наконец, сказала Домино. — Только чувствуется, что в этом доме жил очень одинокий человек.
— Ты о сэре Роберте или обо мне?
— О вас обоих, — Домино подошла ко мне, обхватило ладонями мою голову. — Но теперь одиночество кончилось. Мы вместе.
— Да. И я счастлив. Только квартира у меня очень маленькая.
— Это неважно. Главное, что ты рядом. Ты еще не разочаровался во мне?
— Как ты можешь так говорить! Ты же знаешь…
— Знаю. Но сама не верю в собственное счастье.
— Милорд! — Назария появился в дверях. — Простите, что отвлекаю. Две недели назад принесли это письмо. — Он подал мне маленький свиток, перевязанный красным шнуром и запечатанный сургучной печатью без герба. — Посыльный, принесший письмо, сказал, что оно очень важное.
— Любовная записка? — Домино сделала страшные глаза.
— Сейчас посмотрим, — я взглядом велел Назарий удалиться, сломал печать и прочел следующее:
 
«Мой друг Эвальд!
 
 
Знаю, что вы на свободе и в скором будущем вернетесь в Рейвенор, поэтому решил оставить для вас это письмо. Мне очень жаль, что вам многое пришлось испытать. Я не мог вступиться за вас и облегчить ваши страдания, потому что такова была воля императора — простите меня. Мне сообщили, что так было нужно, таков был приказ Его величества, а приказы, как вы знаете не хуже меня, не оспариваются и не обсуждаются. Скоро мне придется отбыть из Рейвенора. Может быть, наши дороги вскоре пересекутся, но пока предлагаю вам заехать в Рейвеноре в торговый дом Ледуша (он находится на Улице Мучеников Мирны) и поговорить с приказчиком по имени Хеймар Стейс. Непременно покажите ему эту записку. Это не только в ваших интересах, но и в интересах нашей империи, которую мы с вами любим.»
 
— Подписи нет, — сказала Домино, прочитав записку.
— Я знаю этот почерк, — ответил я. — Это де Фаллен писал. Наверняка что-то важное. Нужно встретиться с этим Хеймаром.
— Я пойду с тобой.
— Не стоит, любимая, — я поцеловал ее. — Императорская амнистия решила все вопросы. Да и вряд ли де Фанзак успел бы расставить мне ловушку. Мы сходим вдвоем, я и этот господин, — я показал на меч. — А ты отдыхай, грейся и жди меня к ужину.
— Эвальд, будь осторожен!
— Твоя любовь меня хранит. Не беспокойся, я скоро.
На улице Мучеников Мирны я прежде никогда не бывал, но и саму улицу, (она, кстати сказать, находилась совсем недалеко от моего дома, минутах в семи-десяти ходьбы) и торговый дом Ледуша, красивое деревянное здание с резными ставнями на окнах, нашел без труда. Меня встретил мальчик-клерк, который, поклонившись, сообщил, что мессир Ледуш покинул Рейвенор три дня назад.
— Мне нужен приказчик Стейс, — ответил я. — Он тоже уехал?
— Нет, милорд, господин Хеймар здесь. Прикажете позвать?
— Да, и побыстрее.
Мальчик убежал и меньше чем через минуту привел крепкого седовласого мужчину в кафтане из тонкой коричневой кожи.
— Я Хеймар Стейс, — заявил мужчина. — Чем могу?
— Ты свободен, — сказал я мальчику, подавая ему монету в полсильверена, и парнишка тут же оставил нас вдвоем. — Я Эвальд де Квинси. Мне пришло письмо без подписи, где упоминалось ваше имя.
— Письмо с вами?
— Да, вот оно, — я подал мужчине свиток.
— Отлично, милорд, — сказал Стейс, прочитав письмо. — Идите за мной.
Приказчик привел меня в подвал со сводчатыми низкими потолками, уставленный бочками, корзинами, мешками и ящиками и едва освещенный горевшей на большом столе свечой в шандале. Учтивым жестом предложил сесть на бочонок, заменяющий стул.
 
— Мессир де Фаллен назвал мне ваше имя, милорд, — начал он. — Однако вы правильно сделали, что принесли это письмо. Его никто не должен видеть.
Сказав это, Стейс поднес свиток к пламени свечи и бросил запылавший пергамент в глиняную миску.
— Соблаговолите подождать немного, — попросил он.
Я кивнул. Стейс ушел в угол подвала: я услышал скрежет сдвигаемых ящиков и позвякивание металла, а затем приказчик вернулся и вручил мне новый свиток и тяжелый кожаный мешочек. Я взял свиток, развернул. Письмо было от де Фаллена:
 
«Дорогой друг!
 
 
Я прослышал, какое именно задание поручил вам государь и понимаю, что вам придется тяжело. Боюсь, однако, что если Матерь будет милостива к вам, и вы добьетесь успеха (а если вы читаете сейчас эти строки, то вы его несомненно добились!), вас будут подстерегать новые угрозы. Еще раз простите меня, мой друг — я ничем не мог помочь вам, поскольку любое мое вмешательство могло вам только повредить. Но теперь, когда все позади, считаю своим долгом предостеречь вас и кое-что объяснить.
 
Никогда еще Орден не переживал такого раскола, как в нынешние времена. Поход против терванийцев дело решенное, и любое сомнение в правоте такого решения смертельно опасно, потому что император сам одержим этой идеей. Я не смог никак повлиять на командоров, хоть и чувствую, что император и Высокий Собор совершают роковую ошибку. Все мы вынуждены согласиться с решением Собора. Завтра мы отправляемся в Роздоль, так что встретиться с вами в Рейвеноре я не смогу. Оставляю вам небольшую сумму денег и предлагаю воспользоваться помощью Хеймара Стейса — он надежный человек. Больше никому не доверяйте, будьте осторожны с де Фанзаком — я подозреваю, что этот человек служит не столько императору, сколько Святейшему Трибуналу, который вас ненавидит. Если вы добыли искомое, то постарайтесь передать свой трофей императору лично в руки.
 
Пусть Матерь-Воительница хранит вас от несчастий.
 
Ваш друг О.Ф.».
 
Я отложил письмо и открыл мешочек: там было двадцать пять гельдеров. Очень кстати, если учесть, что денег у меня нет совершенно.
— Вы прочли письмо? — Получив утвердительный ответ, Стейс тут же взял свиток и поступил с ним так же, как и с предыдущей запиской. — Теперь кое-что на словах, милорд. Важные разъяснения вам сможет дать человек по имени Хьюберт Уолтер. Вы найдете его на ферме «Зеленый дом»: найти эту ферму нетрудно. Выезжайте из Рейвенора через Львиные ворота и направляйтесь прямо на восток. Всего какой-нибудь час езды на лошади. Не отправляйтесь в поход, не встретившись с ним — это важно, поверьте мне.
— Это связано с моей миссией в Кланх-о-Доре?
— Нет, милорд. С тем серебряным украшением, которое нашел сэр Роберт.
— Понимаю, — я ощутил сильнейшее волнение. — Я поеду сегодня же.
— Будьте осторожны, милорд шевалье. Инквизиция сделает все, чтобы помешать вам встретиться с императором.
— А как же амнистия?
— Амнистия исключает официальное преследование. Но она не защитит вас от удара кинжалом в подворотне или яда, которым могут отравить ваш ужин или ваш носовой платок.
— Да уж, осторожность и впрямь не помешает, — пробормотал я. — Спасибо за предупреждение.
— Благослови вас пресятая Матерь, шевалье. Если возникнет нужда в деньгах или снаряжении, приходите без стеснения.
Я ушел от Стейса со странным чувством. Мне казалось, что все, что до сих пор происходило со мной в этом мире, непостижимым невероятным образом подводило меня к самому важному, переломному моменту в моей жизни. Похоже, моя главная схватка не за горами. Встреча с Домино и сэром Робертом, поездка в Баз-Харум, а затем в Лашев, экспедиция на Порсобадо, разговор с императором, экспедиция в Кланх-о-Дор, плавание на Мьюр и наша с Домино свадьба — на все эти события так или иначе падала зловещая тень магистров Суль. Именно они мой главный и злейший враг, в этом больше не было никаких сомнений. И что самое тревожное — теперь я обязан думать и решать не только за себя, но и за Домино. Любой опрометчивый поступок, неверный шаг могут стоит жизни и мне, и ей. За себя я не особенно переживал, в конце концов, все мы смертны, и жизнь не бесконечна. Но вот Домино…