"Фантастика 2023-176". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

— Ну и что? — насмешливо кривя рот, осведомился сулиец. — Не понимаю, что ты хотел этим сказать.
— Ты все прекрасно понимаешь, лорд Исан'д'Кур. И вы, — я обвел рукой членов Совета домов, — тоже все прекрасно понимаете. Вы не можете не осознавать последствия. Что случится со всеми нами, если наследница тысячелетней крови владык Аэрдвиарна будет служить магистрам. Никакой меч из пророчеств не спасет вас. Вам вести ваш народ, и на вас ляжет тяжесть принятого решения. Сегодня вы собираетесь отдать живую кровь Зералина заклинателям мертвых из страха перед ними. Верю, что вы хотите любой ценой сохранить мир и спасти свой народ. Но спасете ли вы его? Сейчас, стоя перед вами, я вспоминаю историю своего мира, и говорю вам — никому не удавалось купить собственное благополучие, обрекая невинных на страдания. Выдавая Суль ваших детей, вы не купили себе свободу — вы лишь оттягивали наступление дня, когда на ваши шеи наденут вечное неснимаемое ярмо. И ныне этот день близок. Вы знаете, почему. Я вижу ваши глаза и понимаю, что каждый из вас уже знает, как поступить. Посему мне нечего больше сказать. Лишь повторю слова Брианни, которые она сказала мне в замке Фор-Авек. Ne vai luttea ain martier uthar geh allaihn. Так вот, знайте, что я не отступлюсь от своего, потому что люблю Брианни. Только ради нее я пришел сюда, и буду драться за ее счастье со всем светом. Пока я жив, магистры не получат дитя королевской крови и не сделают из нее чудовище, которое погубит этот мир. Я этого не позволю!
— Самонадеянный юнец сотрясает воздух пустыми и пафосными речами, — засмеялся посланник. — Неужели ты думаешь, что твой детский лепет и твоя щенячья бравада может впечатлить магистров, повелевающих Жизнью и Смертью? Даже если бы за тобой стояли сто тысяч копий императорской армии, Суль никогда не откажется от того, что наше по праву. Ты жалок и смешон, имперец. Ты…
Сулиец осекся, потому что собрание уже не слушало его. Все взгляды были обращены на седоволосую слепую женщину, которые девушки-поводыри вели ко мне. Эзиле подошла так близко, что я невольно сделал шаг назад.
— Это будет скоро, — сказала прорицательница, проведя по моему лицу тонкими и сухими как птичьи лапки пальцами. — Я чувствую смрад порождений Ваир-Анона. Стяги и гербы падают в пыль, от топота коней трясется земля, дым заволакивает небо, и даже звезды кажутся раскаленными углями в черноте неба! Стены городов рушатся, я слышу звон клинков, крики и проклятия. Немного осталось нам, совсем немного! Вот он, берег, куда пристают корабли виари, под луной мерцает броня витязей, и стрелы, сорвавшись с тетив, поют свою песню! Война, великая война утопит наш мир в крови…
— Что ты еще видишь, матушка? — шепнул я.
— Я вижу тебя — человека от семени человека и твою избранницу, виари от семени виари. Вы обнимаете друг друга, а вокруг вас море огня и крови. Языки пламени пляшут у ваших ног, но не касаются их. Боги защищают вас от скверны, да, защищают, ибо любовь живет в ваших сердцах! Я вижу ваши лица и глаза — в них свет и вера. В ее руке ветвь кардалы, а в твоей руке, человек — меч с письменами, начертанными в кузницах Хартанда в те дни, когда мои косы были золотыми, а глаза видели свет утра. Ты клянешься, что не оставишь дитя моего народа в час, когда матери будут бросать детей своих, а отцы отрекаться от сыновей, когда родственные узы будут цениться менее самой мелкой монеты?
— Клянусь, матушка.
— Человек из другого мира, я помолюсь нашим богам за тебя, — Эзиле еще раз провела пальцами по моему лицу, слабая улыбка будто осветила ее восково-бледное сморщенное лицо. — Будьте счастливы.
— Мы будем счастливы!
Я вздрогнул, обернулся — и сердце мое екнуло от радости. Домино стояла в десяти шагах от меня и улыбалась. Рядом с ней стоял капитан Амель Варин.
— Домино! — воскликнул я и шагнул к ней, но она остановила меня жестом.
— Как ты посмела прийти сюда? — загремел Мераль Варин, встав с кресла. — Ты нарушила мой приказ!
— Да, дядюшка, прости, но так было нужно. — Домино подошла ко мне, положила ладони мне на плечи. — Я слышала твои слова и благодарю тебя, мой рыцарь.
 
— Домино, я…
— Ничего не говори. — Тут она повернулась к главам Совета. — Я всегда гордилась тем, что принадлежу к народу виари. Но сегодня мне стыдно, потому что здесь, на этой площади, я услышала лишь один голос в мою защиту. И это голос человека!
— Ты не смеешь так говорить! — воскликнул Варин.
— Может быть, однажды я пожалею о своих словах. Но не сегодня. — Домино протянула ко мне руку. — Эвальд, дай мне меч.
— Возьми, он принадлежит тебе и твоему народу, — я отстегнул Донн-Улайн с перевязи и подал ей. Домино взяла оружие, вытащила клинок на две ладони из ножен. Солнечные лучи отразились от полированной стали солнечными зайчиками.
— «Калах-Денар и Кланх-о-Дор, земля Улайна, земля Донн, да возвратит их эта сталь в конце веков, в конце времен!» — громко прочла Домино надпись, выгравированную на клинке. — Отец всегда верил, что этот меч рано или поздно вернется к виари.
— Помнишь, ты рассказала мне однажды легенду о Донн-Улайн, — сказал я. — а теперь вот легенда стала явью. Странно, правда?
— Ты все еще хочешь на мне жениться, Эвальд?
— Как никогда.
— Эта любовь может принести много горя нам обоим.
— Это неважно. Я люблю тебя, Домино.
— Я чувствую, как от лезвия исходит жар драконьего огня, — сказала она. — Это правда. И теперь в моем сердце нет чувства обреченности. Я согласна стать твоей женой.
* * *
День заканчивался, свод неба над океаном окрасился розовым и пурпурным цветом, ветер окреп и развевал штандарты на площади перед башней Гельдавур. Ничего не изменилось на площади, только посланец магистров покинул собрание, мрачный и полный злобы. Я снова смотрел в глаза главам домов, но теперь не видел в них ни вражды, ни подозрительности. Домино стояла рядом со мной, я сжимал ее пальцы. И все, что происходило с нами обоими, казалось мне удивительным счастливым сном.
Мистики обошли нас в последний раз, окуривая дымом священного можжевельника и благовонными курениями, после чего старейший из них возложил на голову Домино легкую и ажурную золотую корону. Сделав это, он поклонился главам домов и отошел в сторону, и тогда Мераль Варин поднялся со своего места.
— Я, Мераль Варин, глава дома Лайтор, старший капитан флота Лайтор, обращаюсь к тебе, Брианни Реджаллин Лайтор, дочь Эледара, дитя моего дома, и вопрошаю тебя — готова ли ты связать себя узами брака с человеком по имени Эвальд Данилов, присутствующим здесь?
— Да, согласна.
— Добровольно ли и окончательно ли твое решение, дочка?
— Да.
— А ты, Эвальд Данилов, готов ли ты связать себя узами брака с девой из народа виари Брианни Реджаллин Лайтор?
— Да, согласен.
— Обещаешь ли ты заботиться о своей жене, защищать ее и хранить, как главную драгоценность твоего дома на всех путях вашей жизни?
— Да, обещаю.
— Тогда благословение предков да пребудет с вами. — Варин громко вздохнул, и его взгляд, устремленный на меня из-под седых кустистых бровей, вдруг потеплел. — И мое благословение тоже на вас, дети.
— Ой, все демоны Ваир-Анона, я сейчас заплачу! — всхлипнула за моей спиной Элика. Поскольку брачная церемония проходила на языке байле, магичка вновь выполняла обязанности моего личного переводчика.
— Отныне вы муж и жена, — провозгласил Варин. — По древнему закону вам надлежит обменяться брачными дарами.
— Сначала моя очередь, — предложил я, снял с шеи амулет Лео де Бургоньера и надел на Домино. Она коснулась сердолика кончиками пальцев, и внезапно покраснела.
— Тебе не нравится мой подарок? — шепнул я.
— Нравится. Но ты уже сделал мне подарок, о каком я только смела мечтать.
— Ты принимаешь дар этого мужчины, Брианни? — спросил Варин.
— Да.
— Хорошо. Теперь твоя очередь поднести свой дар.
Домино поклонилась дуайену, подозвала капитана Амеля и взяла у него Донн-Улайн.