"Фантастика 2023-176". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
Здесь старик был никем, не имел формы, и хотя все еще – правда, очень смутно – осознавал себя, но личность всякий раз наполовину стиралась, так что он лишь с трудом понимал, кем является, а собственное имя постоянно ускользало из памяти. Все же он мог двигаться в этом пространстве, пусть и прилагая немалые волевые усилия.
Мимо пролетело облачко, чья волнующаяся поверхность на мгновение стала прозрачной, распахнув перед умственным взором маленький светлый мирок. Он будто попал в шарик из белого стекла, где находилась лишь одна вещь – устройство, состоящее из шестерен, цепей и рычагов... блок для поднятия тяжестей? Понять это можно было, лишь задержавшись внутри образа, впитав его в себя, а после, вынырнув в реальный мир, поскорее перенести на бумагу. Но сейчас Джудигана интересовало другое. Выйдя из смыслового сгустка, он стал двигаться вперед – конечно, все направления здесь были условны, – туда, где различил клубящуюся стаю облачков.
Все это время он слышал угрюмый мощный глас, источник которого находился совсем близко. Как если бы некто, спящий в глубине облаков, угрожающе и злобно бормотал во сне. Старик уже видел Хозяина голоса, даже успел обследовать его – и через Канон, и в реальном мире.
Джудиган знал: Канон огромен. Возможно, даже бесконечен. Здесь была жизнь. И здесь были Они. В зависимости от настроения старик называл их по-разному: Силы, Боги, Друзья, Безымянные, Элементы... а потом откуда-то извне к нему пришло истинное имя: Eri. Это они создавали миры. Впрочем, изучать их Джудиган не мог; старик подозревал, что скорее Эры станут изучать его, если, конечно, заметят... К тому же они никогда не приближались к этой области. Между расположением Аквалона внутри Пангломерата и внутри Канона существовала некая связь, пусть и не прямая. Джудиган давно понял, что его родной мир попал на глухую мертвую окраину, в место, забытое Богами, и ни одной Эры – или ни одного Эра? – нет рядом.
Впрочем, тот, кто угрожающе бормотал во сне, не относился к Богам. Это было создание классом поменьше, хотя и оно обладало изрядным могуществом. К тому же, в отличие от Эров, существующих лишь психически, создание это было еще и материальным.
Но сейчас старик не собирался исследовать его: спешил к облаку хищных идей, клубящихся неподалеку. Хищные любили слетаться вместе, чтобы подраться; все идеи и образы могли пожирать друг друга, сливаться, набухая, переваривая чужие сведения, то есть чужую смысловую плоть, включая ее в себя и увеличиваясь.
Он заметил ту идею, которую вот уже несколько дней пытался поймать: вытянутый сгусток особой формы. Дважды Джудигану удавалось заглянуть в него, чтобы увидеть диковинное устройство, изящное и красивое, явно предназначенное для убийства. Конструкция отличалась необычностью, из-за этого пока что он не смог впечатать увиденное в рассудок, запомнить и вернуться в реал до того, как картинка сотрется из памяти.
При помощи этого устройства, если, конечно, удастся построить его, старик надеялся расправиться с Хозяином и его слугами.
Но и в этот раз ничего не вышло: его толкнули.
Вообще-то крайне опасно пытаться вытащить человека из Канона до того, как он сам пожелает вернуться. Можно нарушить тонкую связь между soma и ratio, так что первое останется в реальном мире – живое, но лишенное рассудка, – а второе навсегда заплутает в мягком изменчивом лабиринте и в конце концов растворится в нем, исчезнет.
Но Хозяину было наплевать на правила.
Прикосновение к телу показалось далеким, Джудиган ощутил его будто сквозь утренний сон. Надо возвращаться. Старик с сожалением посмотрел на хищный силуэт идеи... быть может, в следующий раз?
Он, наверное, был единственным в нижних кварталах, кто не боялся Марича Алие.
– Я старик, – сказал он Хозяину как-то. – Конечно, я все еще хочу жить, и потом, я очень любопытен. Только это и заставляет меня помогать тебе в твоих планах.
– Мне не важны причины, – отвечал на это Марич. – Важен лишь результат. Потому – работай. И не забывай: ты мой раб.
– Ваша милость, Хозяин! – Дук Жиото низко кланялся.
– Что у нас, Джуд? – спросил Марич Алие, отходя от стола. Трое его охранников остались под дверью.
Джудиган в который раз удивился, как худ этот человек. Казалось, на его теле вообще нет мяса: тонкая бледная кожа обтягивает кости, сцепленные высохшими сухожилиями. Высокий узкий лоб без единой морщины, темные поблескивающие глаза и редкие каштановые волосы, свисающие до плеч.
– Облачная одежда готова. – Старик кивнул в сторону трех необычных костюмов, лежащих на специально сделанных для них подставках. Нечто вроде комбинезонов с белыми стеклянными шарами возле каждого.
– Вчера ты испытывал их?
Об этом Хозяину, без сомнения, доложил Жиото. Впрочем, Джудиган, естественно, и не пытался скрыть то, что недавно, надев костюм, выходил в облака: утаить такое от Марича было бы попросту невозможно.
– Да, – подтвердил он. – Выходил.
Оба посмотрели на стеклянную стену. За нею был пух, а дальше – то, на чем покоился Большой Эрзац.
– Есть возможность проникнуть внутрь? – спросил Марич Алие.
Джудиган хотел бы соврать ему, но знал, что в этом нет смысла. Он сказал:
– Да. В Гельштате подобное назвали бы шлюзом. А у него это нечто вроде жабр. Шлюз-жабры, вот так. Но не для дыхания, а чтобы можно было входить и выходить.
– Ты обследовал... его рубку?
– Хотел заняться этим сейчас.
– Отлично. Пойду с тобой.
– Это может быть опасно, Хозяин. Костюмы пока еще не проверены до конца...
Лицо Марича исказилось – всего на мгновение, но гримаса, которая возникла на нем, была столь отвратительна, что Джудиган замолчал. Он знал: Хозяин не переносит, когда ему возражают.
– Пойдем вместе, – согласился старик.
– Отлично. Тогда одеваемся... А, Жиото! Что тебе надо?
– Чаю, ваша милость? – кланяясь, предложил слуга.
– Да, пожалуй. Джуд, скажи мне, ты сразу проник вовнутрь через эти... шлюз-жабры? Не пытался обследовать поверхность?
– Обследовать – слишком сильно сказано, Хозяин. Скорее слегка изучил.
– И что же?
– Шершавая. Нечто вроде чешуи. Всякие выступы и щели. Плавники... ну, как крылья.
– Крылья, э? – Тонкие, будто лезвия, черные брови приподнялись.
Джудиган устало кивнул.
– Понимаю, о чем вы. Не только плавать... Да. Возможно, он способен и на другое. Хотя не благодаря крыльям, конечно, они – лишь для маневров.
Хозяин негромко произнес:
– Овладеть женщиной, овладеть городом... овладеть миром!
Дук принес чай, они сели в кресла перед стеклянной стеной, глядя наружу, где были пух и скрытое за ним исполинское тело.
– До меня дошли какие-то слухи... – Старик неопределенно показал вверх.
– Что? А! Не обращай внимания. Всего лишь небольшой бунт. Старый король, мой отец, умер.
Джудиган не стал расспрашивать подробнее. Он принял чашку из рук подобострастно улыбающегося слуги, неторопливо отпил и сказал:
– И еще, Хозяин. Сделал лампу – особую, чтобы не гасла в пухе. Взял ее с собой. Когда ползал там, освещал себе путь. Видно очень плохо, но все же кое-что можно разобрать. Там были жирные синие линии, они складывались в узор. Стал срисовывать. Это уже после того, как выбрался из шлюз-жабр, перед возвращением. В общем, оказалось, что это надпись. Нечто вроде татуировки на коже... или названия на борту.
– И что написано? – осведомился Хозяин.
– Шесть слов на староканструктианском. Первые два крупными буквами, следующие четыре – ниже и более мелкими. Как бы... как бы в скобках. Первые два предвидел, ожидал именно их. Последние четыре... что-то странное, Хозяин. Непонятное.
Старик замолчал, приникнув к чашке, и в конце концов Марич недовольно поторопил:
– Так что там? Ну!
Джудиган наклонился, медленно поставил чашку на пол между своих ног, выпрямился и ответил:
– Я перевел их, записал. Вот, взгляните. – Он достал из кармана свернутый в трубочку лист бумаги, развернул и показал Хозяину. Оба посмотрели на черные буквы, выведенные старческим почерком, которые складывались в слова: