"Фантастика 2023-176". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Впрочем, с первого взгляда я ошибся.
Чоча Пат-Рай присел за треногой, на которой было установлено крепежное кольцо, Лата спряталась за его спиной. Оба расширенными глазами смотрели на что-то позади меня. Я оглянулся.
Невысоко над рекой, где-то на полпути между паромом и берегом быстро летела человеческая фигура. Огромные круглые глаза ярко и зловеще сверкали на солнце.
Я попятился, не зная, что предпринять. От Советчика и раньше было толку немного, теперь же, после включения реле случайных чисел, он окончательно заткнулся. Оружие, кроме бритвенного ножика, у меня отсутствовало, да и неясно было, способно ли вообще какое-нибудь оружие причинить вред колдуну. Продолжая пятиться, я беспомощно оглянулся. Из-за треноги Чоча махнул рукой – мол, давай сюда! – но я помотал головой и опять посмотрел вперед. Фенгол безмолвно приближался, по воде быстро скользила его тень. Глаза блестели, как линзы очков…
Я пригляделся.
Он действительно был в очках!
Я остановился, соображая, что бы это могло значить. То есть понятно, это значило, что у него плохое зрение, но… Колдун в очках? Очки тут же свели на нет весь налет зловещей таинственности, оставшийся после рассказа Латы.
Тень упала на палубу парома, фенгол завис над бортом, медленно принимая вертикальное положение, чтобы ступить на паром.
Это был худосочный, тонкокостный парень – может быть, моего возраста, но скорее моложе меня. Маленький подбородок, курносый нос, впалые щеки и высокий бледный лоб. Волосы редкие, черные, прилизанные. Над верхней губой виднелась тонкая ниточка усов, не сбритых, кажется, лишь потому, что обладатель их хотел казаться старше своего возраста.
На носу – очки с огромными деревянными дужками и линзами в палец толщиной, из-за чего глаза выглядели неестественно расширенными. Одет незатейливо даже для Ссылки. Штаны без карманов и рубаха в заплатах, без ворота ипуговиц, со слишком короткими рукавами, избыточная ширина которых лишь подчеркивала худобу запястий. Под рубахой висел шнурок с треугольным медальоном. Единственным относительно новым и обращающим на себя внимание предметом туалета являлись широкие алые подтяжки.
Я расправил плечи, чувствуя себя все более уверенно. Положительно этот дохляк, которого, кажется, можно было перешибить соплей, не производил устрашающего впечатления и уж точно мог принести в жертву демонам разве что дохлого лягушонка… Да и то лишь в том случае, если лягушонка предварительно выловит и задавит кто-нибудь другой.
Некоторое время фенгол рассматривал меня, затем поправил очки и неуверенно произнес:
– Вы ведь, по-моему, Уиш?.. Уиш Салоник?
– Точно, – согласился я, скрещивая руки на груди. – А ты… а вы кто такой?
– Меня зовут Смолкин, – представился он и замолчал.
Я тоже молчал, ожидая продолжения. Палуба под ногами дернулась, я оглянулся.
Уяснив, что я жив и невредим и никакой непосредственной угрозы в данный момент от колдуна не исходит, а также памятуя о том, что нам все еще так или иначе надо попасть на противоположный берег, Чоча ухватился за канат и могучими рывками проталкивал паром вдоль него. Лата опасливо, мелкими шажками, приближалась.
– Э-э, – пробормотал фенгол Смолкин.
Повернувшись к нему, я спросил:
– Как вы узнали обо мне?
– Ну… гм… – Он повел плечами. – Вообще-то, я сам слышал ваш разговор с Баттрабимом…
– Как это вы слышали?
– Мы с Шушей как раз находились в соседней комнате…
– И кто такой Шуша?
– Шуша мой друг. Баттрабим, понимаете ли, коллекционирует всякие предметы старины, и мы часто приносим ему то, что находим в развалинах, он же оказывает нам всякие мелкие услуги…
Ну разве тертый, соображающий, что к чему, парень станет вот так, запросто, выбалтывать незнакомцу, к тому же возможному противнику, свои секреты? Не станет, решил я. Я бы, во всяком случае, не стал!
Лата подошла поближе, прислушиваясь к разговору.
– Хорошо, вы с этим Шушей подслушали нас – и что дальше?
– Ну, мы обсудили услышанное, ваш намек на встречу с чеккари в другой реальности… и пришли к выводу… Получается, что некто в Ссылке нашел способ покидать ее… И, судя по всему, это Свен Гленсус, вернее, его изобретатель. И зачем-то они воруют кристаллы из РД-станций. Вас же, видимо, прислали сюда именно в связи с этой кражей. Наши рассуждения верны?
 
– Более или менее, – кивнул я. – Чего вы хотите?
– Мы можем помочь друг другу, Салоник. Ведь просто поразительно, что наконец кому-то удалось осуществить здесь деформацию! Шуша полетел за нашими соплеменниками, и уже завтра днем они будут здесь. Мы хотим…
Я перебил:
– Завтра утром меня не будет в Ссылке. Во мне находится дефзонд, и через определенное время он сработает.
– Ну тогда, если вы поможете нам добыть этот кристалл… Мы могли бы…
– Не могли бы. Кристалл нужен мне самому.
– Да, но, возможно, в распоряжении Гленсуса уже находится несколько кристаллов…
– Вот и воруйте их сами…
Я отвел от него взгляд и обнаружил, что паром приближается к причалу. Дальше начиналась роща, ее огибала широкая, плотно утоптанная земляная дорога, по краям которой рос густой кустарник. Начал накрапывать холодный дождик. Лата поежилась и обхватила себя руками за плечи.
– Вы не хотите объединить усилия? – удивился Смолкин. – Но почему?
– Просто не хочу, и все тут, – отрезал я.
Чоча сделал последний могучий рывок, и паром мягко ткнулся в причал. Отряхнув ладони, Пат-Рай, не слышавший нашего разговора, принял угрожающий вид – особо ему стараться для этого не пришлось – и раскачивающейся походкой двинулся к нам.
– Об чем речь? – рявкнул он, приближаясь.
Фенгол завис и опасливо отплыл подальше.
– Вы точно не хотите сотрудничать? – сделал он еще одну попытку.
– Вот именно. – Я двинулся к краю парома, и под ноги попался перевернутый бочонок, брошенный мной впопыхах при появлении колдуна.
– Очень жаль, – донесся приглушенный голос Смолкина, медленно поднимающегося над рощей.
Я поднял бочонок и спрыгнул на берег вслед за Пат-Раями.
– И не вздумайте шпионить за нами! – крикнул я вслед удаляющемуся фенголу.
– Зачем ты прогнал его? – тихо спросила Лата.
– Я не знаю его истинных намерений. Только то, что он сам сказал…
– А мне он показался честным.
– Может быть. Но это только одна причина. А вторая… он относится к типу… Ну, в общем, недотеп. Понимаешь, о чем я? Именно от таких ожидаешь, что в самый важный момент они отчебучат какую-нибудь глупость и завалят все дело. А в тех редких случаях, когда они действуют правильно, это все равно не приводит к нужному результату… просто… Ну, просто в силу их внутренней природной недотепистости.
Лата посмотрела на меня и неожиданно спросила:
– Кем ты был раньше?
– Кем был? – переспросил я, удивленный вопросом. – Да никем… Бродягой, если хочешь знать. Со случайными заработками…
– Просто бродягой? Мне показалось… А, не важно! Чоча, куда теперь?
Чоча, широко шагавший впереди и краем уха прислушивавшийся к нашей беседе, махнул рукой влево, и тут фенгол Смолкин крикнул сверху:
– Берегись, там велотелеги! Целых три! Они едут к вам!
Мы прыгнули в кусты. Прижимая одной рукой бочонок, я поднес другую к глазам. На зеленом овальном экране таймера светились цифры: 12.00.03.
  
Глава 12
 
ДВЕНАДЦАТЬ ЧАСОВ
 
Мы не успели толком спрятаться, лишь присели, так что наши головы – моя повыше, а Латы и Чочи пониже – торчали над кустами. На повороте дороги из-за рощи одна за другой показались три велотелеги, везущие по крайней мере дюжину вооруженных самострелами людей в сером.
Мы замерли, стараясь не издавать ни звука. На повороте велотелеги замедлили ход. Все-таки это были невероятные по своей нелепости механизмы. Впереди, отдельно от других, сидел водитель, он сжимал руль и крутил педали.
Скрипя и покачиваясь, первая машина поравнялась с нами. Дождь моросил, капли настырно шелестели по листьям, стекали по волосам и лицу. Я моргнул, стряхивая их с ресниц, провел языком по верхней губе. Мою голову почти полностью скрывали кусты, да и цвет волос мало отличался от цвета пожухлой листвы.