"Фантастика 2023-176". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
Шипастый череп все еще светился, но теперь совсем тускло. Подняв палицу, будто факел, Эльхант миновал ряды хрустальных конусов и достиг прохода на другой стороне подземного кладбища. Он оглядел узкий коридор, перемещаться по которому можно было лишь боком, и пошел правым плечом вперед, выставив колдовское оружие перед собой.
Картина, открывшаяся на другом конце светового туннеля, все еще не изгладилась из памяти. Сидящий На Черном Троне и был повелителем мракобестий, тех, кто начал эту войну; Эльхант хорошо запомнил фигуру, смахивающую на короткий изогнутый ствол, верхушку которого скрывала шевелящаяся грязно-белая крона — тонкие гибкие отростки, состоящие не из чего-то, что можно было пощупать, а из потоков силы, из магии. Ничего определенного, но, по крайней мере, он разглядел врага. Главного врага, с которым теперь и предстояло бороться.
Приглушенный звук, с которым подошвы сапог опускались на камень, изменился, к тому же появилось эхо. Еще несколько шагов, и проход вывел Септанту в пещеру настолько обширную, что свет палицы не мог озарить ее своды. Эльхант остановился, глядя вперед, на ровный пол, тянувшийся с небольшим уклоном, на покатые стены и очень странную повозку в дюжине шагов впереди. Синий свет едва озарял ее, но агач заметил лежащие рядом тела и обнажил меч. Прислушался — со стороны кладбища не доносилось ни звука — и направился к телеге.
Такого Эльхант еще не видел, это оказалось нечто совсем уж небывалое. Широкие деревянные колеса с металлическими ободьями крепились на металлических же осях. Задняя часть повозки была крытая, а в передней имелась пара низких табуретов, прикрепленных к днищу, и большая подкова на вертикальном штыре. Обрешетка — из тонких железных прутьев, полог на заду телеги — крепкая ткань, натянутая на деревянных ребрах. Под ним что-то темнело, а еще оттуда шел теплый воздух, но прежде чем заглянуть, Эльхант рассмотрел четыре мертвых тела. Три принадлежали существам, которых, как и повозку, агач видел впервые. Они напоминали эльфов, только раза в два ниже, а одеты были в широкие штаны, спереди доходящие до середины груди и закрепленные на плечах при помощи узких полосок ткани.
Обладатель седой бороды и съехавшего на глаза полотняного колпака сидел, привалившись спиной к табурету, сжимая задеревеневшими пальцами большую подкову на вертикальном штыре. Шею его пронзил длинный толстый дротик. Пара более молодых карликов, один с черной курчавой бородкой, а второй и вовсе безбородый, лежали на камнях слева и справа — судя по положениям тел, молодой упал, когда дротик пробил его глаз; второй же, вооруженный коротким мечом, спрыгнул, чтобы сражаться, но тут ему перегрызли шею… Эльхант присел на корточки возле того, кто атаковал странный экипаж. Из передней части повозки торчало копье с очень длинным зазубренным наконечником, пробившим грудь твари. Видимо, экипаж двигался с большой скоростью, когда она появилась на пути. Враг успел метнуть дротики дважды, затем копье пронзило его и проволокло немного, прежде чем повозка встала. К этому времени двое карликов были уже мертвы, а третий прыгнул, чтобы добить тварь, но та успела вцепиться зубами в его шею.
Септанта так и не смог понять, животное это или нет. Лежащая на камнях нижняя часть массивного тулова, заросшая бархатистой черной шерстью, заканчивалась лапами-веслами с кривыми когтями. Приподнятую верхнюю часть покрывала бледная кожа. Торс, плечи, руки и голова — почти как у эльфа, но рот очень широкий, словно растянутый в застывшей гримасе, да еще и украшенный длинными клыками, а на пальцах — когти вроде медвежьих. Копье, торчащее из передка повозки, пронзило тварь навылет, так что кончик выступал из мускулистой спины. Одной рукой существо обхватило наконечник, вторая свисала к полу, где лежала связка дротиков.
Мракобестия? Септанта нахмурился, обходя тварь и разглядывая ее со всех сторон. Нет, она не напоминала зомби или кого-то из тех, с кем отряду пришлось сражаться возле Твердокамня.
Еще совсем недавно это существо было живым, а умерло из-за удара копья. Но шерсть на нижней части тела и кожа на верхней, лапы и руки с когтями, клыки…
— Превращенец, — произнес Эльхант.
Немногочисленное племя оборотней обитало по большей части у пещер Абиата и в Пределе Воздуха, на побережье возле пролива Селадон. До сих пор агач не знал, что кроме наземных существуют еще и подземные превращенцы. Он слышал про лис, медведей, волков… Говорили, что орки однажды столкнулись с оборотнями-кабанами, и огромный альбинос, на котором перемещался хан Горак, был из их породы… Но это? Конечно, не волк, не лис и не кабан. Быть может, медведь? Септанта залез на телегу, переступив через тело карлика, шагнул к навесу в задней части, но, перед тем как войти под него, оглянулся — и тогда наконец понял. Крот. Огромный крот — вот кем было это существо.
Внутри стоял котел. Эльхант опустился на колени, положив палицу, ощупал его. Нижняя часть крепилась к днищу телеги, верхнюю плотно закрывала крышка. Сбоку было нечто вроде железной печки. Когда ладонь легла на гладкую поверхность, он ощутил тепло, а еще услышал, как внутри что-то еле слышно булькает. Скорее всего, котел наполняла вода, и печка нужна была, чтоб разогревать ее, — но зачем? Ничего не понимая, Эльхант еще раз внимательно осмотрел тела карликов, слез с повозки, вновь опустился на колени. Под днищем тянулись какие-то выступы, железные спирали, изогнутые трубы и нечто вроде колес, ободья которых покрывали одинаковые треугольники. Три колеса разных размеров были сцеплены: если одно начнет поворачиваться, треугольники неминуемо заставят вращаться другое колесо, а оно, в свою очередь, — третье, насаженное на заднюю ось телеги…
Он выпрямился. И ведь ни лошадей, ни кабанов! Вообще никакой упряжи, подпруг… Повозка перемещалась благодаря вот этим вот ребристым колесам, трубам и котлу под навесом. Но для того чтобы сделать все это, необходимы кузнецы и плотники, плавильные печи, мастерские… Здесь, в подземельях Атланса, был свой потаенный мир, скрытый от глаз лесного племени. Кроты-превращенцы заодно с мракобестиями или сами по себе? И кто эти карлики, какое место занимают они?
Септанта оглядел пещеру, сообразив наконец, что именно видит: подземный тракт. Вроде того, который протянулся вдоль опушки Свельтера и через Поющий лес, соединяя Аргос с устьем Адоная. Вот только эту дорогу окружали не луга и лесные деревья, а отвесные каменные стены, где-то очень высоко становившиеся сводами. Тусклый свет палицы озарял пространство лишь на две дюжины шагов, но агач подумал, что тракт тянется ровной полосой, под небольшим уклоном все глубже, к Горе Мира…
Со стороны коридора, ведущего от древнего кладбища, донесся шум.
Эльхант развернулся, выхватив кэлгор, левой рукой высоко поднял палицу. Он никого не увидел, но шум стал громче: множество когтей стучало по камням. В последний раз окинув взглядом повозку, тела карликов и крота-оборотня, Эльхант сначала попятился, а после развернулся и заспешил вдоль подземного тракта, то и дело оглядываясь — и когда уже чудо-телега почти исчезла из виду, различил в полутьме горбатые фигуры гноллей, один за другим выныривающих из коридора.
Он мог справиться с полудюжиной, даже с дюжиной обитателей подземелий, но к тракту пожаловала большая толпа, и потому Эльхант быстро шел прочь. Кажется, поначалу его преследовали, — во всяком случае, довольно долго гнолли двигались в том же направлении, слышался приглушенный стук когтей и ворчание. Затем все стихло, но Эльхант не останавливался; свет палицы медленно тускнел, а вокруг ничего не менялось: ровный каменный пол, отвесные стены, гулкая тишина. Спавший за последние дни лишь урывками, агач ощущал сильную усталость.
Прошло много времени с тех пор, как он увидел самоходную повозку, когда в стене слева, едва озаренной слабеющим светом колдовского оружия, возник темный провал.
Обнажив меч, агач осторожно приблизился. За полукруглым проемом открывались ступени крутой лестницы. Убрав кэлгор в ножны, Эльхант присел на верхней, представляющей собой массивное отесанное бревно — ряд таких сбитых вместе бревен тянулся наискось вниз, в непроглядную тьму. Слева и справа торчали деревянные пеньки, поверх лежали доски перил. Очень низких перил, предназначенных, скорее всего, для карликов. Дерево высохло и растрескалось: лестница была построена давным-давно. Из тьмы не доносилось ни звука. Разведать, что находится там, было бы интересно, но Септанта не мог блуждать в подземельях вечность, а ступени вели вниз… Он выпрямился и зашагал дальше, намного медленнее, чем в начале путешествия по подземному тракту. Голод, жажда и усталость одолевали его.