"Фантастика 2023-176". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

— В сторону! — выдохнул чар.
Полусогнувшись, почти падая, они побрели к стене, развернули бревно и бросили на пол. Когда Бьёрик попытался выпрямиться, поясницу скрутило. Держась рукой за спину, он вернулся к воротам. Лейфа и Савар уже были здесь. Ковчеги преодолели половину настила. Теперь они катились быстрее и продолжали набирать ход — оставались лишь считаные мгновения до того мига, когда они достигнут ворот. Видно было, что за ковчегами бегут чернокожие, что с палуб в них летят топоры и ножи.
— Толкайте, — сказал Бьёрик.
Упершись ступнями в пол, он и Лейфа нажали на створку, потом к ним присоединился аркмастер. Створка не сдвинулась с места, вообще не шелохнулась — что-то заклинило ворота снаружи.
Когда отголоски взрыва смолкли, Гарбуш стряхнул с головы землю и встал.
— Пошли посмотрим, — сказал он Вачу и не услышал собственного голоса.
Толстяк поднялся, тряся головой, раскрыл рот и что-то произнес.
— Громче! — повысил голос Гарбуш. — Говори громче!
Вач недоуменно приложил ладони к ушам, хлопнул перед своим носом, пожал плечами и затопал вокруг дома. Только сейчас гномороб понял, что топор крепится на спине толстяка двумя кожаными лентами, пришитыми к широкой перевязи.
Огня не было, дым, поднявшись в черное небо, исчез — ничто теперь не свидетельствовало о взрыве... кроме круглого пролома, зиявшего на месте площади.
— Вот так... — пробормотал Гарбуш. Они присели на краю, заглядывая в пролом, но там было слишком темно, чтобы что-то разглядеть. Впрочем, Гарбуш и так знал — внизу просто обширная пустая пещера с гладким полом. Его еще несколько дней назад очистили от камней и стесали неровности. Из тьмы доносился приглушенный скрип, крики.
Он выпрямился, прикидывая расстояние до противоположного края. Оба ковчега смогут взлететь здесь. А Гарбуш не успевал спуститься. К тому же чернокожие, судя по звукам, ворвались в мастерскую. И сейчас платформы уж катятся по настилу. Ковчеги взлетят, Ипи на одном из них, а он...
Гномороб взглянул на Вача — тот, сидя на корточках, поднимал камешки, пропускал их между пальцами, позволяя упасть, и вновь поднимал. Что-то было не так, но гномороб не мог сообразить, в чем дело. Вроде бы все идет, как и рассчитывали — за исключением, конечно, того, что ковчеги должны взлетать по одному, и при этом никто не должен нападать на квартал. Но ворота в мастерской такие широкие, что обе летающие машины смогут пройти через них одновременно, ну а пролом вышел просто огромный...
Шум внизу становился громче.
— Где бы факел раздобыть? — спросил Гарбуш.
Вач бросил камешек, ушел в темноту и вскоре появился, неся погасший факел. Гарбуш взял его, долго трещал огнивом, разжигая. Беспокойство не оставляло, наоборот, становилось сильнее — как и шум снизу.
Факел разгорелся, и гномороб швырнул его в пролом. Они с Вачем проводили взглядом гудящий огонь. Тот почти погас, пока факел летел, затем с треском вспыхнул. Поднялся сноп искр, озарил кучи земли, упавшие после взрыва. Под воротами лежала груда камней.
* * *
Семерым тюремщикам — четверо из них были ранены, трое нет — Некрос в подробностях рассказал, что с ними будет, если в самое ближайшее время отряд не сможет выехать из Острога. Ему помог Тасси: пес-демон, вынырнув из дыма, весь в подпалинах, с чьей-то откушенной рукой в зубах, огласил ночь таким кровожадным рычанием, что тюремщики прыснули в разные стороны. Несмотря на пожар, и фургон, и лошади отыскались в короткий срок.
Чермор на руках вынес Риджи из башни Расширенного Зрачка. Он не отпустил ее — хотя она молила чара об этом. Дочь аркмастера теплого цеха вновь попыталась сделать то же самое, что сделала в Наледи, но у нее ничего не вышло. Возможно, подумал Некрос, в тот раз она черпала силы от отца, а теперь он перестал помогать ей? После того, что произошло в кабинете Альфара, они успели уже дважды подраться, и теперь на скуле Риджи темнел кровоподтек, а глаз Чермора заплыл. Он решил, что дальнейшее общение с Риджи Ана будет... интересным.
 
— Мы готовы, господин, — произнес конопатый тюремщик, которого Некрос выволок из-под кровати.
Дук Жиото пропал, и теперь чару нужен был кто-то, кому он мог отдавать приказы, старший в отряде. Конечно, этот малый трусоват, Некрос сомневался, что он повел бы себя в том селении, где они настигли шамана, так же, как вел Дук. Но особого выбора сейчас не было, и Чермор спросил:
— Твое имя?
— Харт, ваша милость, — ответил тюремщик, сгибаясь и подставляя спину под ступни чара, когда тот, сжимая Риджи в объятиях, забирался в фургон. — Эди Харт, господин.
— Хорошо, Эди Харт. — Некрос усадил Риджи между сундуков. Она дернулась, чар успел отодвинуть голову, чтобы скрюченные пальцы не поцарапали щеку.
— Я свяжу тебя! — прикрикнул на нее Некрос. — Ты поняла? Сиди здесь, попробуешь вылезти — свяжу!
Он спрыгнул на землю. Тюремщики стояли вокруг, держа лошадей под уздцы.
— Эди Харт, ты поведешь фургон, — приказал Чермор. — Одного коня привяжите сзади, позже я пересяду на него. Вы все, слушайте: Харт теперь главный. Это понятно?
Обойдя фургон, он остановился, сложив руки на груди и рассматривая дымящиеся развалины. Многие постройки еще горели — Острог-На-Костях превращался в руины. Чар коснулся своего лба. Зелено-коричневые змеи, поселившиеся в его теле после того, как он воссоздал Лик Смерти, исчезли. Кроме одной. Она жила теперь в его голове, медленно ползала там, так что иногда Некрос слышал тихое-тихое шипение и легкий стук, когда змея билась головой в его череп. И вот сейчас ему показалось, что змея разделилась — их стало две.
— Надо спешить, — тихо произнес голос. Казалось, он принадлежит ребенку — но не по-детски печальному и умному.
Взгляд Чермора метнулся в сторону — там никого не было, — затем опустился к земле. Тасси стоял, разглядывая догорающий барак.
— Что? — прошептал Некрос.
Пес-демон повернул голову, темные глазки взглянули на чара. Зверь повернулся и побежал к фургону.
— Теперь едем.
Когда Некрос полез в фургон, Эди несмело спросил:
— Ваша милость, можно ли узнать, куда мы направляемся?
Чар поднял висящий на шее компас, положил его на ладонь, позволив стрелке свободно качнуться. Она указал на запад, в сторону, где, ниже по склону, находился квартал гноморобов. Почему-то стрелка мелко дрожала — Некрос не мог понять, что это означает.
— Пока что мы едем к кварталу гноморобов, — сказал он. — Дальше — посмотрим. У всех есть оружие? Будьте наготове.
Когда отряд выехал за ворота, бывший аркмастер мертвого цеха сидел среди сундуков, вытянув ноги; Риджи Ана пристроилась на его коленях, положив голову ему на грудь и обняв за шею. Иногда они начинали целоваться, а потом она вспоминала про отца, от которого фургон отъезжал все дальше, и принималась колотить Чермора, кусать и биться в его руках. Фургон покачивался, копыта стучали о камни, эхо разносило звук меж стен домов. Отряд спускался по темным улицам, городские кварталы тянулись вокруг. Острог-На-Костях остался где-то далеко — для чара он уже не существовал. Прежде Некрос не представлял мира без Альфара, но в новой жизни брату не было места. Его смерть являлась событием, отмечающим конец старого существования — и отъезд из горящего Острога был началом другой, иной жизни.
* * *
— Их завалило.
Бьёрик стукнул кулаком по воротам, и Лейфа с Доктусом уставились на него. Рука заболела, но мастер почти не ощутил этого.
— Камни упали с той стороны! Даже если не завалили целиком — все равно, отсюда нам не открыть.
Приходилось кричать, ковчеги надвигались с грохотом, от которого содрогались своды; стонали доски, выстреливая фонтанами щепок, скрипели колеса. Бьёрик бросился вдоль настила, крича гноморобам на палубах: