Завязать след (ЛП)

Он упрямый, осторожный и, вероятно, изголодался по прикосновениям, как и я. Я показала ему свою уязвимость, и вместо того, чтобы вести себя по-взрослому, я убежала в свою комнату и заперла дверь.
Что, по-моему, он собирался сделать? Пойти за мной сюда?
Я практически вижу, как Эйприл закатывает глаза, глядя на меня.
Я направляюсь в ванную, смежную с моей комнатой, морщась, когда прихрамываю на холодный кафель.
И когда я спускаю нижнее белье вниз по бедрам, я морщусь.
Гладкая прокладка, которую я носила, промокла насквозь. К счастью, я надела корректирующее белье для дополнительной поддержки, но я все равно не должна была быть такой мокрой от простого общения с Альфами.
На всякий случай я принимаю свою подавляющую дозу, пока не забыла, проглатывая таблетку всухую.
Затем я делаю все возможное, чтобы смыть с себя ароматы Лэндона и Ривера. Я скребу, вспениваю, ополаскиваю и повторяю процедуру, используя средство для умывания с ароматом малины.
Но жидкость не прекращается, продолжая ручейками стекать по моим бедрам.
Я молюсь, чтобы Ривер не почувствовала моего запаха и чтобы мои средства подавления подействовали так, как должны.
Моя спаривающаяся железа чешется, и я нежно поглаживаю ее, но морщусь от этого ощущения.
Это слишком чувствительно.
После Джейсона мои заплывы случались все реже и реже, но все признаки налицо, что они скоро начнутся.
Как неудобно.
Я закрываю глаза, вдыхаю пар и чуть не теряю равновесие. Я даже представить себе не могу, что было бы, если бы я не спохватилась — сюда бы вбежал Ривер и увидел мое обнаженное тело, мокрое от воды и скользкое?
Не думай об этом!
Я заставляю себя поторопиться и ополоснуться, затем медленно выхожу из душа. Я заворачиваюсь в плюшевое полотенце и в изнеможении прислоняюсь к столешнице. Я изо всех сил чищу зубы, затем опускаюсь на кафельную плитку.
Может быть, мне не стоит идти завтра на работу. Я не уверена, как долго я смогу продержаться на ногах.
Но я определенно не хочу оставаться дома, наедине со своими мыслями.
Я падаю на свою кровать, застонав, когда мое тело погружается в специальный матрас, сделанный для Омег.
Это была лучшая инвестиция, которую я когда-либо делала, хотя Джейсон и посмеялся над ценой.
Он, конечно, не жаловался, когда ночевал у меня или когда у меня была Течка.
Ублюдок.
Я внезапно представляю, как Ривер и Лэндон выбивают из него все дерьмо, и глупо хихикаю над моим воображением.
Все, что я хочу сделать, это отдохнуть, и то, как специальный материал ласкает мою спину, делает практически невозможным подъем.
Но мне нужен мой телефон, который все еще в моей сумочке в машине Ривера.
А это значит, что мне придется встретиться с ним лицом к лицу после того, как я сбежала, как ребенок.
Со стоном я скатываюсь с кровати и быстро одеваюсь в свободные хлопчатобумажные брюки и просторную серую рубашку. Сделав глубокий вдох, я открываю дверь своей спальни и выхожу в коридор, готовая принести извинения.
Но из гостиной доносится тихий, глубокий рокот, и когда я заворачиваю за угол, мои глаза расширяются.
Ривер спит, растянувшись на моем диване.
Он храпит.
Он такой высокий, что его ноги свисают с края дивана, его черные кроссовки парят в воздухе.
Откинув голову на кремовую подушку, он выглядит умиротворенным. Его кожаная куртка висела на спинке дивана, а черная рубашка задралась, обнажив часть бледного торса.
Он выглядит сексуально.
Я довольно долго смотрю на него с открытым ртом, наслаждаясь зрелищем. Его мобильный телефон лежит у него на коленях, а одна рука заложена за голову, как будто он подпирает ее.
Он не собирался засыпать, это очевидно.
Я решаю не будить его. Судя по темным кругам и налитым кровью глазам, ему нужно выспаться.
И я бы предпочла не встречаться с ним лицом к лицу после нашего неловкого момента ранее.
Я замечаю свою сумочку на кухонном столе и вздыхаю с облегчением. Роюсь в ней, нахожу телефон, затем возвращаюсь в свою комнату.
 
Быстрый звонок Девин и несколько заверений позже, у меня есть план на завтра.
Девин заберет меня на заключительную смену. А к тому времени Ривер уедет, и мне больше никогда не придется разговаривать ни с ним, ни с Лэндоном.
Но мой телефон жужжит, и приходит сообщение с номера, который я не узнаю.
Привет, Скайлар, это Лэндон. Проверяю, чтобы убедиться, что ты благополучно добралась домой. Обязательно отдохни.
Я не могу сдержать улыбку, которая расползается по моему лицу, и бабочек в животе. Я быстро набираю свой ответ.
Спасибо, я займусь этим. Когда ты заберешь Ривера и привезешь мою машину обратно? Я прекрасно справляюсь сама. Странно, что он нянчится со мной.
Кроме того, чем дольше Ривер будет здесь, тем больше я буду хотеть, чтобы он остался. Я неловко двигаю бедрами, наблюдая, как всплывают текстовые пузырьки на моем телефоне, затем останавливаются.
Ответа нет.
Я перестаю ждать ответа и включаю будильник на своем телефоне. Я устала, и у меня больше нет умственной энергии, чтобы разбираться с этим.
Когда я встаю, чтобы закрыть дверь, я снова слышу тихий храп Ривера.
Я не могу представить, что ему так удобно, свернувшись калачиком, на моем диване, даже без одеяла.
Прежде чем я успеваю передумать, я направляюсь к шкафу. Я целую минуту смотрю на верхнюю полку, разглядывая свои сложенные и неиспользованные одеяла.
Я не доставала их больше года. Они роскошные, удобные и из самого мягкого материала, который я когда-либо ощущала.
Я бы сказала, что это самые лучшие одеяла на планете.
У меня нет покрывала на диване. Есть только две подушки, и они не такие удобные.
Просто сделай это. Это не обязательно должно что-то значить.
Я беру с полки свое любимое сиреневое одеяло и беру его в руки. Прежде чем я потеряю мужество, я возвращаюсь в гостиную и смотрю на спящего Ривера.
Он не двигается. Его глаза закрыты, дыхание глубокое и ровное, и он выглядит умиротворенным. Даже его аромат приглушен — в нем не так много специй. Он нежный и почти такой же гостеприимный, как у Лэндона.
Это должно что-то значить, что кто-то настолько осторожный может спать вот так рядом с кем-то другим.
Это не имеет значения. Он, вероятно, никогда не спит, и это его единственная возможность. В тебе нет ничего особенного.
Я осторожно накрываю его сиреневой тканью, не сводя глаз с его лица. Темная щетина дополняет его сильные черты, а волосы наполовину спадают на глаза. Его губы подергиваются, когда он укрывается одеялом.
Он выглядит гораздо менее устрашающе, когда спит под моим одеялом.
Однако я не задерживаюсь надолго. Мне нужно поспать, и мое тело ноет от желания. Если он откроет глаза и увидит, что я смотрю на него, он подумает, что я сошла с ума.
Но прежде чем лечь спать, я совершаю одну глупость.
Я осторожно снимаю его кожаную куртку со спинки дивана и прижимаю к груди. Быстро отворачиваюсь и спешу обратно в постель, крепко прижимая к себе свое сокровище.
Я не могу поверить в то, что я натворила.
Что, если он проснется прямо сейчас и увидит, что я схватила его куртку, как какая-нибудь нуждающаяся, отчаявшаяся Омега?
Я должна немедленно вернуть ее.
Но когда я сажусь на край кровати, обнимая кожаную обивку, я не могу заставить себя сделать это.
Пахнет Ривером.
Как в том объятии, которое мы разделили час назад, как в ощущении его рук, обнимающих меня за талию, когда я тихо плакала у него на груди.
Пахнет Альфой.
Я всхлипываю, зарываясь лицом в куртку, и глубоко вдыхаю.
Две вещи происходят одновременно.
Мое тело превращается в провод под напряжением, и вся энергия сосредотачивается непосредственно на моей киске.
Во-вторых, у меня между ног образуется абсолютное месиво.