Плохие намерения (ЛП)

Дэйр ехал отдельно, чтобы не пропустить работу. Я была удивлена, что он вообще захотел прийти, но он пришел. Было забавно видеть Джесса там, занимающегося своим делом. Я ничего не смыслю в рестлинге, но я точно знаю, что он выиграл все три матча и выглядел счастливым, делая это.
Потом мы пошли в какой-то мексиканский ресторан, и я сидела сложа руки, пока Дэйр, Генри и Джесс снимали это дерьмо, думая о том, как безумно было то, что теперь это моя жизнь. Два месяца назад, если бы мне сказали, что я буду наслаждаться ужином с моим братом, моим папой и моим новым парнем, я бы подумала, что они под кайфом, как моя мать.
  
— Что такое? — сонно спрашиваю я, прежде чем мой взгляд падает на фиолетовый шар, свернувшийся калачиком на крыльце. Я бы узнала эту куртку где угодно. — Черт.
— Кристал вернулась.
— Сучка. Это будет некрасиво, — говорит Генри, припарковывая свой джип.
— Сколько времени прошло с тех пор, как ты слышал о ней в последний раз? — я спрашиваю. Мне всегда было интересно, выследила ли его Кристал. Она оставила мне свой номер телефона, но я спрятала его, ни разу не показав брату.
— В тот день, когда я уехал.
— Ты в порядке, Джесс?
— Нормально, — говорит он, пожимая плечами и изображая безразличие.
Мы все выскакиваем наружу, останавливаясь перед распростертым телом Кристал.
— Думаешь, она мертва?
— Нет. Мне не так повезло, — говорит Джесс, подталкивая ее ногой. Кристал шевелится, поднимая голову. Тушь размазалась по ее лицу, и морщины выглядят еще более заметными, чем раньше. Она оглядывается по сторонам, вероятно, пытаясь понять, где находится. Она трет глаза, и я вижу, как ее замешательство рассеивается.
— Мои малыши! — кричит она, и ее монотонный голос уже действует мне на нервы. Она встает, спотыкаясь, и подходит, чтобы обнять нас. Джесс ловит ее за руку, прежде чем она дотрагивается до меня, и мы обе отступаем на шаг. В ее глазах на мгновение вспыхивает обида, но она так же быстро ее прячет.
— Генри, — выдыхает она, глядя на него так, словно он подвесил Луну. — Прошло много времени.
— На это есть причина, Кристал.
— Давайте, ребята. Не будьте такими.
Мы обходим ее, и Генри отпирает дверь.
— Есть место еще для одного? — спрашивает Кристал, не дожидаясь ответа. Она следует за нами внутрь, осматривая помещение. Никто из нас не говорит. Теперь мы уже знаем ее игру. Но Кристал — эксперт по избеганию социальных сигналов.
— Я не могу поверить, что моя семья снова вместе, — говорит она, поднося руку ко рту, когда на глаза наворачиваются крокодиловы слезы. Когда-то моя мама была красавицей. Но потом случились наркотики и жизнь.
— Уезжай домой, Кристал, — говорю я, качая головой, быстро теряя терпение.
— О, я понимаю, в чем дело. Вы, ребята, нашли кого-то другого, кто позаботится о вас, дает вам место для ночлега, и вдруг я превращаюсь в ненужный мусор?
— И вот оно, — решительно говорю я. Джесси выдыхает, бросаясь на диван. Генри достает себе пиво из холодильника, вероятно, жалея, что прямо сейчас у него нет чего-нибудь покрепче.
— Я знаю, что облажалась, но какая мать этого не делает? — Ее речь невнятна, и я знаю, что она под кайфом от чего-то. — Мне станет лучше, Логан.
Я не отвечаю. Я даже не смотрю на нее.
— Джесси? — умоляет она, глядя на него в поисках согласия, но и там его не находит.
— Я могу простить вас за то, что вы отправили меня в тюрьму, но вы не можете простить меня? Нереально, бл*дь. Я все сделала для вас двоих!
Вот оно. Этот цикл прямо здесь. Плачь, просьбы прощения, набрасывания, когда она не добивается своего, и повторения. Мой гнев бурлит внутри меня, угрожая выплеснуться наружу.
— Ты простила нас? — спрашиваю я, мой голос смертельно спокоен и тих. — За что именно? За то, что позволила своему парню избить нас? За то, что ты гребаная наркоманка? За то, что бросила своих детей без денег и еды на несколько месяцев кряду? Или, может быть, это за то, что трахнулась с моим парнем после того, как ты отправила меня в магазин купить тебе сигарет. О, или, может быть, мне следует простить тебя за то, что ты украла новенький велосипед Джесси только для того, чтобы заложить его? — мой голос повышается с каждым вопросом, мое лицо в нескольких дюймах от ее. — Должна ли я простить тебя за то, что ты прогнала нашего отца? Единственного наполовину нормального человека в нашей жизни? — кричу я, указывая на Генри.
Кристал удивляет меня, когда она хихикает, ее глаза загораются ликованием. Я этому не доверяю. Она смотрит на Генри.
— Ты не сказал им, почему ушел?
— Кристал. Не надо, — предупреждает Генри.
Мой желудок скручивает от нервов, и я просто знаю, что бы ни случилось дальше, хорошего не будет.
— Они заслуживают того, чтобы знать.
— Убирайся. Сейчас же, — говорю я сквозь стиснутые зубы. Джесси встает, внезапно заинтересовавшись разговором.
— Заслуживаем знать что?
— Не обращай на нее никакого внимания. Это то, что она всегда делает. Она ревнует к нашим отношениям с Генри и сделает все, чтобы их испортить. Разве это не так?
— Я твоя мать! — визжит она. — Он даже не твой отец!
Что? Я слышу слова, но моему мозгу требуется минута, чтобы осознать их. Джесс отшатывается, как будто его ударили в живот. Мой взгляд устремляется на Генри, о котором идет речь, и его чувство вины говорит мне все, что мне нужно знать.
Это правда.
Генри мне не отец.
Прежде чем я успеваю осознать, что происходит, Джесс хватает ключи с кофейного столика и проталкивается мимо Кристал. Я слышу, как заводится 4Runner, и выбегаю за ним на улицу, но он уже уехал.
— Джесс! — я кричу вслед задним фарам, горящим красным в ночном небе.
Я бегу обратно в дом.
— Дай мне свои ключи, — требую я, протягивая ладонь. — Мне нужно найти его. — Генри секунду колеблется, прежде чем вложить их мне в руку.
— Малыш... — начинает он, но я перебиваю его.
— Не надо. Просто не делай этого. Убедись, что она ушла, прежде чем мы вернемся, — говорю я, бросая взгляд на Кристал, которая теперь плачет, обхватив руками свою спутанную белокурую голову.
Я не могу думать о том, что это значит прямо сейчас. Я не могу думать о том, что я чувствую. Я сосредоточена только на том, чтобы найти Джесс. Я выбегаю на холодный ночной воздух. Сейчас идет снег, что только усиливает мое беспокойство. Я запрыгиваю в грузовик Генри, оставляя его и Кристал выяснять отношения внутри.
Я даже не знаю, с чего начать. Сначала я звоню в его школу. Не спрашивайте меня, почему это имеет какой-то смысл в моем мозгу. Парковка совершенно пуста. Затем я пробую два ресторана, которые все еще открыты, — по-прежнему ничего. Я проезжаю мимо нескольких баров. Возможно, Джесс просто достаточно глуп, чтобы попытать счастья. Ничего.
Моя паника растет с каждой минутой, пальцы беспокойно постукивают по рулю. Когда он сорвался с места в Окленде, я не волновалась. Я знала, где его найти. Но это... это ощущается по-другому.
Это то, чего я боялась. И это моя вина. Я вытащила его из города, втянула в жизнь Генри, они сблизились, и теперь… это. Бедный ребенок никогда больше не будет никому доверять.
Я звоню Дэйру, надеясь, что он ответит. Он говорил, что после тату-салона отправится домой, но он ушел раньше нас, так что я не знаю, там ли он еще. Раздается три мучительно долгих гудка, прежде чем он берет трубку.
— Ло? — Замешательство окрашивает его тон. Обычно я ему не звоню.
— Я не могу найти Джесси. — Мой голос звучит дрожащим и паническим для моих собственных ушей.
— Что ты имеешь в виду? Что случилось?
— Гребаная Кристалл, — отвечаю я, как будто это все объясняет. — Он взял грузовик и уехал. Ты на работе? Ты где-нибудь видишь его машину снаружи?
  
В этом районе есть несколько баров, в том числе Blackbear.
— Я здесь. Я не вижу его снаружи, но я объеду вокруг. — Я слышу, как он передвигается, а затем, секундой позже, звук заводящегося двигателя.