Попробуй меня вспомнить (СИ)

Потом мы играем в шахматы и дурака. Мужчины нанизывают шашлык на шампура, а я задумываюсь, глядя на Олега. Общаться с ним мне приятно и интересно. Но, кажется, я впервые в жизни попала во френдзону. Потому что на самом деле я бы была и не против продолжить наше общение в более близком и интимном формате.
В принципе не могу понять, что я делаю здесь — на даче у Нестеренко. Вроде бы, у Олега неплохие отношения с Эльвирой, которая работает на него. Почему позвал не ее, а меня?.. Почему я вообще согласилась побыть в группе поддержки мужчины, который воспринимает меня как друга, а я его — хочу?
— Все, шашлык будет через полчаса готов, — Олег плюхается около меня на скамью. И обращается уже к отцу: — А что там по поводу твоей соседки? Вера… Игнатьевна?
— Ильинична! Балбес. Скоро должна подойти.
— Отец тут ухаживает за одной дамой, — объясняет мне. — Сейчас будем проводить смотрины.
Дядя Сережа что-то отвечает сыну, намекая, что Олега как бы и не спрашивал никто. Парень на пару минут зависает в своих раздумьях и будто бы сникает. А я снова начинаю размышлять, связано ли это как-то со сплетнями. Почему-то они мне кажутся настолько глупыми и грязными, что верить в них не хочется. Но с другой стороны, именно настолько оно бредово звучит, что может стать правдой.
Когда Олег снимает с костра первую партию шашлыков и передает мне аккуратно горячий шампур, на участке и появляется та самая Вера Ильинична. Женщина выглядит моложе, чем ее сосед по даче. Нас представляют друг другу, и мы наконец-то садимся за стол. Причем Олег тут же подскакивает, пугая меня, и притаскивает непонятные тряпки из машины.
— Подложи, — и сует мне в руки.
— Куда?
— Под задницу. Не май месяц.
Мне стало приятно на душе. Ну, и под попой, да. Забота обо мне Нестеренко была действительно хорошим знаком. По крайней мере, я надеялась, что у меня есть шансы выйти из френдзоны. Хотя после он и второй гостье тоже передал какую-то старую куртку, которую можно использовать в качестве теплой мягкой подложки. Но первой же была я.
Почувствовала себя дурой. Алле, Ада, тебе двадцать один — почти двадцать два — года, такое проявление заботы вообще не несет в себе никакого подтекста. Разве что действительно дружеский. А я себе уже что-то навоображала, возомнила девицей, перед которой Олег не устоит. А на самом же деле просто стала для него удобной приятельницей, которую можно позвать на шашлыки и с которой можно обсудить последние новости под пиво.
Может, я тем самым пивом и поставила приоритеты в наших отношениях? Сделала намек не в пользу эротики и романтики, а сделала себя братишкой? Пытаюсь отвлечься от своих размышлений и понять, о чем говорят люди за столом. Очень даже вовремя у меня это получается. Потому что Вера Ильинична пытается перевести акцент с себя:
— А вы давно встречаетесь? — кивает на нас. Я временно замираю, а Олег начинает улыбаться и смеяться. — Просто вы так хорошо смотритесь вместе.
— Мы друзья просто, — мужчина даже делает в воздухе жест, взмахивая рукой и намекая на отсутствие отношений. Я улыбаюсь и киваю. Пока мне больше ответить нечего. Тем более, что мы действительно просто друзья. Ничего большего мне не предлагали, ни на что не намекали.
Домой в город мы едем почти в тишине. Только один раз я попыталась заговорить с Олегом и понять его настрой.
— Тебе было неловко?
— Что? Ты о чем?
— Ты меня просил поехать, потому что с отцом тет-а-тет неловко, — напоминаю.
— А, спасибо тебе. С тобой было действительно проще и легче. По крайней мере я не оставался с ним один на один.
Молчим и слушаем радиостанцию с приятными песнями. Чередуются поп и альтернатива. А в голове у меня все те же размышления о френдзоне. До сих пор не укладывается в голове, что я в нее попала. Я, которая обычно переборчива в отношениях. Я, которая всегда сразу предупреждала всех, что у нас ничего не получится. И я, которая ни разу в нормальных отношениях и не была. Пара свиданий с разными парнями не считаются.
— Забавно получилось, — спустя время Олег снова подает голос.
 
— Что?
— Эта Вера приняла нас за пару.
— Действительно забавно, — говорю непринужденно. И считаю, что у меня получилась нужная интонация.
Глава 9
Воспоминания — словно выцветшая картина.
Некоторыми мы дорожим.
© «Путешествие Сократеса»
Задумчиво перемешиваю уже несколько минут сахар в своем латте. Думы на пустом месте становятся моим кредо, кажется. А виною всему становится чертов Нестеренко, который занимает все мои мысли. Он будто бы просочился в мою голову и не может найти оттуда выход, каждый раз ударяясь в стенки черепа. По крайней мере только так я могу объяснить головную боль, которая у меня уже не проходит несколько дней. Еще немного, и решусь на МРТ.
В «Адельгейде» сегодня пусто. И я рада этому, потому что неделя для нас выдалась слишком сложной. Мы отдали наконец-то ресторану Олега его заказ. А нас, как и оговаривалось, неплохо прорекламировали. Так что месяц мы закрыли с отличными показателями прироста дохода.
Мне определенно стоит поблагодарить мужчину за такие изменения в жизни моего детища. И именно в этот момент у меня появляется много поводов для раздумий. С одной стороны благодарность человеку за спасение фирмы может быть материальной. Но с другой — именно этот человек оплатил заказ. Мне же не возвращать ему его же деньги в знак благодарности.
Тогда на ум лезут варианты, как можно отблагодарить мужчину без прибегания к материальному. Накормить его ужином? Мы и так часто по субботам едим вместе под очередной стендап или сериал. Пригласить куда-то? Да он владелец ресторана. Разве что звать его в парк аттракционов — вряд ли он там был последние пару лет. Но на улице начинается весенняя оттепель, которая смешивается с ужасными перепадами температуры. Поэтому вариант тоже отпадает, исходя из логики и рациональности.
— Девчонки, оцените в беседе комплект, — Ира показывает на телефон. Мы все дружно заходим в рабочий чат.
— Оу. А кожа — это нынче удобно? — Алена корчит лицо, рассматривая сброшенный в беседу черный комплект нижнего белья.
— Это удобно, если мне нужно поразить своего мужчину. Так что, заказывать?
— Бери, раз нужно поражать.
В моей голове формируется новая идея, как я могу отблагодарить мужчину. Но почему-то природная стеснительность, которая так редко появляется у меня, как раз в это мгновение удивленно крутит пальцем у виска.
Мол, ты, хозяйка, что ли вовсе обнаглела? Чтобы мы с тобой, да еще и к красивому мужику приставали?
Эта мысль становится моим фетишем следующие несколько дней. Мы иногда переписываемся с Олегом на нейтральные темы. Сначала он отправляет мне фотографии своих официантов, потом пишет, что они хотят подписать постоянный договор на случай, если будут нанимать новых людей. Я радуюсь активному росту моего ателье. И печалюсь мыслям об Олеге. Чертова неопределенность почти меня доконала.
В субботу парень традиционно написал мне, спрашивая что взять на ужин. Себя возьми. И презервативы.
Вместо этого пишу, чтобы он решал на свой вкус. Тем более, что он ресторатор.
Я убираю в квартире и думаю о Нестеренко. Он мне больше нравился, когда я просто по привычке смотрела его истории в инстаграм. Сбылась мечта маленькой дурочки. На нее обратили внимание.
Да только тошно от этого «обратили». Хочу вернуть свою жизни назад. Когда в моей голове не было постоянной мысли о мужчине. Вообще не помню такого в своей жизни, чтобы мне хотелось кого-то. Даже в период подросткового возраста, когда начались первые свидания и поцелуи. Тогда все казалось романтичным и трепетным. Сегодня я больше склоняюсь к некой похотливости, чем к романтике. Особенно, учитывая, что это все не взаимно.
Поэтому я просто собираю мусор и из принципа решаю вообще никак не менять свой наряд. Пусть буду одета в простые домашние штаны и топ. Даже волосы не стала пересказывать из привычной косички. Нужно в первую очередь самой себе показать, что мне ничегошеньки не светит.