Кровавая луна (СИ)

Тем не менее, я вежливо улыбнулся ей, наклонив голову.
— Фауст Ноктюрн, мадам, — просто сказал я.
Прищелкнув языком, Эстель медленно обошла меня кругом, качая головой.
— Они просто делают их не так, как раньше, не так ли, Атлас?
Атлас вежливо хихикнул.
— Нет, не делают.
Я взглянул на него краем глаза, когда Эстель от души рассмеялась и прижала руку к груди, ее глаза загорелись озорством.
  
— О, значит, это так? — Она переводила взгляд с Атласа на меня, приподнимая алую бровь. — Никогда бы не подумала, дьяволенок… — Она дерзко подмигнула ему.
Мне захотелось выброситься из окна пентхауса. Это взаимодействие отняло у меня всю энергию, которая была в моем теле, и я не знал, сколько еще смогу выдержать, играя в эти игры. Атлас был профессионалом в умении ориентироваться в сложных ситуациях и доставлять удовольствие людям. У него был гребаный талант к этому после столетий практики, но не у меня. Я не мог выносить этих любезностей и падений в обморок.
Я почувствовал себя препарированным под ее похотливым взглядом. Но мы были здесь по причинам, которые нельзя было игнорировать, и я знал, что Атлас просто играет свою роль, чтобы добиться цели. Черт возьми, в этот момент я бы предпочел дежурить вместе с Мерриком, и это о чем-то говорило.
— Хватит дразниться, — сказала она со смешком. Эстель повернулась и зашагала дальше по пентхаусу, направляясь к высокому столу, уставленному всевозможными бутылками с ликером и бокалами, где налила себе выпить. Атлас последовал за ней, и я неохотно поплелся следом, взяв из ее протянутой руки стакан с чем-то, пахнущим скотчем.
Она застенчиво улыбнулась, когда сказала:
— Итак, расскажите мне об этом вашем дампире и почему я должна тратить свое время и ресурсы, пытаясь сохранить жизнь маленькой девочке…
Глава 8
Сиренити
— От тебя исходит его запах, — раздался голос сзади, когда я прислонилась к широкой секвойе. Я испугалась, и мое сердце подпрыгнуло к горлу. Я вообще не слышала, как он подошел. Очевидно, оборотни были такими же легкими на ногу, как вампиры. Это, и я была слишком поглощена своим чувством вины, наблюдая, как оборотни заканчивают строительство костров.
— Что, прости? — Выдохнула я, выгибая бровь при виде Августа, когда он вышел в бледный лунный свет. Его массивные руки были скрещены на вновь обнаженной груди. Тот факт, что он был таким высоким, что я смотрела прямо ему в живот, было трудно игнорировать. Я начала задаваться вопросом, много ли у него рубашек и хочу ли я, чтобы он их вообще носил.
Он наклонился ко мне, его ноздри раздулись. Я почувствовала его горячее дыхание на своей коже, и мои глаза на мгновение метнулись по сторонам, гадая, куда, черт возьми, убежали Меррик и Бастиан. Мы ждали захода солнца уже больше часа, и в тот единственный раз, когда они оставили меня одну, набросились волки.
Я услышала легкий рокот, исходящий из груди альфы, когда он процедил сквозь зубы:
— Ты пахнешь, как гребаный вампир.
— Я гребаный вампир, — сказала я срывающимся голосом. — Ты не мог бы отойти, пожалуйста? — Протянув руку, я положила ее ему на грудь и надавила, но он отказался сдвинуться с места. Мои пальцы покалывало там, где они соприкасались с его горячей кожей. — Тебе нужно убраться с моего пространства, Август.
— Нет, пока ты не скажешь мне, почему аромат «Атлас Ноктюрн» распространился по всему твоему телу. — Его ярко-желтые глаза светились в темноте, напоминая мне о могущественном существе, с которым я пыталась спорить. Я надеялась, что мои щеки не пылали. Этим утром я приняла душ и вымыла каждый дюйм своего тела, но, очевидно, обоняние оборотня могло обнаружить нечто большее, чем просто мыло.
— Ты учитывал тот факт, что это не твое дело?
— Все, что ты делаешь, — это мое дело, пара. — От этого слова у меня болезненно сжалось в груди. Он действительно серьезно относился к этому. — Он прикасался к тебе?
Август выглядел так, словно был в нескольких секундах от срыва, и я внезапно обрадовалась, что Атласа нигде не было видно. На самом деле, Фауста тоже. Я предполагала, что они вернулись в город, все еще разбираясь с хаосом.
— Я не целуюсь и не рассказываю.
— Он прикасался к твоему телу или нет? — спросил он, каждое слово хлестало, как кнут, отчего у меня по спине пробегали мурашки.
Я задавалась вопросом, было ли то, что я чувствовала, его доминированием альфы. Альфа-оборотни обладали способностью самоутверждаться даже над теми, кто не был волками. Это была магия, которая глубоко текла у них в крови, предупреждая вас о том, что вы имеете дело с высшим хищником.
— Сиренити… — предупредил он, когда я не сразу ответила.
— Почему ты думаешь, что я твоя пара? — Вопрос, казалось, сбил его с толку, когда он моргнул, глядя на меня, но я действительно хотела знать логику, стоящую за этим нелепым заявлением.
— Я не просто думаю. Я знаю, — процедил он сквозь зубы.
Я выводила его из себя, но если он действительно думал, что я его мистическая родственная душа, тогда я знала, что он ни за что не стал бы действовать из-за жестокости, которую я видела в его глазах. Кроме того, я знала, что Меррик все еще где-то здесь, даже если я не могла видеть его прямо сейчас. Он не позволил бы Августу причинить мне боль.… Каким-то образом я просто знала это.
Я прислонилась к дереву, скрестив руки на груди, подражая его силовой стойке. Мы все еще прятались в тени деревьев, и любой, кто увидел нас здесь, вероятно, был достаточно умен, чтобы оставить нас в покое.
— Да, я это уже слышала, но что я хочу знать, так это почему ты думаешь, что знаешь это. Откуда ты знаешь, что я твоя пара? У тебя есть какая-нибудь волчья магическая радарная система или что-то в этом роде, потому что, клянусь тебе, я ничего не чувствую, — солгала я.
Я действительно что-то почувствовала. В основном, потребность потрахаться с ним, но я не признаюсь в этом. Не магия заставила меня кончать от одной мысли о нем прошлой ночью. Я была просто возбужденной дампиршей, борющейся с желанием. Да, с этим можно согласиться.
— Как много ты знаешь об оборотнях? — спросил он непринужденно.
Мягкость его голоса внезапно выбила меня из колеи, и я изо всех сил старалась сохранить бесстрастное выражение лица. Низкий резонанс его голоса успокаивал, когда он не был полон надменного гнева и силы. Я знала, что он пытается успокоить меня, но я бы справилась с этим властным придурком в любой день.
— Ты продолжаешь отвечать на мои вопросы новыми вопросами. Я не дура, Август.
— Просто сделай мне одолжение. Что ты знаешь об оборотнях и брачных узах? Полагаю, сенатор не потрудился оплатить комплексное обучение истории дарклингов?
— А ты как думаешь? — Возразила я, закатывая глаза. — Я знаю достаточно, как и все остальные. Они действительно учат нас некоторым вещам. Я знаю, что у вас есть родственные души на всю жизнь, как у ведьм. Я знаю, что оборотни готовы умереть или убивать ради своих партнеров, и я знаю, что связь нерушима, пока не вмешается смерть.
— Правильно, — ответил он, задумчиво кивая головой. Его длинные золотистые волосы сегодня были распущены, и я не могла не смотреть, как пряди развеваются на свежем ветру. — Ты знала, что могут потребоваться десятилетия или даже столетия, чтобы найти свою пару? Иногда даже дольше. Некоторые оборотни никогда не находят того, кто был создан для них, но когда это случается, в этом нет сомнений.
— Нет никакого способа…
— Ты ошибаешься, — настаивал он. — В тот момент, когда я посмотрел в твои глаза, я понял, что ты принадлежишь мне. Я чувствую запах, что ты моя.
— Я не принадлежу тебе, — сказала я со стоном, сердце бешено колотилось. — Ты слышишь, как безумно это звучит? Мы даже не знаем друг друга, и мне жаль, если это выводит тебя из себя, но я не собираюсь просто верить тебе на слово.
Он вздохнул, покачав головой, и провел ладонью по своей густой бороде.