Принцесса для психолога (СИ)

— Что это за сэндвич? — изумилась Маргарита, рассматривая странный бутерброд из хлеба, толстого куска сала с тонкими прожилками мяса и мощного кружка лимона. Обжора сунул его ей в руки, вместе с кружкой крепкого чая,
— На восхождение идем, силы нужны. Раньше ходила? — она помотала головой. — Вернемся, сходим на Аньер.
— Я же и так дворянка, — невольно рассмеялась она, — по мужу. Но идея мне нравится.
Лимон она все же кинула в чай и от этого он приобрел какой-то совершенно инфернальный вкус. От горечи и кисели сводило зубы, но жуткий чифирь дело знал, заполняя тело энергией до кончиков волос.
По мере того, как над Каванараги с величавой медлительностью поднималось солнце, зябкое утро постепенно теплело.
— Вперед, — сказал Обжора, — у нас не все время этого мира.
Они пересекли речку по воздушному мосту, сотворенному Обжорой и углубились в расщелину. Тропа была вполне утоптанной и, такое впечатление — нахоженной. Правда, что ли, медведи? Кому еще здесь бродить? Со вчерашнего утра они не видели никого живого, кроме комаров — тех было вдосталь, немного бы меньше — и в самый раз. Как они выживают на таком холоде, мутанты что ли? Может, все же есть от вулканов радиация?
Под ногами поскрипывала красная сыпучая порода, норовя снести всю экспедицию вниз и искупать в речке, но пока победу одерживало чувство равновесия. Направление взяли на широкий кулуар, держась левой стороны.
Вскоре Маргарита приноровилась к неширокому шагу Обжоры, который вел группу и стала крутить головой, привычно жалея, что нет смартфона. Марсианский пейзаж располагал к сэлфи куда больше, чем к спасению мира. Мир здесь казался каким-то чужим и вообще не слишком реальным.
Пару раз она почти поехала вниз, неловко взмахнув руками, но Кот придержал, просигналив Обжоре: "делай, мол, свое дело, здесь я справлюсь".
Рой время от времени прицеливался — и выстреливал в одному ему известные места склона амулетами, встроенными в арбалетные болты. Принцип действия этих штук был основан на умении "слухачей" и заменял неизвестные в этом мире сейсмодатчики, а, заодно и термометры. К экспедиции Марк подготовился основательно.
Впереди маячил высокий и крутой гребень, разделяющий кулуар на неровные части.
— Нам туда? — спросил Рой. Обжора кивнул.
Говорить не хотелось. Простой прогулки не получалось, ноги съезжали, воздух был откровенно невкусным и в легкие его приходилось загонять, как в кузнечный горн — силой.
— Крутовато, — тихо обронила Маргарита, поедая взглядом гребень.
— Ага, — согласился Рой, — но будет лучше, если мы как можно скорее на него залезем. Здесь опасно.
— Опасно? — уточнил Кот.
— Могут камни сойти. И сойдут, как только гору опять тряхнет.
— Я нас щитами прикрыл.
— Ага, когда сверху полгоры съедет, очень те щиты помогут.
— Позитивный ты мой, — пропела Маргарита и, неожиданно для себя, рассмеялась. До нее вдруг дошло, что не по себе не только ей, крутым ребятам из местного спецназа тоже вполне жутко. И это, странным образом, подняло ей настроение.
 
 
— Страшно жить на белом свете,
 
В нем отсутствует уют.
 
Рано утром, на рассвете,
 
Всех нас демоны сжуют… — с выражением продекламировала она. Легкое эхо метнулось по ущелью.
 
 
Обжора обернулся с веселым удивлением.
— Э, Кот, у тебя конкуренты объявились? Примешь вызов или съедешь с темы?
— Когда я от дуэли уклонялся? — деланно изумился герцог Монтрез и с невыразимым лицом выдал:
 
 
— Страшно жить на свете белом,
 
Хоть зажмурься и кричи.
 
За твоим красивым телом
 
Ходят шпаги и мечи,
 
По головушке, по умной,
 
Плачут плаха и петля.
 
И однажды, в миг безумный
 
Всех нас примет мать-земля…
 
 
Обжора зафыркал, как довольный конь, которого угостили морковкой. На его лице крупными рунами было написано, как он хочет присоединиться, но, увы… Обделен поэтическим даром. Маргарита подумала, что надо будет как-нибудь улучить момент и открыть ему глаза: для того, чтобы нести пургу, талант не нужен вовсе. Запускаешь в голове бредогенератор и наслаждаешься произведенным впечатлением!
 
Вот Эшери это понимал — ха, у него свой бредогенератор был прокачан до сотого левела и заводился с полпинка, дипломат же!
Это было так неожиданно весело, что Маргарита вовсе забыла бояться — и даже опасаться, почувствовав себя туристом на экскурсии. А зря! Неспящие — очень неподходящее место для экскурсий.
Гора в очередной раз рыкнула и вздрогнула, раздался звук, сначала далекий и нестрашный, но нарастающий — и вскоре уже грохочущий, как огромный локомотив, летящий по рельсам на чудовищной скорости.
Маргарита подняла голову и открыла рот, просто не представляя, что тут еще можно сделать — гора стекала на них, и, действительно, какие, к демонам, тут щиты? Не бывает щитов, которые могли бы сдержать ЭТО, потому что сдержать его в принципе нереально, земля так дышит, ей надо дышать, вообще-то, всем надо!
Пока она ловила вафли, потрясенная величием и красотой собственной грядущей гибели, Кот действовал: быстро, правильно и очень эффективно. Как всегда. Оценив масштаб катастрофы, он даже не стал морочиться со щитами. Нет, его "сфера" вполне могла выдержать, даже если бы вся Каванараги уселась сверху… но дальше-то что? Ведь оттуда еще и откопаться как-то надо, а до этого чем-то дышать.
Не церемонясь, плетьми он стянул всю экспедицию ближе и дернул малой статичной левитацией вверх, как можно выше, туда, где даже чудовищные клубы пыли не смогут их достать — кто знает, что там за химические соединения, в этих камнях, Маргарита права. Может быть, их не только трогать не стоит, может и дышать рядом можно только через фильтр.
…Все кончилось так же быстро, как началось. Они сидели на гребне, пытаясь прийти в себя и оценить масштаб разрушений, а Эшери стоял с отрешенным видом, ментально общаясь с Марком.
Долго они болтать не стали, Кот кивнул, сказал одними губами: "Хорошо", и у Маргариты отлегло от сердца.
— Все живы. Лагеря нет, — объявил Кот. И пояснил, в ответ на жадные взгляды, — Марк тоже не стал со щитами возиться, а перебросил их всех… куда-то. Сейчас он пытается определить — куда, детально считать времени не было. В общем, можно считать, что с ними все хорошо, с нами тоже. Поэтому давайте подбираться — и двигать.
Обжора смотрел на тропу и усиленно соображал.
— Рой, — внезапно спросил он, — так, говоришь, тут это явление частое? Такие оползни?
— Да, — подтвердил тот, вытряхивая куртку и мешок от мелкой крошки, — довольно частое.
— А посмотри-ка на тропу. Никаких вопросов не возникает, нет?
В этот раз самой сообразительной оказалась Маргарита. Девочка с окраины, со встроенным в подкорку радаром на опасность, исходящую от людей.
— Ее засыпало уже не раз, — проговорила она, разглядывая кулуар, — тогда… кто ее снова протоптал? Их было много. И это было недавно.
— Смотрим в оба, — подытожил Кот, — здесь рядом шляется отряд зверей поопаснее медведей. Возможно… и даже, скорее всего у них есть маги. И, точно, имеется оружие, в том числе — дальнего боя. Маргарита — видишь границу, где воздух чуть-чуть дрожит и "картинка" слегка искажается?
 
— Как в диаскопе? — переспросила она. Кот кивнул, хотя понятия не имел, что такое диаскоп.
— Это — граница воздушных щитов. За нее — ни шагу. Руки помыть захочешь или там, цветочки пособирать, говоришь мне или Обжоре, мы тебя прикрываем.
Она послушно кивнула. Спорить как-то совершенно не тянуло.
  
Глава 47 Вызов
 
Сейди много ходила. Медленно, держась за стенки или за Руслана — больше она никого к себе не подпускала, а Нари и сам не подходил, боялся навлечь на сестру немилость духов.