Пока не наступит утро. Истории о путешествиях, любви и знаках вселенной
Марина Мишункина
Пока не наступит утро. Истории о путешествиях, любви и знаках вселенной
Серия «Истории, которые исцеляют душу»
© Мишункина М. Н., текст, 2025
© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025
Мир, в который мы вступили, не имеет хорошей репутации. Это не милое местечко, как вы вскоре обнаружите, и я сомневаюсь, что оно станет намного приятнее к тому времени, когда вы его покинете.
Однако это единственный мир, имеющийся в наличии: альтернативы не существует, а если бы она и существовала, то нет гарантии, что она была бы намного лучше этой. Поэтому старайтесь не обращать внимания на тех, кто попытается сделать вашу жизнь несчастной. Таких будет много – как в официальной должности, так и самоназначенных.
То, что делают ваши неприятели, приобретает своё значение или важность от того, как вы на это реагируете. Поэтому промчитесь сквозь или мимо них, как если бы они были жёлтым, а не красным светом. Так вы избавите клетки вашего мозга от бесполезного возбуждения. Переключите канал: вы не можете прекратить вещание этой сети, но в ваших силах по крайней мере уменьшить её рейтинг.
Автор выражает искреннюю благодарность
Автор выражает искреннюю благодарность
своим родителям – маме Галине Семёновне и папе Николаю Григорьевичу – за счастье появления на этой прекрасной Земле,
мужу Владиславу за чуткость, ежеутренние цветы, неизменную историческую точность, поддержку самых сумасшедших идей и понимание,
сыну Григорию за скрупулёзность и дотошность подходов, а также неудобство вопросов,
своим восхитительным друзьям и подругам, в том числе героям книги, за вдохновение и совместное проживание невероятных эпизодов нашей общей небанальной жизни,
родному издательскому дому «Аргументы и факты», генеральному директору Руслану Новикову, главному редактору Михаилу Чканикову, а также всему коллективу «АиФ», который поддерживает во мне веру в силу авторского слова в век искусственного интеллекта,
научному руководителю – профессору Евгению Яковлевичу Дугину за животворящий юмор, казачьи песни и прямое руководство к действию,
Светлане Дзюбинской за общность идей и тонкое чувствование момента,
Вере Орловой за неоценимую помощь и профессиональные советы,
коллеге, другу, прекрасному писателю и журналисту Георгию Зотову за содействие и поддержку,
Анне Николаевне Куриленко и Рахель Матасовой за непоколебимую веру и окрыляющее общение,
коллективу Финансового университета при Правительстве РФ за радость преподавания и возможность делиться знаниями,
«Академии медиаиндустрии» за бесценный опыт научной деятельности,
МГУ им. Ломоносова за открытость и готовность к экспериментам,
прекрасным соседям Ольге и Игорю Дергуновым, Асмик и Карену Акопян, Ирине и Николаю Пилипенко, Светлане и Андрею Руденко за чудесные творческие посиделки на крыше,
всем учителям за требовательность и строгость,
коту Михаилу за воодушевляющее урчание.
И, конечно, Творцу за своевременные подсказки из Вселенной.
От автора
Материал для этой книги копился годами. Я не раз размышляла над её содержанием, прикидывала план, намечала главы, но никогда не доходила до её написания.
Примерно с 2000 года я пишу статьи, выступаю на конференциях, веду тренинги, преподаю в вузах, стараюсь быть хорошим наставником для молодёжи. Кроме этого, уже четверть века я работаю в ведущих медиа, у меня отличная команда специалистов, вместе мы занимаемся реализацией сложных интерактивных проектов, созданием и выведением на рынок различных технологичных продуктов и креативных решений. Моя деятельность сопряжена с общением и поездками. И так получается, что жизнь знакомит меня с самыми разными людьми, и я оказываюсь в самых разных ситуациях. Мне всегда нравилось записывать свои впечатления. Так они оставались со мной навсегда, не стирались из памяти бесконечной рутиной повседневности.
Как правило, мои ироничные рассказы читались вечерами во время дружеских посиделок и обычно – по чьей-то просьбе.
Но однажды сразу несколько человек в течение короткого промежутка времени озвучили то, в чём я давно стеснялась себе признаться: «Почему бы тебе не поделиться этим с более широкой аудиторией?»
Подобные вопросы звучали и в соцсетях, где я тоже иногда выкладывала свои зарисовки. Так я всерьёз задумалась, а не взяться ли за создание книги.
Пролог
Жила-была девочка
Жила-была девочка. В белой байковой пижаме с ярко-оранжевыми апельсинами ей было уютно, комфортно и спокойно – не только ночью, но и по утрам, когда летнее солнце ещё не успевало вдохнуть в мир тепло. Тогда можно прямо в пижаме босиком выбежать на бабушкин огород, утопая босыми пятками в земле, поскальзываясь от росы, добраться до ягод и есть их с ладони, наслаждаясь свежим ароматом клубники и похрустывая грязью.
Девочка умела слышать мир. Сливаться с ним. Но не знала, зачем и кому это может быть нужно.
Дар чувствовать мир казался ей бесполезным, никчёмным, как и она сама. Себя она не понимала.
Ей было стыдно, что все подруги и друзья знали, чего они хотят, к чему стремятся, а она нет. То есть абсолютно.
Её воспитывали в духе гиперответственности, терпения и долженствования. Надо выучить, преодолеть, победить, быть лучшей. И она, конечно, старалась делать всё возможное и невозможное, чтобы не опозориться. Она стала отличницей поневоле. Девочка невероятно расстраивалась, плакала, если не могла соответствовать чьим-то ожиданиям, а значит, подводила. И страшно стыдилась своих слёз. Ведь она должна быть сильной!
Девочка не могла позволить себе быть слабой, глупой, смешной или неуспешной. Этим она наносила рану всем тем, кто возлагал на неё надежды (учителя, родители, её авторитеты). Получался какой-то замкнутый круг. И она научилась быть той, какой, как ей тогда казалось, должна быть.
Но она почти перестала чувствовать мир, потеряла тонкую связь с природой. Да и близкие люди отошли на второй план. Прежние ценности растворились в дымке далёкого счастливого детского утра. Однако все, кто окружал девочку, считали, что она на правильном пути.
Институт, успешное продвижение по карьерной лестнице. Когда работа стала занимать всё её время, мироздание громко постучалось с настоятельной просьбой приостановиться и задуматься над смыслом этого замкнутого круга, в который определила себя уже взрослая девочка.
Врачи, больница, неизбежность. Потом – только хуже. Метания и поиск ответа: «За что?»
Последнее, что я услышала, уходя в глубокий наркоз перед операцией в берлинской клинике: «Вы оставили письменные указания, как распорядиться вашим телом в случае летального исхода?» Таковы были правила медицинского учреждения скрупулёзных немцев. Но я, не желая того, их нарушила. Озабоченный голос явно припозднившегося больничного менеджера уплыл в небытие.
Совсем не было страха – только детское любопытство. Яркие лампы надо мной образовали единое светящееся пространство – вокруг был сплошной белый свет. С этим ослепительным светом и неотвеченным вопросом я перенеслась в другой, параллельный мир, где царствуют эскулапы и от тебя ничего не зависит, где не надо брать на себя ответственность, не надо никому ничего доказывать. Я погрузилась в состояние удивительной лёгкости, которой мне так не хватало в последнее время.
На работе в очередной (кажется, в четвёртый или пятый) раз сменился генеральный директор. Каждая смена власти всегда сопровождалась бесконечными проверками, навязыванием новых регламентов, маркетинговых политик, своих людей, стремлением перелопатить отлаженные мной за годы работы все бизнес-процессы.
