Великая Пустошь (СИ)

- Мы тоже с тобой обосрались, но не так сильно, как они.
- Что-то делать-то будем? - быстро спросил Агей. - Ты, как там, Седат? Подслушал чего-нибудь?
- Сухари где?
- Здесь, вот.
- Возьми их. И флягу возьми.
Пока парень, нагнувшись, поднимал требуемое, старый джигит потрепал мальчонку по волосам рукой, а затем опустил её на шею и немного сжал её пальцами. Мальчонка обмяк и старик осторожно уложил его на землю.
- Пусть поспит. Идём.
Отойдя в сторону, где уже не так воняло дерьмом, они присели на землю. Старик пожевал сухарей и запил их водой. Агей от еды отказался.
- Я уже ел, - сказал он. - Да и как-то, это...
- Что, в кусок в горло не лезет?
- Ага!
- Понимаю тебя, брат! - старик невесело рассмеялся и похлопал парня по колену.
Перекусив и запив сухари водой, старик отложил флягу и посмотрел на парня.
- Теперь, поговорим.
- Так, как там?.. Послушал чего?
- Много чего. Больше часа их болтовню слушал. Почти всю подноготную про них теперь знаю. Это не засада и не подстава. Просто дебилы, которые решили во взрослые игры поиграть.
- Так это кто, фермеры?
- Они самые. Семейка неудачников. Этот хрен, который Коляныча вырубил - Сквилл - центровой у них. Эти девки - его дочки. Жена у него умерла. Второй мужик, который Добера скрутил, Олаф, он брат Сквилла. Щуплый тип, Санир, - он второй его брат. Бабёнка которая там - она жена этого задохлика и звать её Фертина. Дед, который у них - отец мужиков, Трерий его зовут. И последний хрен - Антон - брат Фертины.
- А эти, девушки, как их зовут? - спросил Агей и покраснел.
- Старшая - Альна. А младшая - Элька.
- Так, откуда они тут взялись?
- Они где-то рядом с границей, уже сколько-то лет, живут. Откуда-то издалека приехали. Сперва здесь у них дела хорошо шли, а потом не очень. Большая конкуренция и некуда урожай девать. А цены низкие. Год назад у них уже жопа была, и они где-то чудо-семена достали. Посадили, а половина не взошла. А из того, что взошло, говно какое-то выросло. А они под это дело кредиты взяли, под большие проценты! Да и без этого у них, долгов уже, до жопы, было.
Вот и решили, всё бросить и бежать. Думали даже к Сегрегору податься, но у того с этим строго. Это я точно знаю. Если кто с долгами бежит к нему и розыск по нему будет, то они выдают таких хитрожопых назад. Или предлагают им, долги за них выплатить, но теперь тогда должен будешь Сегрегору, и от него уже не сбежишь.
Вот они и решили в Ковчег ломануться. Те никого не выдают. Вот, шли и на нас наткнулись, ну и решили, что деньги сами к ним в руки упали!
- Так они, что, узнали Коляныча и Вилена? По объявлениям на бумажках?
- Ага! Узнали сразу. Этот папаша-урод, хвастался, что сразу их опознал и, дескать, это он так хитро их заманил, в лагерь.
- И чего они? Выдать хотят?
- Конечно! Сидели там, целый час, спорили, кому лучше выдать: Сегрегору или нефтяникам. Решили Сегрегору, он за каждого по десять тысяч обещал. Итого, за тридцать тысяч решили их толкнуть.
Но парни, Вилен и Добер, тоже молодцы. Исправили ситуацию. Задурили им головы, сказали, что их только трое, а остальных по пути убили. И до этого места они втроём дошли.
- А Коляныч как? Очнулся?
- Очнулся. Он вообще, молодчина! Сразу сообразил, что к чему. Эти деревенщины, про то, что вас Рамос разыскивает, не знали. А он им рассказал!
- Так зачем же? - изумился Агей.
- Как зачем? - в голосе старика тоже послышалось удивление. - Эти дурни решили ведь к Сегрегору рвануть утром. А их пункт где-то совсем рядом, на дороге. А как узнали, что за Коляныча сто пятьдесят тысяч награда, а вместе с остальными - почти двести, то ахнули. Они, оказывается, слышали раньше слухи, что ищут какого-то чудо-раба за сто пятьдесят тысяч, но Коляныч их убедил, что это именно про него объявления были. Показал им клеймо своё. Они чуть не рехнулись от счастья.
- Подожди, - не понял Агей. - Так это, ещё же хуже...
 
- Сдурел, что ли? - старик посмотрел на недогадливого парня с неудовольствием. - Сегрегор - вот же он, рядом, где-то на шоссе его пост. Завтра они уже могут их сдать. А Рамос далеко, на побережье. Чтобы туда добраться, нужно время. А за это время много чего может случиться. Усекаешь?
Парень, наконец, понял, что Коляныч рассказал про награду пиратов, чтобы выгадать время, в надежде, что они, Агей с Седатом, предпримут что-нибудь для их освобождения.
- Значит, они решили именно Рамосу сдать парней?
- Конечно! У них долгов почти на те же тридцать тысяч. Они и получили бы, за парней, как раз столько. Они уже начали обсуждать, что будут делать, как с долгами расплатятся, но тут, как узнали про двести тысяч, сразу рты пораскрывали. Видел бы ты их! Старшая девка стоит обалдевшая и повторяет "Двести тысяч!".
А дед их, кстати, умный говнюк оказался! Он им сразу сказал, чтобы не валяли дурака и не искушали судьбу. Просил отпустить парней, а самим идти дальше, в Ковчег. Но разве они его послушали? Это же двести тысяч! - с издёвкой проговорил старик, изображая голос глупых деревенщин.
- Этот дед, один был против?
- Конечно! Остальные там от радости прыгали. Главный их, Сквилл, кричал своему папаше, что это шанс, который даётся раз в жизни! 
Старый джигит вдруг тихо и грязно выругался.
- Я покажу ему шанс! Он у меня, посмотрит, раз в жизни, как его доченьки мне в мою дуду дудят! А потом, когда я его кровиночкам сральники распечатывать буду, он тоже рядом будет смотреть и свечку держать! И всем остальным уродам, я тоже, жопы порву! Это дело чести, брат!
По негодующему голосу, Агей легко понял, что старый джигит разъярился не на шутку.
- Послушай, Седат, я может, глупость говорю, и в этих делах не понимаю, но может быть, ночью на них напасть? Пока они спят!
- А как? Ты сможешь быстро напасть и придушить спящего?
- Не смогу.
- Вот видишь! Будь тут ещё двое таких, как я, и то не так просто было бы. Бабы такой крик поднимут, что на шоссе слышно будет. А у нас ведь даже и оружия нет. Кстати, Агей! У Коляныча, ведь, пистолет был! Так?
- Был. Они отобрали его?
- Отобрали. Я ведь и не знал, что у него ствол! Ещё у вас есть?
- Нету.
- Точно, нет?
- Клянусь тебе! Смысл, мне врать? Вон вещи, можешь проверить. У нас одни ножи только.
- Вот видишь, при таком раскладе - переть на них наскоком - гиблое дело.
- Так может, как-то... Я чита... то есть, слышал, один рассказ, как ночью напали и перекололи спящих...
Старик тихо засмеялся.
- Опять у тебя спрашиваю - ты сможешь быстро и надёжно заколоть спящего, чтобы он даже не пикнул? Нет? То-то же! У них там, сейчас костёр ночью горит, и часовой не спит, наверняка. Напасть вдвоём, по-тихому, и всех переколоть - не простое дело. Они только так успеют проснуться и в нас дырок наделать. Да и даже если бы у меня и ствол надёжный был, я не хочу их убивать! А хочу наказать! Чтобы они, перед смертью, поняли свою ошибку...
- Так, как же быть?
- Пока не знаю. А ты, не забивай себе голову. Иди, отдыхай. Завтра нам силы понадобятся!
Старик похлопал парня по коленке.
- Ступай.
Агей было двинулся в лагерь, как одна мысль кольнула его мозг. Остановившись, он обернулся и снова подошёл к старику.
- Послушай, Седат, - быстро сказал парень. - А нельзя мне, ну, старшенькую дочку, получить?