Великая Пустошь (СИ)

- Известно, - кивнул Коляныч.
- Вот именно он нас интересует, а не вы. А вы нужны, как свидетели! От вас требуется всего ничего - просто рассказать честно о ваших совместных приключениях. И всё! Сделаете это и вам всем - никаких обвинений предъявлено не будет! При условии, что вы честно расскажете о ваших совместных с Елизаром делах, во время суда над Елизаром. Та же история и с Хтоном. Расскажете, как было и всё - вы будете свободны!
- И зачем это вам надо? - спросил бывший раб.
Следователь усмехнулся.
- Объясню вам подробно, чтобы вы поняли. Когда закончилась война за Пустошь, то многие большие вожди кланов попали в плен и многие почти сразу же были убиты. Там и вешали их, и на кол сажали и на части рубили - чего там только не делалось. Но, сейчас, по пршествии времени, в Пустоши воцарился закон!
Всякий самосуд прекратился и оставшиеся вожди были преданы суду. Некоторые старые вожди, даже самые кровавые, осуждены и живы до сих пор!
С Елизаром, который Надан, та же история. Мы уже давно могли загнать его как крысу, в угол, но он пока на свободе. И это из-за того, что он нужен нам живым! Нам обязательно надо сделать над ним большой судебный процесс, о котором узнают далеко за пределами Пустоши.
- И зачем вам это?
- За тем, что у нас несколько целей. Во-первых, показать, что Пустошь - территория закона. Во-вторых, показать людям, что мы находим старых кровавых вождей и наказываем их, несмотря на то, что прошло много лет, а это значит, что закон неминуем. А, в третьих...
Мирк обернулся на закрытую дверь в комнате и сказал:
- Сейчас скажу вам информацию, которая не то, чтобы очень секретна, но лучше, пока вы здесь, вам о ней не распространяться. И дело тут в том, что вы и сами, наверное, в курсе связи Надана с нефтяниками.
Большой суд над ним и ваши показания там, вскроют эту связь, и тем самым будет нанесён огромный удар по репутации нефтяников. Ты, знаешь, Коляныч, что такое газеты?
- Конечно, - хмыкнул бывший раб. - В каждом городе есть своя газета. В больших прибрежных городах их там куча.
- Верно! - кивнул следователь. - На этот процесс мы привезём много писак из этих газет, и с севера и с юга, и вы расскажете им про то, что знаете. Расскажете про свою нелёгкую жизнь. Можете даже поругать капитана Рамоса, испортив ему репутацию.
- Подождите, - прищурился Коляныч. - Вы, что, хотите испортить репутацию нефтяникам, чтобы вам легче, потом, было прибрать их хозяйство к рукам?
Мирк рассмеялся.
- А ты умён, Коляныч. Мне это нравится! Но, на этот вопрос, позволь мне не отвечать, это вне моей компетенции. Скажу только, что ты думаешь в очень правильном направлении!
- Слушайте! - вдруг сказал Добер. - Ну, допустим, мы согласимся. И как это всё будет проходить? И сколько это, по времени, займёт?
- По времени, к сожалению, не могу дать точный ответ. Всё зависит от того, сколько займёт поимка Надана и его подельников. Они нужны живыми, что создаёт много трудностей. А само действие, для вас, очень простое.
Сейчас вы напишите ещё одно заявление, что не хотите быть кандидатами на гражданство Источника.
Мы с вами, сразу же, уедем на юг, в Новую Надежду. Там у вас будут комфортные условия и хорошая еда. Разумеется, ваша свобода будет несколько ограничена, но это для вашей же безопасности. За то время, что вы проведёте у нас, вы сможете ознакомиться с нашей жизнью и узнать, как там у нас дела идут.
А когда пройдёт суд, сами решите куда вам. Останетесь у нас или мы можем вас выпустить из Пустоши, хоть на север, хоть на юг. Но я бы вам не рекомендовал это. У нас вы будете под охраной, а вне Пустоши на вас будут охотиться и нефтяники и пираты. Зачем это вам?
 
- Интересное предложение, - задумчиво проговорил Коляныч. - Однако, и вы нас поймите. Ещё до прихода в Пустошь мы наслушались от Елизара о здешних ужасах. О том, какой ваш Сегрегор кровавый и ужасный и как он тут едва ли не младенцев ест на завтрак. И подельники этого Надана тоже рассказывали, как тут плохо и какая во всей Пустоши безнадёга и беспредел. И теперь, вот так вот, поверить вам, что вы к нам претензий не имеете...
- Я вас понимаю! - серьёзно кивнул Мирк. - Я могу, прямо сейчас написать расписку и показать свидетелям, что к вам нет и не будет никаких претензий. А уже к завтрашнему утру могу привезти сюда письменные гарантии вашей безопасности с личной печатью и подписью самого Сегрегора!
И я также понимаю, что вас это не убедит, и вы можете подумать, что когда вы окажетесь в нас в руках, то мы этими гарантиями подотрёмся, а вас сразу же сунем в тесные тюремные камеры.
Это понятно!
Но, имейте в виду, что все наши гарантии увидит здесь много людей. А мы следим за репутацией. И если наши недруги, те же нефтяники, узнают, что мы поймали кучку бродяг, пообещали им жизнь и свободу, а затем "повесили" на них кучу преступлений и вздёрнули на висилице, то они ухватятся за это. Проплатят публикации в газетах и на севере и на юге, дабы испортить нам репутацию.
С одной стороны, может показаться, что это мелочь - ну, подумаешь, обманули беглых рабов-бродяжек. Но, как вы знаете, именно из таких "мелочей" и складывается репутация! А мы за ней следим и если мы вас обманем, то это будет огромный удар по нам.
- Ну, да, удар, - скривился Добер. - Но мы-то к тому времени уже в петле болтаться будем! Нам-то от этого, что?!
Следователь немного подумал и сказал:
- Парни! Я знаю, что вашего друга Константина, по кличке Жерех, нефтяники передали в руки Рамоса, чтобы капитан удостоверился, что вы у них в руках. Мы можем провернуть такой же трюк! Кто-нибудь один из вас, сейчас, может отправиться со мной в нашу столицу. Там посмотрит, что к чему, поездит по другим городкам. Пообщается с людьми. Причём, не с теми, кого мы ему подсунем, а с теми, с кем захочет. Я думаю, несколько дней хватит, что бы понять, что люди у нас живут нормальной жизнью, а не терпят адские муки, про которые вам пел Надан с подельниками.
Парни, задумавшись, молчали.
- Скажите мне, парни, а как вы к своему Константину относитесь? Хорошим он был другом?
- Он был отличным парнем, - ответил Коляныч. - И хорошим другом для всех нас. И мне, лично, очень погано на душе от того, что он опять в рабстве у капитана.
- Вот! - следователь поднял указательный палец. - А если я предложу вам спасти его? Его жизнь, в обмен на ваши показания на суде?
- Это как?
- Очень просто! Я не думаю, что его там капитан на ремни пустил. Скорее всего, ваш Костя всё ещё жив. Мы попытаемся выкупить его. А за это вы сделаете то, о чём я вас прошу.
Услышав это, Коляныч задумчиво потёр подбородок.
- Ну, интересно это всё, но... Можете вы нам дать время подумать? Хотя бы неделю, чтобы мы здесь отдохнули, посовещались и приняли осознанное решение?
- Я не против. Ваше решение и должно быть осознанным. Думайте. Но, сразу предупрежу, что не всё так просто. Нефтяники понимают, что попади вы в наши руки, то мы используем вас против них. И им сейчас, главное, чтобы вы не болтали об их связи с Наданом. Поэтому, им уже плевать на награду Рамоса, а важно, чтобы вы замолчали навсегда!