31 ноября (СИ)

— Хорошо, — Вадим не мог говорить, он думал только о Лене. Винил себя, в том, что не смог ее уберечь, он же обещал ей, что с ней ничего не случится и не сдержал своего обещания.
Зазвонил телефон — Борис.
— Вадим, Ирина «смылась», — сухо сообщил он.
— Бл***ть, — выругался Захаров в ответ. — Борис, она была последней ниточкой.
— Вадим, ну кто знал? — Борис был в отчаянии, и Вадим понял, что его последняя надежда — это Леший.
— Я к Лешему еду, Борь, кроме него никто уже ничего не сделает, — сухо ответил Захаров. — Оставайся пока в офисе. Я наберу.
— Хорошо, — Борис отключился.
Вадим погрузился в раздумья. Почему Ира? Она же учувствовала в разоблачении аферы со «Сказкой», она подсказала Лене, что договор поддельный. Отводила подозрения? Слишком мудрено как-то. Понятно, что Богданов хотел подставить Лену, чтобы потом ее исчезновение списать на эту аферу. Но похоже, когда у них не получилось, и Лена начала копать дальше, они начали действовать. Отводили подозрения от своих людей, подсунули им Измайлова. А вот кстати где он?
— Вы про Измайлова Сергея Алексеевича ничего не знаете? — спросил у оперативников Вадим.
— Не нашли его. Он купил билет домой, но так и не уехал.
— Сдается мне, что и не уедет, — хмуро сказал Вадим.
— Скорей всего, — утвердительно кивнул один из мужчин. — Вадим Николаевич, мы ее найдем, не волнуйтесь.
— Хотел бы я не волноваться, — сухо ответил Вадим.
С мигалкой они быстро доехали до ведомства. Вадим вошел в кабинет Лешего и без приглашения сел в кресло.
— Налить чего? — спросил Струков, Вадим покачал головой. — Вадим, у меня просьба, не предпринимай ничего сам. Может быть только хуже.
— Леш, я не могу сидеть сложа руки. Я места себе не нахожу! — вскричал Захаров.
— Это понятно, но Вадим, не хватало еще тебя потом искать. — Леший пристально уставился на него. — Так что я жду твоего обещания.
— Обещаю. Я не люблю экшены. Трезво мыслю. У тебя штат специально обученных парней, способных одним взглядом горло перерезать, а я что — меня там же и закопают.
— Вадим, я обещаю, мы найдем ее, понял! Живой и невредимой. Я же должен погулять на твоей свадьбе. Подвязку на нашей ты поймал год назад, — разрядил обстановку Алексей, напомнив, как Вадим, гуляя на его свадьбе чуть больше года назад поймал брошенную им подвязку.
— Точно, — просиял Вадим. Почему-то эта примета вселила в мужчину надежду на благополучный исход ситуации. — Значит точно погуляешь на нашей свадьбе!
— Ну вот и договорились. Я держу тебя в курсе. Ты держишь в курсе меня. Кстати, Чернов знает? — Вадим кивнул, — Ну Олег сам там справится. Тем более Богданов сейчас тут у нас орудует. Хотя нотариуса все же «убрал».
— Ты знаешь Олега? — удивленно спросил Вадим.
— Он мой дальний родственник, — улыбаясь ответил Леший. — И Елену Сергеевну я тут по их просьбе прикрывал от отца.
— Как тесен мир! — засмеялся Вадим.
— Еще бы. Так что ее историю я немного знаю. Думал просто свихнутые родственники. А там видишь, как все. Наследство. Хотя родственники действительно «поехавшие».
— А мне почему не рассказал?
— Забыл, Вадим. Не считал это важным. Ну попросили девочку от чокнутых родственников уберечь. Не придал значения. Знал бы, уберегал бы крепче. И тогда не факт, что она бы за тебя замуж выходила, — Струков засмеялся. Вадим метнул в него ревностный взгляд. — Ого, Вадим. Настолько дорога стала?
— Да, — утвердительно кивнул Захаров.
— Вадим, вытащим, даже не думай.
  
Глава 20. Подвал
 
Лену привели в подвал и затолкнули в небольшую серую, пахнущую сыростью, комнату, в которой был только полосатый древний матрас. Окна в комнатке не было, лишь тусклая лампочка свисала с потолка, распространяя сумерки желтого неприятного света. Богданов зашел следом, ему подали стул. Повернув его спинкой вперед, он сел на него верхом и взглянул на дочь.
— Ну что, доченька, — мило пропел он. — Теперь это твое временное жилище, а на сколько оно временное зависит от тебя.
 
— И что надо, чтобы оно не стало постоянным? — холодно спросила Лена.
— Подписать кое-что, — мило улыбаясь ответил отец.
— Значит, если я подпишу, то ты мне обеспечишь более уютное гнездышко? — хмыкнула дочь.
— Обещаю, — улыбнулся Богданов.
— Я вот даже не сомневаюсь, что моим жилищем будет полиэтиленовый пакет, закопанный где-нибудь в здешних лесах. Так что папенька, сыра земля в качестве дома меня пока не прельщает, — зло выплюнула она.
— Посмотрим, — подняв уголок рта, зло прошипел отец. — Там вот двое рвутся к тебе. Вот думаю, пустить может? Очень уж Королев по тебе соскучился.
— Пустишь, можешь сразу закапывать. Ничего не подпишу вообще. Все равно будет. Я с этим жить не смогу, — подняв бровь предостерегла Лена.
Богданов замолчал, пристально вглядываясь в дочь. Поняв, что она не блефует, и в этом случае он ничего не добьется, отступил.
— Верю, — сказала он. — Милая, ну ты же понимаешь, что я всегда добьюсь того, что хочу. Могу через твоего еб***ря.
— А вот он тебе не по зубам, папуля, — зло выпалила дочь. — Так что это только наши семейные дела. Только ты и я. Может поведаешь наконец мне, что я вам такого сделал в жизни с матерью?
— А ничего, родилась просто. Спасибо Казимиру безумному скажи. Возомнил себя не пойми кем, — распалился отец, — хочу, говорит правнука посмотреть. А мне всего двадцать три, какие на хрен дети. А не будет — лишу наследства, говорит. А Маринка, как назло, никак забеременеть не может. Пришлось горничную нашу привлекать, очень она на меня глядела томно с призывом. Ну и «оприходовал» я ее, она и забеременела. Так что мама твоя, тебе и не мама. — Лена ошеломленно слушала отца. — Маринка на пузо наматывала что-то, делая вид, что беременная. А эта дура, горничная, вместо того чтобы молчать в тряпочку, начала меня доставать — женись, говорит и все тут, а то всем расскажу, что ребенка от тебя жду. А ребенок — то один, Казимир не дурак, сложит два и два и поймет, что Маринка не при чем, а мне оно надо. Уговорил ее, типа Марина родит, тогда я ей все расскажу. Эта дебилка поверила. Марина уехала в роддом, следом и эта дура. Только Марина приехала из роддома с девкой, а горничная не вернулась вообще, — он заржал. — Так что милая, ты наше средство для получения наследства. — Он встал со стула подошел вплотную к дочери и прошептал ей на ухо. — А теперь ты опять встала на пути к нему. — Он больно ударил ей в живот рукой, так что Лена согнулась и упала на матрас. — Я знаю методы, от которых ты сама побежишь подписывать все. — С этими словами он вышел, захлопнув дверь за собой.
Сколько Лена так пролежала, она не знала. Открылась дверь и бородатый мужик, который ее вез сюда принес ей воды и тарелку с какой-то едой.
— Я в туалет хочу, — простонала девушка.
— Пошли, — хмыкнул он.
Бородатый провел ее по коридору и, открыв дверь, толкнув Лену вперед, следом зашел сам.
— Ты со мной будешь стоять? — удивилась девушка.
Мужик молча встал у двери и скрестил руки на груди. Лене ничего не оставалось, как сделать свои дела при нем.
Оказавшись в своей темнице, девушка плюхнулась на матрас, попила воды и немного поела невкусное нечто, оказавшееся в тарелке.
Лена не заметила как погрузилась в сон, ей снился каток, надвигающийся на неё пока где-то вдалеке. Она слышала только его звук, но пока не видела этой адской машины. Девушка во сне знала, что это именно он, и он едет сейчас, чтобы её раздавить.
— Просыпайся, — услышала она сквозь сон чей-то злой рык.
Разлепив глаза, Лена увидела Королева.
— Вот и отлично, — хмыкнул он. — Отец просил узнать, не надумала ли ты подписать то, что он хочет?
— А смысл мне подписывать, все равно убьете, — равнодушно ответила девушка.
— Ну так хоть мучится не будешь, раз и все. И еб… рь твой будет думать, что ты со мной счастлива. Ну предала его, ну ничего, переживёт.