Прости, что предал (СИ)

- Пап…
Голос Феди дрожал, сделался почти плаксивым, хоть он и пытался не хныкать. Я понимал, что надо как-то его успокоить, увезти в другое место… обеспечить ему покой и лечение, а не таскать его из одного места в другое – больного и напуганного.
Но стоял истуканом за дверями квартиры, откуда меня выгнали. И осознавал весь ужас своих поступков.
- Что? – ответил сыну после паузы.
  
- Мне так плохо… Я хочу домой. К бабуле…
К бабуле. Не к маме.
Я даже успел забыть про Ольгу. Где она сейчас? Ушла ли куда-то? Хотя куда ей идти полуголой?..
Столько людей пострадали – и все по моей вине.
- Пойдём, - скомандовал сыну, направляясь к лифтам.
Тонкое хныканье донеслось вдруг откуда-то с лестницы. Приглядевшись, заметил голую спину и понял – Оля сидит на ступеньках.
- Оль, вставай, - бросил ей устало. – Едем обратно к маме.
Она обернулась ко мне. Лицо ее было покрасневшим, заплаканным. Косметика безнадёжно потекла, а короткий, тонкий хвостик из оставшихся волос выглядел жалко и неопрятно.
Я встретил её несколько лет назад. Совершенно случайно, в магазине. Столкнулся с ней тележками, она извинилась и улыбнулась, а у меня в груди что-то дрогнуло.
Было в её улыбке нечто, что напомнило мне жену. Ту, прежнюю Аню, в которую я влюбился. Ещё совсем молодую, скромную, почти неопытную…
С годами она менялась. Становилась увереннее, твёрже, независимее. Вероятно, просто она выросла над самой собой, а я - нет.
И тогда меня повлекло к Оле. Я вызвался проводить её до дома, довезти ей пакеты с продуктами…
Она жила в микрорайоне, заполненном частными домами. Одна…
И я ею увлекся. Думал, что смогу получить от неё все то, что не получал от Ани – бесконечное, слепое обожание, услужливость, раболепие…
И получил. Некоторое время мне этого даже было достаточно. Только позже я понял, что не могу заменить жену подделкой. Что именно от Ани хочу всего этого, но она не прогнется, не сдастся.
Я пытался соединить двух женщин в одну, идеальную. Но ничего не вышло.
И все же я продолжал эту связь. А чтобы приглушить угрызения совести – помог жене открыть этот её чёртов салон. О чем потом миллион раз пожалел, потому что стал ревновать ещё и к нему.
Оказалось, себя не обманешь. Однажды я почувствовал, что устал от Оли. Но она вдруг забеременела…
И я оказался в ловушке.
- Оль, встань, - попросил ещё раз, потому что любовница никак не отреагировала на мои слова, лишь жалобно шмыгала носом. – Нечего нам тут делать.
Она поднялась, чуть пошатнувшись. Зло, сквозь зубы, процедила…
- Ты что, позволишь ей одержать верх? Позволишь нас выгнать?
Я поморщился.
- Я вообще не должен был вас сюда привозить. На вот, накинь.
Я протянул ей куртку, которую прихватил, уходя.
Она не протянула руки. Вперилась в меня потемневшим от злости взглядом…
- Ненавижу её. Ненавижу! Из-за неё ты меня так и не полюбил. А я тебя люблю. Я тебе даже сына родила, хотя совсем этого не хотела!
Рука Феди в моей руке нервно дрогнула. Сын дернулся в сторону, словно хотел сбежать – куда угодно, лишь бы подальше от этого кошмара, в который я его сегодня окунул.
Теперь ещё и Оля добивала!
- Замолчи, - скомандовал хмуро. Думай, что говоришь!
- Правду!
- Иди к черту с этой правдой. Мы уезжаем. Долго ждать не буду – если тебя не будет в машине через пять минут - значит, делай, что хочешь. И иди, куда хочешь.
Я нажал на кнопку лифта. Наверно, был чересчур жесток. Ведь Оля старалась. Чтобы мне угодить – пыталась даже быть на Аню похожей…
Но сейчас меня от всего этого тошнило.
- Ты меня совсем не любишь, - отчаянно прохрипела она.
Я молча шагнул в лифт, уводя за собой сына.
 Глава 13 
Поспать удалось всего несколько часов.
Однако удивительным образом, поднявшись утром с постели, чтобы приготовить завтрак, я совсем не чувствовала себя разбитой.
Да, в душе царило опустошение, но тело жило, двигалось и делало все, что нужно.
Я не отпустила Володю и Пашу, пока не накормила их завтраком. И даже ощутила прилив неожиданного тепла, когда Паша, вставая из-за стола, сказал мне:
- Спасибо большое, тётя Аня. Было очень вкусно.
Казалось бы – такие простые слова. Но как часто мы забываем говорить их своим родным, не ценя то, что они для нас делают, а принимая все как должное?
Я и не помнила, когда мой так называемый муж последний раз сказал мне за что-то спасибо.
А вот чужая похвала вошла солнечным светом прямо в сердце.
- Мы и правда давно так вкусно не ели, - добавил Володя, поднимаясь следом за сыном. – Спасибо. И… звони, если что-то понадобится.
Он немного помедлил, будто хотел сказать что-то ещё, но в итоге не стал. Просто кивнул и, попрощавшись, пошёл с сыном на выход.
Проводив их, я вернулась на кухню к своим детям. Внимательно их оглядела – боялась, что Федя их заразил, но никаких признаков болезни, к счастью, пока не было ни у сына, ни у дочки.
Натянув улыбку, я проговорила:
- Знаете что? Прогуляем сегодня все! Отпрошу вас из садика и школы, а сама попрошу перенести моих клиентов. И пойдём… гулять! Куда угодно, куда захотим.
Лиза нервно пожевала губы.
- Мам, а папа…
Я думала, что она спросит сейчас – «папа ушёл насовсем?», но вместо этого дочь произнесла иное.
- Папа больше не вернётся? Я не хочу, чтобы он приходил. Я его ненавижу!
Я не знала, что чувствовать после этих слов. Ещё вчера и сама хотела лишить Семена родительских прав, но не сделаю ли детям этим только хуже?...
Хотя как часто женщины остаются с изменниками ради детей, думая, что так будет лучше, что детям нужна полная семья!
Нет. Детям нужен покой и счастье. А ни того, ни другого не будет там, где случилось предательство.
Так что я не собиралась любой ценой сохранить для них отца. Если ему это будет нужно – он наладит с детьми отношения. А если нет… то и нам такой папаша больше точно не нужен.
И до сведения полиции и опеки я его поведение все же доведу.
- А ты что думаешь, Дим? – спросила я сына, который лениво помешивал ложечкой горячий чай.
- Я не знаю, мам, - сказал он до боли честно. – Не знаю. Он ведь всё-таки… папа.
Папа. Всего четыре буквы в этом маленьком слове, но для многих из нас они священны, сакральны. Потому что относятся лишь к одному человеку на свете.
Как и слово мама.
И когда эти два первых, главных слова выпадают из нашей жизни – это больно.
Я прикусила губу. Не знала, что сказать, чем успокоить, но верила – справимся.
- Расскажете, что вчера произошло, пока меня не было? – попросила после паузы.
***
Лизе было скучно.
Сегодня из садика её забрала бабушка, мамина мама. Она привела её домой и оставила с Димой.
Лизе не нравилось сидеть дома с братом. Тот считал, что он уже большой и взрослый, и ему было совсем неинтересно с ней играть. Хотя он и старался.
Вздохнув, Лиза включила телевизор в поисках интересных мультиков. Ох и тяжёлая у неё жизнь – приходится развлекать себя самой!
И вдруг она услышала, как в замке поворачивается ключ. Лиза вскочила на ноги, думая, что мама вернулась домой пораньше и побежала в прихожую её встречать…
Но когда дверь открылась – в квартиру шагнул папа. А следом за ним какая-то тётенька и незнакомый мальчик.
Лиза застыла в недоумении. Папа едва на неё взглянул и сказал:
- Позови брата. Хочу вас кое с кем познакомить.
Лиза даже не подумала открыть рот. Лишь недовольно сложила на груди руки. Она ещё не знала, кого папа привёл, но ей это все уже не нравилось.
Дима появился в итоге сам. С таким же непониманием уставился на пришедших…
  
А папа сказал:
- Знакомьтесь, это тётя Оля и Федя. Федя ваш братик.
Лиза отшатнулась, не веря. Может, папа шутит? Но он даже не улыбался.
А эта тётка, сразу показавшаяся Лизе ужасно противной, наклонилась к ней, и, улыбаясь, сказала: