Мародеры

    Впрочем, на месте выяснилось, что биотехник беспокоился зря. Дверь была замаскирована, но Глеб знал, где ее искать. Едва биотехник представился системе, та без споров открыла проход. Контролер спокойно сидел в углу на своей скамеечке и даже не поднял головы, когда они вошли. Что, впрочем, и не удивительно. Его голова валялась на полу метрах в трех от тела.
    Длинная платформа была залита мягким неярким светом. На ней никого не было, но из-под нее доносилось едва слышное пыхтение.
  
    - Глеб, - тихо позвала Кира. - Верни-ка пистолет. Думаю, этот парень возражать не будет.
    Биотехник медленно кивнул, одновременно переваривая увиденное.
    - Держи. Только не пали куда попало. Мне же потом ремонтировать придется.
    - Хорошо. Да и заряды лучше экономить.
    Герман чуть слышно фыркнул. Глеб прошел по платформе. Местный коммуникатор - это уже начало входить в привычку - был уничтожен. Не расстрелян, правда, но грубо вырван и растоптан. Возможно, именно про такие пакости и говорил северянин. Глеб оглянулся по сторонам. Ни зомби, ни кого-то другого видно не было. Кира, заглянув под платформу, доложила, что там пыхтит огромный червяк. Ну, или что-то похожее на него.
    - Это оборудование, - сказал Глеб.
    - Похоже, твоя знакомая крыса спровадила нас в засаду, - проворчал Герман.
    - Засады я пока не вижу, - заступился Глеб за предводительницу никтов. - Контролера убили не меньше часа назад. Да и откуда им было знать про всё это? У них же даже собственной линии связи нет.
    - У необученных псиоников сильно развита интуиция.
    Глеб отрицательно помотал головой:
    - Нет. Это миф, за который цепляются необученные псионики. Да, вспышки бывают, они у всех бывают, но если бы это постоянно работало, уж наверное включили бы в эволюции. Интуиция тем же солдатам не помешала бы.
    Герман в ответ лишь фыркнул, и тут послышался тихий шелест. Дикарка присела, поочередно наводя пистолет на темные жерла тоннелей с обеих сторон платформы.
    - Спокойно, сейчас поедем, - сказал Глеб, хотя сам уже этого спокойствия не испытывал.
    - Тоннели затапливает! - прошептала Кира.
    - Они и должны быть затоплены, - сказал Глеб. - Разве нет?
    Он подошел к краю платформы. По гранитному полу стремительно бежал ручеек, на глазах превращаясь в небольшую речку. Спустя всего несколько минут вода достигла края платформы. Дальше не повышалась, хотя вода продолжала прибывать - течение было сильное.
    Из левого тоннеля стремительно вылетел состав: баржа толкала перед собой три длинных плота. Высокая рубка обросла биомассой, но сами палубы были чистые. Широкие лапы высунулись из-под них и крепко вцепились в края платформы, одновременно образуя мостики. В окошке появился рулевой. Равнодушно глядя куда-то вдаль, он осведомился, будет ли еще груз или только пассажиры?
    - Только мы, - сразу сориентировалась дикарка, запрыгивая на баржу.
    Пистолет она догадалась спрятать за спиной. Глеб шагнул следом и спросил, почему тоннели не были затоплены.
    - Воду спустили, - отозвался рулевой. - Потом уровень восстановился. Я прибыл строго по расписанию.
    - Ага, спасибо, - кивнул Глеб, и рулевой убрался обратно.
    Лапы выпустили платформу и волны тотчас потянули состав дальше. Позади рубки зашелестел двигатель. На этот раз Кира с еще большей неохотой рассталась с оружием, согласившись лишь с тем условием, что оно будет лежать сверху и Герман выбросит пистолет ей в руки по первому же ее требованию.
    Тем временем скорость состава стремительно нарастала, и перед ним прямо из волн поднялась синяя полусфера - призрачная, но полностью гасящая ветер. Редкие фонари на стенах стремительно пролетали мимо.
    - Глеб, - позвала Кира. - А этот Петрович - он кто?
    - Координатор ремонтной службы. Раньше сам был биотехником, а потом без ног остался. Несчастный случай, хотя, говорят, сам виноват. Новые ноги ему уже поздно отращивать, а на кресле особенно по пограничью не побегаешь, вот и руководит теперь.
    - Не было бы счастья, да несчастье помогло, - сказала Кира.
    - Да какое там счастье, - отмахнулся Глеб. - Снизу мы его своими запросами достаем, а сверху начальство долбит. После конвейера - самая неинтересная работа.
    - Значит, он не из тех, кто может остановить высшего псионика? - как обычно сразу вычленила главное Кира.
    - Не из тех, - согласился Глеб. - Зато вхож к тем, кто может. Да и вообще, когда надо, тот еще кудесник.
    - И что же он такого волшебного уже сотворил?
    Глеб задумался, припоминая, каким из фокусов координатора можно поразить дикарку. Лично его в свое время просто сразило наповал, когда Петрович подписал Глеба на информационный канал по боевым тварям.
    Тварями биотехник чуть ли не с детства бредил, а его кадавры на играх последние годы неизменно входили в число фаворитов. Однако, как водится, все интересные новинки доставались в первую голову только военным и те ревниво оберегали свои секреты от посторонних. И, тем не менее, в один воистину прекрасный день Петрович как-то походя, вывалив биотехнику очередной список заданий, подкинул к нему допуск на канал, куда имели доступ только военные биоинженеры.
    Как он выписал его, причем совершенно легально, для гражданского вита-ремонтника - ничем иным, кроме как волшебством, объяснить было невозможно. Глеб тогда, помнится, просидел на канале до глубокой ночи, получив наутро сразу два выговора: за то, что не сделал вчерашнюю работу и не выспался перед сегодняшней. А допуск так и остался, вот только Петрович строго-настрого велел им не хвастаться, потому как для каждого "охламона в цехах" даже он подобное чудо сотворить был не в силах.
    Впрочем, это чудо дипломатии было не единственным. О том, как один врач из высших лично занимался цеховой медичкой - тоже, кстати, витом - когда та новый вирус подцепила, по всему сектору трепались.
    - Связи - это хорошо, - констатировала Кира, когда Глеб ей об этом рассказал. - Ладно, пошли к нему... Мы еще не приехали?
    Глеб покачал головой. Состав остановился на очередной станции, и на передний плот забралась пара жнецов. Это были полноценные мутанты, с целым веером инструментов, вживленных в руки. Загорелые тела были прикрыты только короткими, видавшими виды, шортами.
    Жнецы тащили с собой огромный ящик, из которого торчал какой-то куст. Он потом всё дорогу шелестел листвой и даже попытался выбраться наружу, но поползновения обрести свободу были незамедлительно пресечены. Должно быть, сразу признав в девушке дикарку, жнецы держались от подозрительной парочки подальше, но когда куст был водворен на место, один вполне добродушно обратился к ней:
    - Не бойся, он не цепляется. Молодой еще.
    - Это куст? - уточнила Кира.
    - Ну да, - кивнул жнец. - Шарахающийся.
    На следующей станции состав подобрал уже дюжину рабочих. Эти были в защитных костюмах. Даже один техник затесался. Глеб его не знал, но тот, как коллега коллеге, поведал, что в городе творится что-то неладное. Количество вызовов просто зашкаливает. Про пограничных ремонтников он, увы, ничего не слышал, но будь у тех свободные руки, их бы откомандировали в город, а этого не случилось. Глеб только хмыкнул. Свободных рук в пограничье отродясь не было. На боку у техника висел переносной коммуникатор, но Глеб, подумав, решил не рисковать - пси-удар по составу на полном ходу угробил бы всех. К тому же, они и так почти уже прибыли.
    - Сходим, - сказал Глеб Кире.
  
    Состав затормозил у двойной платформы. Здесь была пересадочная станция и народу хватало. Глеб привычно проталкивался через толпу мутантов, а Кира держалась прямо за его спиной. Только что на пятки не наступала. Впрочем, все, как водится, куда-то спешили и до дикарки никому дела не было. Глеб, заметив ее состояние, взял девушку под руку.
    - Спокойно, - шепнул он. - Никто тебя не съест.