Жрец богини Лу. Дилогия (СИ)
«Прости», — прозвучал голос богини в моей голове.
Все это время она смотрела на меня широко распахнутыми глазами, и я видел в них настоящее сожаление, а ментальная связь давала понять, что богиня не лжет. Она на самом деле сожалеет о содеянном, и сильно мучилась после того, как ее гнев угас, и Лу до конца осознала, что со мной сотворила.
Напоследок, перед тем как покинуть мой разум, Лу еще раз легко коснулась моего сознания, будто подул легкий ветерок.
Когда связь оборвалась, я снова мог дышать и двигаться. Эмоции переполняли меня, и я не мог себя сдерживать. Я схватил мою богиню за плечи, уткнулся лицом в ее волосы и горько зарыдал от вновь обретенной способности чувствовать, от вновь обретенной возможности быть живым человеком.
***********
Дорогие читатели! Если вам нравится моя работа, оставьте лайк или напишите комментарий на странице книги. Ваши отзывы и оценки — лучший для меня подарок и мотивация продолжать работу.
Глава 7. Начало учебы
Я долго не мог успокоиться, но когда все же пришел в себя, ощутил крайнюю степень смущения. Все плечо и часть волос Лу была в моих слезах и соплях, что не добавляло моменту ни чести, ни мужественности.
Отлипнув от моей богини, за которую я до этого держался, словно клещ, я сел на топчан и мы начали говорить.
По тону и словам Лу было понятно, что она долго размышляла надо возможностью нашего примирения и смогла если не целиком, то весьма серьезно усмирить свою божественную гордыню. В любом случае, пока она не обрела нового истинного жреца, она оставалась в теле простого человека, пусть и наделенного недюжими магическими силами.
Я рассказал моей богине о делах в управе, о том, что обнаружил в отчетах и что планировал делать дальше. Удивительно, но вместо обычного молчания или пассивного наблюдения, Лу активно включилась в обсуждение, будто между нами рухнула какая-то стена. Возможно, наш ментальный поединок и последующая холодная война окончательно примирили ее с положением, в котором она оказалась. Может быть, повлияло что-то еще, я прикинулся умным и лишних вопросов не задавал, опасаясь спугнуть этот момент открытости.
Мои мысли о том, что я смогу как-то выкрутиться из сложившейся ситуации, Лу отмела сразу же. Я слишком глубоко залез в документы Тиббота, чтобы теперь пытаться спрятать полосатого слона посреди комнаты.
Моя богиня согласилась с тем, что вскрытую схему проворачивает далеко не один и даже не десяток человек разом, а тот, кто находится на вершине пирамиды, держит всех остальных в страхе. Возможно, даже, в животном ужасе.
Мое предложение попробовать вернуть ее на работу в качестве каллиграфа и использовать ментальную магию Лу тоже отклонила. Прошло почти три месяца, как я приступил к своим обязанностям в управе, так что переигрывать старые договоренности уже не представлялось возможным. Тем более Лу, как потенциально сильного магика, с головой выдавал цвет ее фиолетово-серых глаз, который сложно было не заметить, да и ментальное воздействие, если ждешь подвоха, можно почувствовать. Рядом же с такой, как она, виновные точно будут этот подвох ожидать.
— Значит, Антон, придется учить тебя, — просто сказала Лу, хлопнув меня по плечу.
Я сначала, было, не выкупил, о чем вообще речь, а вот когда до меня дошло, я был похож на репродукцию знаменитой картины Эдварда Мунка.
—Ч-ч-что-о-о-о-о?!?!?!
— Я, говорю, будем учить тебя ментальной магии, — повторила богиня и невинно заглянула мне в глаза.
Нет, не поймите меня неправильно, я, конечно, в глубине души, где-то ну очень глубоко, был рад освоить полузапретное в этом мире знание ментальной магии, очень полезный навык, ага. И мишень еще во всю спину повешу, чтобы наверняка.
— Моя богиня, ты уверена? Откуда у меня силы? Ты же сама говорила, что я не герой и не маг, что абсолютно… Бесполезен. В классическом понимании героя, — мысли путались, но выдать что-то членораздельное все же получилось.
В ответ Лу очень внимательно на меня посмотрела, а перед тем как начать говорить, даже взяла за руку, от чего я буквально почувствовал прокатившуюся по телу волну покоя. Хм. С каждым разом сила богини действует на меня все лучше и лучше и мне это нравилось. Так и зависимым стать недолго, учитывая достаточно интимный характер такого контакта.
— Антон. Странности я стала замечать, когда ты стал реагировать на любые мои мысли и недовольство.
— Это все ошейник, он начинал чуть давить и я…
Лу на меня шикнула, чтобы я захлопнул свою варежку и слушал старших.
— Да, ты говорил мне. В этом и была странность. Понимаешь, конструкт, который наложила на тебя Матерь и связала со мной, хоть и надежен, но достаточно прост. Он как поводок…
Лу потупилась, видимо, вспомнила мои речи о том, что я ее раб и постараюсь как можно скорее выполнить навязанный мне уговор.
— Но не более. Человек должен чувствовать рывок или сильное сжатие, а ты в какой-то момент начал даже ощущать покалывание моего раздражения, я видела это. Даже малейшие эмоции.
Я невольно потрогал шею.
— Мне приходилось очень серьезно контролировать свое раздражение и гнев, чтобы не навредить тебе, потому что ты слишком сильно отзывался на любую мою мысль, — продолжила богиня. — А потом я сорвалась.
— Ага, и чуть меня не убила.
— И чуть тебя не убила.
Она сжала мои пальцы в своей ладони.
— Как ты думаешь, Антон, почему менталисты живут либо в статусе рабов Клятвы, либо не живут вовсе? — Задала она внезапный вопрос.
Я задумался. И в самом деле. Я испытал на себе гнев весьма сильного менталиста и смог вырваться из его лап. Да, Лу не хотела меня добивать, но это было только после того, как я выпер на мороз громящую мой чердак богиню. А вот в процессе она вполне готова была меня убить. Но ведь я смог. Это значит, что менталисты не столь всемогущи, как о них принято думать. Я еще немного поразмышлял на эту тему, но ни к чему конкретному не пришел, о чем и сообщил Лу. Мол, без понятия, почему все так не любят магов разума. Может лица у них такие, людям не нравятся.
— Менталистам не дают свободу и сковывают клятвами, потому что для них ворваться в разум простого человека и подчинить его — как муху прихлопнуть. Даже самые слабые могут влиять на сознание, не говоря о чтении мыслей.
До меня стало доходить, о чем говорит моя богиня, от чего мне слегка поплохело.
— То есть, я менталист? Это как?
— Ты не менталист, во всяком случае, не был им. Я думаю, дело в ошейнике и заклинании Матери.
Она встала с постели и вытащила из моего рюкзака кинжал, который я постоянно забывал повесить на пояс, а в итоге просто плюнул и засунул в сумку. Как говорят умные люди, если не умеешь пользоваться ножом, то его отберут у тебя те, кто умеет, и пристроят тебе в печень. Ножом я пользоваться не умел, так что справедливо рассудил, что быстрые ноги в случае вооруженного нападения пригодятся мне больше, чем кусок металла.
Пока я зачарованно смотрел на бесполезный в моих руках кусок железа, который в ладони Лу смотрелся как-то хищно, богиня вернулась на кровать и одним резким движением чуть проколола себе ладонь левой руки.
В этот же момент я ощутил укол в своей, и с ужасом начал наблюдать, как из небольшого разреза на левой ладони — меньше, чем у Лу, но в том же месте — стала собираться капелька крови.
— Это … — клерийский был слишком бедным на ругательства, так что я без всяких терзаний перешел на русский, чтобы обозначить свое отношение к сложившейся ситуации.
Лу только тяжело вдохнула. Русского она не знала, но, думаю, мои интонации сказали больше слов, с чем богиня была согласна.
— Когда ты поняла? — Резко спросил я.
— Когда увидела тебя в первый раз после нашей… драки. — Помявшись, ответила Лу.
— Синяк?
— Ага.
У меня на самом деле был большой синяк на левой щеке, который достаточно долго проходил. Тогда я не придал ему большого значения, было не до этого, но сейчас я понял, что чисто технически не мог так удачно плашмя удариться щекой об пол, не сломав себе при этом пару шейных позвонков.