Прекрасная и отважная

Слова ударили Линду словно хлыстом. На глазах ее выступили жгучие слезы, и она бросилась к двери. Кэл оказался там раньше нее и загородил ей дорогу.
— Пусти меня, — задыхаясь, прошептала Линда. — Наверное, я сошла с ума. Как я могла хоть на минуту допустить, что ты изменил обо мне мнение!
По ее щекам заструились слезы. Кэл притянул ее к себе и с нежностью — или она опять ошиблась? — прижал ее голову к своей груди. Зарывшись лицом в душистые волосы Линды, он прошептал:
  
— Не плачь. Я не хотел тебя обидеть.
Как он мог так говорить? Горло Линды сдавило рыданием, и она вскинула голову.
— Не верю ни единому твоему слову. Тебе доставляет удовольствие мучить меня.
— Отнеси это за счет ревности.
— Ревности?! — Линда не верила собственным ушам.
— Странно, правда? Я никогда не жил монахом и всегда допускал, что у моей партнерши такие же права, как у меня, и у нее до меня могли быть мужчины… — Кончиком пальца он стер слезу с ее щеки. — Но ты действуешь на меня очень странно. Мне становится тошно, как подумаю, что к тебе прикасался кто-то другой, не говоря уж о моем собственном брате.
— Я никогда не спала с Ричи.
Несколько секунд Кэл не сводил глаз с ее лица.
— Повтори, — наконец резко приказал он.
— Я никогда не спала с Ричи. Максимум, что между нами было, — это пара поцелуев.
— И слава богу.
— И у меня никогда не было…
Кэл закрыл ей рот поцелуем.
— Главное, что мой брат не был твоим любовником. Остальные волнуют меня гораздо меньше.
— Но, Кэл…
Он снова поцеловал ее и, не скрывая нетерпения, подхватил на руки и отнес на кровать. Уложив Линду так, что ее волосы веером раскинулись по подушке, он вытянулся рядом. Приподнявшись на локте, Кэл принялся ласкать ее шелковистую кожу, шепча нежные слова. Он вел себя, как влюбленный, и Линда совсем успокоилась. Когда его поцелуй стал настойчивее, она с готовностью закинула ему руки на шею. Пальцы Кэла скользили по нежной коже ее бедер, губы нашли сосок, стали ласкать его сквозь тонкое кружево, и Линда задохнулась от незнакомых сладких ощущений.
— Сними сорочку, — шепнул Кэл. — Я хочу тебя видеть.
Линда приподнялась, он легко стащил с нее шелковистую ткань и снова уложил девушку на кровать, в круг желтоватого света, где ее кремовая кожа стала отливать бледным золотом. Кэл медленно скользил взглядом по ее стройному телу, и Линда услышала, как он судорожно вздохнул.
Она не сводила глаз с его лица. Густые ресницы отбрасывали полукружья теней на слегка раскрасневшиеся щеки, а взгляд ясно говорил о том, что он нашел ее более чем привлекательной.
Наверное впервые в жизни Линда радовалась тому, что красива, ибо человек, которого она полюбила, искренне восхищается ею.
Полюбила?
Линда сама испугалась своих мыслей. Свершилось чудо! Любовь, которую она уже не надеялась встретить, вихрем ворвалась в ее жизнь. Впрочем, сколько времени нужно на то, чтобы полюбить? Никто не знает, как вспыхивает эта искорка. Одни всю жизнь живут бок о бок, не зная, что такое любовь. А другим достаточно лишь мгновения, чтобы вспыхнул огонь.
Когда она впервые заглянула в серебристо-серые глаза Кэла, в ее душе зародилось сильное чувство. Линда пыталась убедить себя, что это лишь физическое притяжение, но сейчас вынуждена была признать, что это и есть любовь. И подарила любимому сияющую улыбку.
Глаза Кэла потемнели, и он осторожно приложил руку к ее щеке. Шепча что-то неразборчивое, Линда повернула голову и прижалась губами к его ладони.
Кэл что-то глухо прошептал в ответ. Она разобрала лишь, что он никогда в жизни не встречал более желанной женщины.
Однако Кэл поразительно владел собой. Его ласки были пылкими и неторопливыми. Чувственными движениями опытного любовника, знающего, как надо возбуждать женщину, он доставлял Линде истинное наслаждение.
Изнывая от счастья в уверенных руках Кэла, она откровенно восхищалась его мужской красотой и статью.
Однако какое-то шестое чувство подсказывало, что она любит вовсе не его великолепное тело, а его самого — умного, сильного… Она любила бы его не меньше, будь он вполовину не так хорош собой или просто уродлив.
Медленно, почти лениво, Кэл вел ее к той грани, за которой лежало бездумное, бешеное желание, и, только поняв, что она совсем готова, опустился между ее бедер.
Первый резкий толчок заставил Линду вскрикнуть, однако боль тут же растворилась в волне нарастающего возбуждения, завершившегося радужными сполохами экстаза.
А потом они молча лежали, медленно приходя в себя. Голова Кэла покоилась на груди Линды. Она все еще не открывала глаз, когда Кэл приподнялся и немного отодвинулся от нее. Сначала Линде показалось, что он уходит, однако в следующую минуту Кэл обнял ее и привлек к себе. Положив голову ему на плечо, наслаждаясь близостью этого необыкновенного мужчины, она поняла, что такое настоящий покой и умиротворение. Единственное, что его омрачало, — это мысль о том, сколь скоротечным будет ее счастье.
И как она могла подумать, что одной ночи в его объятиях будет достаточно? Да проживи она рядом с ним хоть всю жизнь, ее любовь будет все сильнее и сильнее.
— Ты самая поразительная женщина из всех, кого мне довелось встретить, — ворвался в мысли Линды голос Кэла. Он повернул голову, касаясь губами ее лба. — Заниматься с тобой любовью — редкое удовольствие, ты страстная и умеешь отзываться на ласки, как никто. В тебе есть все, чего только может пожелать мужчина в своей возлюбленной… Знаешь, у меня странное ощущение… словно я был у тебя первым.
— Ты и есть первый.
Линда увидела, как резко поднялась и опала грудь Кэла. Он помолчал немного и спросил:
— Но как же так? Наверняка тебе не раз это предлагали. Или ты намеренно решила оставаться девственницей?
— Да нет. Мой дед придерживался строгих моральных принципов и настойчиво учил меня уважать себя. Но, наверное, настоящая причина в том, что я еще ни разу не влюблялась… — Линда осеклась, испугавшись, что выдала себя, и поспешно добавила: — Или просто не встречала мужчины, с которым мне бы хотелось лечь в постель.
— А как же Ричи?
Ответом ему было ошеломленное молчание Линды, и он безжалостно продолжал:
— Каковы бы ни были причины, побудившие тебя обручиться с ним, а две из них были только что тобой отвергнуты, теперь ты не можешь выйти за него замуж.
— Нет…
— Я рад, что ты со мной согласна.
В голосе Кэла прозвучало удовлетворение, почти торжество, и в душу Линды закралось ужасное подозрение. Отодвинувшись от него, она села в постели и резко спросила:
— Зачем ты затащил меня в постель?
— Тебе обязательно об этом спрашивать? — Кэл тоже сел.
— Да, — коротко заявила Линда.
— Ты очень красивая женщина. — Уклончивый ответ лишь усилил страх Линды.
— Красивых женщин много, но ты же не собираешься укладывать в постель всех подряд. Или ты проделываешь это только с теми, кто помолвлен с твоим братом?
— Ах, вон оно что, — негромко сказал он. — Ты решила, что я сделал это нарочно, чтобы тебя скомпрометировать.
— А разве нет?
Господи, сделай, чтобы это было не так! — пронеслось в мозгу Линды.
— В общем, да. Но здесь было и нечто большее.
Но Линда услышала только первую часть фразы.
— Как ты мог поступить так бессовестно? — хрипло спросила она.
Губы Кэла гневно сжались.
— Я хотел тебя, а ты хотела меня. Мне показалось, что это довольно приятный способ покончить с вашей помолвкой.
— А что, если я передумаю и не стану ее разрывать?
— В таком случае я буду вынужден рассказать Ричи о сегодняшней ночи, — ледяным тоном заявил Кэл. — И даже если он по-прежнему болен тобой, то дважды подумает, прежде чем жениться на женщине, готовой в любую минуту прыгнуть в постель к его брату.
  
У Линды было такое ощущение, будто она получила пощечину. Жестокая расчетливость Кэла поразила ее в самое сердце. Из боли и гнева родилось желание отомстить, уязвить его так же больно, как он уязвил ее.