Успокой мое сердце (ЛП)

– Нет. Колтон знает о Мейсоне. Мы ничего не скрываем друг от друга.
– Колтон не возражает, что вы с Мейсоном все еще друзья?
– Колтон доверяет мне. Я также знаю, что если бы я вдруг превратился в мудака-изменника, он бы оторвал мне яйца и скормил их соседскому золотистому ретриверу.
Рэд вздрогнул.
– Ага, твой парень иногда немного пугает.
– Правда? – улыбка Эйса растянулась от уха до уха. – Боже, я люблю его. Он такой чертовски очаровательный, но стоит его разозлить, и бац - тебя уничтожают. Мы должны были быть вместе.
– Иногда я беспокоюсь о тебе.
– Я ценю твою любовь.
– Это был не комплимент.
– Серьезно? Потому что я только и слышал, как сильно ты меня любишь.
– Ты утомляешь.
Эйс рассмеялся.
– Теперь ты говоришь как Кинг.
Несмотря на обстоятельства, при которых Эйс и Колтон оказались вместе, Рэд был счастлив за Эйса. Он не шутил, когда говорил, что эти двое созданы друг для друга. Эйс мог сводить своего парня с ума, но Колтон был одним из немногих людей, которые могли с ним справиться, а Эйс был так влюблен в этого человека, что готов был сделать все, чтобы тот был счастлив. Колтон также был благодарен Эйсу за то, что тот вновь обрел способность задумываться над своими поступками, прежде чем их совершить. Не всегда, но иногда это было лучше, чем никогда.
– В какой части пляжа? – спросил Рэд.
– Поуп-роуд. Рядом с новым отелем, который они строят. Меньше отдыхающих на пляже.
Они ехали по пляжному бульвару А1А всего две минуты, а потом свернули направо на Поуп-роуд. Эйс доехал до конца песчаной дорожки, где была припаркована патрульная машина Мейсона. На пляже у кромки воды расположилась средних размеров группа людей: одни сидели на разноцветных складных шезлонгах, другие стояли под большими черными зонтами. В песок было воткнуто несколько трибун, на одних были прикреплены экраны, на других - огромные фонари. Одинокий полуобнаженный мужчина стоял на коленях на берегу, а сзади о его подтянутое тело разбивались волны. Но не чувственная фигура заставила пульс Рэда участиться, а стройный мужчина, стоящий на коленях на песке с камерой. Рэда охватил жар, за которым быстро последовал гнев. Он отстегнул ремень, затем повернулся на своем сиденье и зарычал на Эйса.
– Объясни.
– Что объяснить? Я же сказал тебе. Я привез Мейсону завтрак.
Рэд ткнул пальцем в сторону пляжа.
– Объясни это.
Эйс посмотрел вперед.
– Ну, Рассел, похоже, сейчас проходит какая-то модная съемка.
– Если ты не хочешь до конца жизни питаться только овсянкой, ты расскажешь мне, что ты сделал.
– Я? – драматично переспросил Эйс. – Ты думаешь, это я все устроил?
– Эйс, – предупредил Рэд.
– Ладно, я, возможно, спросил Колтона, не знает ли он о предстоящих местных съемках, и Колтон, возможно, упомянул или не упомянул именно эту, а я, возможно, попросил или не попросил Мейсона назначить себя на нее, – Эйс прочистил горло и встретил взгляд Рэда. – Я вмешался. Я любитель вмешиваться не в свое дело. Это Лаз.
– Да что ты.
– Я попросил Колтона узнать его расписание, сказал Мейсону, что ему нужно быть здесь, чтобы он держал меня в курсе, а потом обманул тебя. Я должен извиниться.
Рэд сузил глаза.
– Но я не собираюсь. Мне не жаль. Иди и поговори с ним.
– Лучше я тебя придушу, – прорычал Рэд.
Эйс поднял палец.
– Можешь, и я этого заслуживаю, но просто выслушай меня. Может, вместо того чтобы душить меня, ты пойдешь и поздороваешься с симпатичным парнем, который не оставил тебя в трудную минуту?
– Серьезно? Ты собираешься мучить меня чувством вины?
– Абсолютно. И что, получается?
С разочарованным рычанием Рэд толкнул дверь машины и вышел из нее. Он наклонился, чтобы посмотреть на Эйса.
– Это еще не конец.
– Как скажешь. Иди и возьми его, тигр.
Рэд хмыкнул и повернулся, чтобы уйти, но Эйс окликнул его.
– Подожди.
Боже, что теперь? Он крутанулся на пятках, его челюсть сжалась от глупой улыбки Эйса и рулона мятных конфет, который он протягивал.
Эйс пожал плечами.
  
– Никогда не знаешь.
– Ты – задница, – Рэд ушел и прошел половину пути до машины Мейсона, прежде чем повернулся и пошел обратно к Эйсу, который все еще сидел в своей машине и ухмылялся, как идиот. Он выхватил рулон мятных конфет, сунул одну в рот, затем бросил рулон обратно Эйсу и ушел, пока желание столкнуть Эйса с пирса не стало слишком сильным, чтобы его игнорировать.
Часть 2 
Он был проклят. Он должен был это сделать.
Лаз ущипнул себя за переносицу, закрыл глаза и набрался терпения. Вселенная явно была против него. День начинался так многообещающе. Погода стояла великолепная: голубое небо с идеальными белыми пушистыми облаками, жара была терпимой, а на пляже почти не было людей. Арт-директор Эстебан пришел вовремя, стилист Эмили, парикмахер и друг Лаза Фитц, а также визажист Вик. Модели были готовы без лишних хлопот и почти вовремя, что было гораздо лучше, чем обычно. Затем Эстебан улыбнулся одной из моделей, и все полетело к чертям.
Это была не дружеская улыбка. Нет, это была улыбка в стиле «не могу дождаться, когда ты вылезешь из этого мокрого Speedo [5]», которая ясно давала понять, что эти двое близко знакомы. Это не было бы проблемой, если бы две другие модели не стали свидетелями этой улыбки. Две модели, которые ранее тем же утром удостоились такого же взгляда. Черт возьми, почему они не могли удержать себя в штанах? Или в Speedo.
После того как он потратил полчаса на то, чтобы разрядить обстановку, погода также обернулась против него: подул достаточно сильный ветер, чтобы хлестать по его снаряжению. Эстебан прятался за Эмили, Фитц и Вик пытались перещеголять друг друга, а модели соревновались за звание самой большой дивы в мире. Превосходно.
– Давайте сделаем перерыв, – объявил Лаз, наконец подняв глаза и заметив, что несколько моделей жеманно улыбаются кому-то позади него. Он повернулся, и его сердце остановилось, или ему так показалось.
Господи, этот мужчина был нечто. Не та красота, которую некоторые использовали бы для описания моделей, с которыми он в настоящее время работал. Но красота иного рода, та, что охватывала мужчину как изнутри, так и снаружи.
Рассел «Рэд» МакКинли был красив, без сомнения, но именно все остальное делало его потрясающим. Да, у Рэда было невероятное тело, его мускулы бугрились и напрягались под серой футболкой, когда он шел, его широкие плечи и широкая грудь сужались к подтянутой талии. Он был сексуален как грех, но в то же время очарователен. Что-то в его проникновенных лесных глазах с опущенными веками завораживало Лаза, но именно от улыбки Рэда у него всегда перехватывало дыхание. Лазу нравилось, как она достигает его глаз, образуя маленькие складочки в уголках.
Рэд остановился перед ним, его мальчишеская ухмылка была немного застенчивой, когда он снял бейсболку и провел рукой по волосам.
– Привет.
– Привет, – Лаз не смог сдержать широкую улыбку и то, как заколотилось его сердце. Находясь так близко к Рэду, он почувствовал легкое головокружение. Ветерок взъерошил и без того растрепанные русые волосы Рэда, а солнце сделало его веснушки более заметными. Лаз хотел поцеловать каждую из них. – Что ты здесь делаешь?
Рэд указал за спину, где Эйс разговаривал с офицером Купером.
– Мейсон - мой друг. Эйс принес ему завтрак.
– Это очень мило с его стороны. Офицер Купер был очень терпелив с нами.
– Да, Мейсон - отличный парень, – Рэд снова надел бейсболку на голову и засунул руки в карманы. Нервничал ли он? Лаз определенно нервничал. – Рад тебя видеть.
– Я тоже рад тебя видеть. Как поживаешь?
– Хорошо. Нужно было не напрягаться, ничего слишком интенсивного, но в остальном я чувствую себя хорошо, – он улыбнулся Лазу, и Лаз мог бы растаять прямо на месте. Лицо Рэда покраснело, и Лаз задумался, было ли это следствием солнечного тепла на его светлой коже или чем-то другим. Он втайне надеялся, что последнее.