Успокой мое сердце (ЛП)

Руки Лаза упали по бокам, сердце опустилось к животу, кровь отхлынула от лица. Это не может быть правдой, не так ли? Когда он заговорил, его голос был почти шепотом.
– Что?
– Это мой психотерапевт, доктор Александрия Брэдбери, – Рэд вернул ему телефон. – Я позвонил ей, потому что мне нужно было ее увидеть. Мне постоянно снятся кошмары, и я просыпаюсь в холодном поту посреди ночи. Я не будил тебя, потому что боялся, что это испортит наши отношения. Я знал, что не могу продолжать скрывать это от тебя, поэтому позвонил ей. У нее был плотный график, а я должен был увидеться с ней только через две недели, поэтому я умолял ее принять меня. Из-за ПТСР мои последние отношения развалились, и я не мог допустить мысли, что это может произойти с тобой, поэтому я обратился за помощью.
– О Боже! – Лаз прижал руку ко рту, его тело непроизвольно задрожало. О Боже, он... он все проебал. Он проебал абсолютно все.
– Я не изменяю, Лаз. Если я хочу быть с кем-то, а он хочет быть со мной, то больше никого нет. Ты сказал, что считаешь меня другим. Ну, я тоже думал, что ты другой. Я понимаю, что Брайан заставил тебя пройти через это, правда, но ты должен был поговорить со мной.
Лаз тяжело сглотнул.
– И когда ты собирался рассказать мне о кошмарах или о звонке своему психотерапевту?
– Я не знаю, но сейчас это не имеет значения, потому что ты не дал мне такого шанса.
– Значит, для тебя в порядке вещей скрывать от меня? Что случилось с доверием?
– Мое решение не говорить тебе в тот момент - это не то же самое, что предположить, что мужчина в моей постели, которому я отдал свое сердце, - неверный мудак, потому что я прослушал несколько фраз одной половины телефонного разговора и получил фотографию с загадочным сообщением. Кто его прислал?
– Я не знаю. Я пытался позвонить по этому номеру, но там сказали, что он отключен.
На Лаза нахлынуло множество эмоций, самой сильной из которых был стыд. Рэд страдал, и вместо того, чтобы беспокоить Лаза, он решил обратиться за помощью, ради них, ради их отношений. В глубине души он знал, что Рэд в конце концов рассказал бы ему, а что сделал Лаз? Обвинил его в измене. Господи, да что с ним такое?
– И снова, вместо того чтобы спросить, ты поверил на слово какому-то незнакомцу и решил, что я хуже всех. Тот, кто прислал тебе это, явно надеялся заставить тебя усомниться во мне, и ты усомнился.
Лаз тяжело сглотнул.
– Ты прав. Я облажался по-крупному. Тот телефонный звонок был личным, и ты не должен был мне о нем рассказывать. У тебя должна была быть возможность сказать мне, когда ты будешь готов, а когда я получил сообщение, я должен был просто спросить тебя. Я позволил своим эмоциям и неуверенности взять верх. Мне жаль.
– Сожаление не вернет джинна в бутылку, Лаз. Ясно, что ты мне не доверяешь.
Страх охватил Лаза. О Боже, он погубил их. Это был конец. А почему бы и нет? Почему Рэд должен был простить его, зная, что Лаз не доверяет ему, зная, что Лаз думает о нем?
– Я доверяю тебе. Я просто испугался, и прости меня, пожалуйста. О чем ты думаешь?
– Я... Я не знаю, о чем я думаю. Мы должны...
Телефон Лаза зазвонил, напугав их обоих. Рэд тяжело вздохнул и отвернулся, пока Лаз смотрел на экран.
– Это Мейсон.
– Включи громкую связь.
Лаз сделал, как просили, держа телефон между ними.
– Мейсон, привет, это Лаз. Я перевел тебя на громкую связь для Рэда.
– Слава Богу. Лаз, мне нужно, чтобы ты немедленно приехал в участок.
– Что случилось?
– Мы привели Паоло на допрос, обнаружив кое-что сомнительное на его бизнес-счете, но тут появилась его жена. Очевидно, кот вылез из мешка. Каким-то образом кто-то сообщил ей, что муж ей изменяет и что его разыскивает полиция. Теперь она здесь, сходит с ума и просит тебя, говорит, что ей нужно тебя увидеть. Честно говоря, она немного...
– Эксцентрична?
Мейсон фыркнул.
– Нелепее, чем фруктовый пирог.
– Мы сейчас приедем, – сказал Рэд.
Лаз повесил трубку и даже не смог заставить себя посмотреть Рэду в глаза. Его сердце снова разрывалось от осознания того, что он натворил.
  
– Мне так жаль, Рэд, – тихо сказал он. – Ты заслуживаешь лучшего.
– Почему бы тебе не позволить мне самому решать, чего я заслуживаю, – сказал Рэд с досадой.
Усилием воли Лаз заставил себя поднять взгляд, слезы застилали глаза от боли, которую он причинил хорошему человеку.
– Мне очень жаль, Рэд. Правда. Ты был лучшим, что когда-либо случалось со мной, и мне очень жаль, что я все испортил.
Вздохнув, Рэд покачал головой. Когда он перевел взгляд на Лаза, выражение его лица смягчилось. Сердце Лаза подпрыгнуло в горле, когда Рэд протянул руку, чтобы завить пальцы вокруг волос Лаза, и его голос стал грубым от эмоций, когда он заговорил.
– Ты ничего не испортил, милый. Мы оба приняли неверные решения, и нам нужно еще долго говорить об этом и о том, почему это произошло, но ничего не испорчено. Я обещаю.
Лаз почти боялся спросить.
– Так ты остаешься?
Когда Рэд заключил Лаза в объятия, Лаз подумал, что может умереть от того, как ему хорошо. Он крепко обхватил Рэда и прижался лицом к его груди, глубоко вдыхая. Боже, как он скучал по запаху Рэда, по его объятиям, по его теплу.
– Конечно, я останусь. Ты слишком много значишь для меня, Лаз. Я не отдам тебя так просто. Мы справимся с этим, как справляемся с любыми другими трудностями, – он отстранился и поцеловал Лаза в лоб. – Нам пора идти, но мы поговорим, когда вернемся, хорошо?
Лаз кивнул, чувствуя, как тяжесть в сердце уходит. Он отстранился и кивнул.
– Спасибо. За то, что ты так добр ко мне.
– Я не идеален, Лаз. Никто из нас не идеален, – Рэд поднес руку Лаза к губам для поцелуя, когда они вместе шли по коридору. – У нас обоих есть багаж и свои демоны, с которыми мы боремся. Мы будем совершать ошибки, злиться друг на друга и спорить, но одного мы никогда не сделаем - не предадим доверие друг друга. Общение будет очень важно для нас.
– Ты прав. Я знаю, что над этим нужно работать, и обещаю, что буду.
Лаз не собирался повторять те же ошибки. Он не мог позволить своей неуверенности взять верх над собой. Он не хотел потерять такого хорошего человека, как Рэд, из-за своего прошлого.
– Я знаю, что в наших отношениях еще рано, – несколько неуверенно сказал Рэд, – но Алекса предложила, чтобы ты ходил со мной на ежемесячные сеансы. Она считает, что это может помочь нам обоим.
Лаз засиял.
– С удовольствием.
От ответной улыбки сердце Лаза заколотилось, и он понял, что принял правильное решение. Он немного нервничал из-за визита к психотерапевту, где ему, несомненно, придется говорить о своем прошлом, но если это означало, что он сможет помочь Рэду, когда у него возникнут проблемы, или если это поможет укрепить их отношения, он был рад сделать это.
Внизу Колтон и Эйс держали головы рядом и тихо переговаривались друг с другом. Когда они заметили Лаза и Рэда, оба повернулись, и их лица наполнились надеждой. Лаз был очень счастлив, что в его жизни есть такие замечательные люди. Может, они и не были кровными родственниками, но они были семьей.
– Все хорошо? – спросил Эйс, переводя взгляд с Рэда на Лаза и обратно.
– Мы работаем над этим, но да, все хорошо, – с улыбкой ответил Рэд, и от того, как он посмотрел на Лаза, у него заколотилось сердце, а в животе запорхали бабочки.
По крайней мере до тех пор, пока Рэд не сказал Эйсу, что они направляются в полицейский участок, напомнив Лазу, что Мейсон что-то нашел. Не слишком ли много надежд на то, что он наконец-то оставит все это в прошлом? Что бы ни случилось, он был не один. Они пройдут через все, что выпадет на их долю, вместе, и у них есть целая семья, которая их поддержит.
Часть 12 
Это был чертов цирк.
Вот только вместо парадных слонов и летающих по воздуху на трапециях артистов здесь были капризная фотомодель, грустный плейбой, плаксивый дизайнер и злобный детектив. Если бы здесь был Эйс, Рэд был уверен, что он обязательно придумал бы какую-то шутку. Как только Рэд и Лаз переступили порог участка и Рэд заметил Брайана в полицейском участке, он понял, что сейчас начнется настоящий ад, и не разочаровался. Боже правый, он практически слышал, как грохочут пушки в «Увертюре 1812 года» Чайковского [38], как Брайан борется с удерживающими его офицерами, как он кричит на Лаза.