Успокой мое сердце (ЛП)

– Прекрати, – заплакал Рэд. – Просто останься со мной. Пожалуйста, – Кинг закрыл глаза, его голова запрокинулась на одну сторону. – Нет, ты не умрешь, черт возьми!
– Вертолет в пути [21], – позвал Джек сквозь гром вертолета.
– Ты слышал это? Мы заберем тебя отсюда, так что не смей, блядь, умирать на моих глазах. Кинг? Кинг!
****
– Рэд, очнись!
Задыхаясь, Рэд попятился назад, пока не ударился обо что-то твердое. Его глаза привыкли к мягкому свечению вокруг, но он не мог сфокусироваться. Где, черт возьми, он находится?
– Что происходит? Кинг?
– Рэд, это я. Это Лаз.
Рэд покачал головой и крепко зажмурил глаза. Он должен был контролировать дыхание. Блядь! Почему он не может дышать? Схватив кусок рубашки над сердцем, он прижал кулак к груди, чтобы удержать сердце от взрыва. У него кружилась голова, и он пытался вынырнуть из тумана, в котором тонул.
– Кинг, где Кинг?
– Кинг? Его здесь нет.
Рэд знал этот голос, но не мог его определить. Его голова раскалывалась, в ушах звенело. Он чувствовал запах дыма, ощущал песок и грязь во рту. Так много шума, так много крови.
– Я должен его увидеть, – прошептал Рэд. – Я должен его увидеть.
Рэд закрыл уши и подтянул колени. Он закрыл глаза, боясь пошевелиться, боясь, что он все еще там, что ад еще не закончил с ним и затянет его обратно вниз.
– Держись, Рэд.
О Боже, все повторялось.
– Черт. Эйс и Колтон уже уехали. Я звоню Кингу, хорошо? Кинг? Нет, я в порядке. Рэд, он хочет тебя видеть. Думаю, ему приснился кошмар или что-то в этом роде. Он очень расстроен. О, хорошо. Я так и сделаю.
Кровать опустилась, и Рэд подскочил, когда на его плечо легла рука, но он не мог заставить себя открыть глаза.
– Рэд, это я, Лаз. Кинг уже в пути, хорошо? Это займет немного времени, но он будет здесь. С ним все в порядке.
– Мне нужно увидеть Кинга, – повторил Рэд, отстраняясь от руки, лежащей на его плече. Он закрыл глаза и сосредоточился на дыхании.
– Ладно. Хочешь поговорить об этом?
Рэд прижал ладони к глазам, чтобы сдержать слезы.
– Нет.
Он хотел бы, но не сейчас. Не раньше, чем увидит Кинга. Он знал, что должен был поговорить об этом. Избегать этого было нельзя, да он и не собирался, просто... не сейчас. Сколько времени прошло с тех пор, как он узнал о предстоящем приезде Кинга, он не знал. Казалось, прошла целая вечность, и за это время он сосредоточился на дыхании, на том, чтобы прокрутить в голове все, что произошло в тот день, и осознать потерю братьев.
Где-то зажужжал телефон, и кровать снова зашевелилась.
– Я сейчас вернусь. Это Кинг.
Рэд не ответил. Все его внимание было сосредоточено на том, чтобы не запаниковать.
– Рэд?
В спальне зажегся свет, и Рэд поднял голову, его зрение помутнело от слез. Он ненавидел, что не может сдержать рвущийся наружу всхлип. Кинг сел на край кровати и обнял Рэда.
– Я в порядке.
Рэд прижался к Кингу, уткнувшись лицом в его плечо.
– Это правда?
Кинг кивнул.
– Да, дружище. Все по-настоящему. Я здесь, и со мной все в порядке.
Облегчение разлилось по телу Рэда, и он позволил себе принять силу Кинга, позволить своему самому дорогому другу поддержать его, утешить. Когда он был готов, он отстранился.
– Прости, что побеспокоил тебя.
– Не извиняйся, – мягко сказал Кинг, прижимаясь к лицу Рэда так, что их глаза встретились. Было так приятно видеть яркость в голубых глазах Кинга, видеть его таким полным жизни. – Ты знаешь, что я всегда буду рядом с тобой.
– Я знаю.
Кинг отпустил его и терпеливо ждал.
– Я давно не вспоминал об этом дне, – тихо сказал Рэд.
Его павшие братья не выходили из головы, но прошло уже много лет с тех пор, как его так сильно мучили воспоминания. Иногда определенные звуки или текстуры вызывали у него воспоминания о службе, и не все из них были плохими. Прошли годы с тех пор, как ему снился тот день, причем так ярко. Как будто он снова был там.
– Я чувствовал, как дым душит меня, а горло пересохло от песка и грязи, – он тяжело сглотнул. Его внимание привлекло движение слева.
  
– Я должен идти, – Лаз неловко стоял в стороне.
– Ты должен остаться, – сказал Кинг, не сводя глаз с Рэда.
Как Кинг мог делать это? Как он мог передавать свои мысли одним лишь взглядом? Он знал, что Лаз значит для Рэда, и если Рэд собирался иметь какое-то будущее с Лазом, он имел право знать, даже если это отпугнет Лаза. Рэд кивнул.
– Почему бы тебе не присесть рядом с Рэдом? Если ты не против.
Лаз кивнул и быстро обошел кровать. Он забрался на нее и сел, скрестив ноги, в центре матраса, лицом к Рэду и Кингу.
Кинг снова обратил свое внимание на Рэда, его голос был тихим и успокаивающим.
– Почему бы тебе не рассказать нам.
Глубоко вдохнув, Рэд начал говорить. Он провел их через весь свой сон, начиная с момента, когда открыл глаза, и заканчивая тем, как он нашел Дьюса, Кикера и Спайдера, а затем Кинга. От осознания того, что половины его отряда больше нет, до запаха крови, горящей плоти, жара, огня, страха.
– Потом ты отключился, и я подумал, что ты.... Я подумал, что ты тоже ушел. После этого я проснулся.
Слезы катились по его щекам, и он не пытался бороться с ними. Он тяжело вздохнул, но боль в груди притупилась, превратившись в небольшую занозу. Его внимание привлекло сопение, и, оглянувшись, он увидел Лаза с руками, обхватившими колени, и раскрасневшимся лицом, который тихо плакал.
– Лаз, – Рэд не стал раздумывать. Он притянул Лаза к себе, крепко обнимая его. Он провел пальцами по волосам Лаза.
– Это я должен тебя утешать, а не наоборот, – сказал Лаз, его голос звучал глухо из-за заложенности носа.
– Я жил с этим воспоминанием очень долго. Ты впервые слышишь об этом.
– Мне так жаль, что вы их потеряли. Вас обоих. Я не могу... не могу даже представить... – Лаз отпрянул, на его лице отразился ужас. – Подожди. Это из-за того, что случилось на пляже? Это спровоцировало твой кошмар?
Рэд не собирался лгать.
– Скорее всего.
– О Боже, это моя вина, – Лаз начал отстраняться, но Рэд остановил его.
– Лаз, это не твоя вина. Когда я вернулся, мне поставили диагноз «посттравматическое стрессовое расстройство», но я долгое время проходил курс лечения ПЭТ и КПТ.
– Что это?
– Пролонгированная экспозиционная терапия и когнитивно-поведенческая терапия, – подсказал Кинг. – Это направления психотерапии, ориентированные на травму. Когда кто-то страдает от ПТСР, он, естественно, старается избегать всего, что напоминает ему о травме, но это не является долгосрочным решением. Терапия пролонгированного воздействия заставила Рэда не просто подробно рассказать о своих травмах, но и столкнуться с ними в реальных условиях.
– В реальных условиях? Ты имеешь в виду реальные жизненные ситуации? – Лаз был в ужасе.
Рэд кивнул.
– Это был постепенный, пошаговый процесс, в котором я работал над тем, чтобы противостоять ситуациям, напоминающим мне о моей травме. Все это было безопасно, и да, поначалу мне казалось, что от этого становится только хуже, но ребята помогли мне не сдаваться, и в конце концов стало лучше. Именно поэтому я могу делать то, что делаю сейчас, как Кинг, и не поддаваться влиянию.
– До сих пор. Из-за меня, из-за того, что случилось на пляже.
– Нет, не из-за тебя. Лаз, ПТСР - это не то, что просто так проходит. У всех по-разному. Симптомы разные, лечение, лекарства, реакция. Потребовались годы, но я смог вернуть контроль над своей жизнью. Всегда есть вероятность срыва, но мой кошмар не был вызван чем-то одним, это было сочетание нескольких вещей. Выстрелы, ребята, которые все были там, песок, жара, шум, кто-то, кто мне дорог, истекающий кровью... – Рэд погладил его по щеке. – Это не твоя вина. Ты понимаешь это?
Лаз кивнул.
– Тебе нужно, чтобы я остался? – спросил Кинг.
– Нет, я в порядке. Спасибо, что приехал.