Айлин (СИ)

Новый цикл….этого просто не может быть!
Чувствую как мои надежды утекают словно песок сквозь пальцы и я в режиме он лайн наблюдаю как рушатся мои надежды.
Получается я бракованная, все так, как говорила мама Егора.
Слезы непроизвольно текут по щекам.
Во мне нет ребенка! А я как последняя дура поделилась с мамой Алимой, сообщив ей накануне, что у меня задержка.
Теперь она тоже расстроиться!
Ну кто меня тянул за язык!
Что я скажу когда она будет спрашивать!?
Я хочу собрать мысли, но не могу, зажимаю ладонью рот, чтобы Егор не услышал рыдания, рвущие из груди.
Что мне теперь делать? Как найти силы признаться?
Ведь он ждет дочку, просто не говорит, но я знаю что ждет!
Стоя в душевой не понимаю сколько прошло времени. Слезы не прекращающимся потоком текут по щекам, я же смотрю на лейку, лежащую на белом покрытии ванной.
Из транса меня выводит голос мужа:
— Айлин, я тебя потерял, — отодвигаю штору, вытираю щеки, смотрю на свое отражение, глаза красные от слез.
Беру полотенце, быстро отвечаю:
— Я почти закончила, — достаю средства личной гигиены.
Во всей этой ситуации вижу только один плюс: то что новый цикл я заметила именно дома, а не в горах, где у меня не будет возможности устранить проблему быстро.
Оборачиваю полотенцем тело, пробую выдавить улыбку, но дрожащие губы выдают фальшь происходящего.
Прежде чем выйти, прислушиваюсь к шагам.
Вокруг тихо, я не могу определить где находится Егор. Хочу спрятаться от всего мира.
Открываю дверь и сразу же натыкаюсь на Егора. Он переоделся, на нем спортивный костюм и кроссовки. Он бодрый и веселый, ждет меня. Его руки за спиной, он загадочно улыбается.
Кусаю губу, стою на месте чувствую будто на ногах надеты утяжелители.
Егор подходит ближе, достает цветы.
— Красивые, спасибо, — пытаюсь улыбнуться, но кажется выходит фальшиво. В голове набатом стучит:
"Что будет как он пойдем что я не могу иметь детей?"
И следом пугающая перспектива:
«Он разведется со мной?»
Как же больно.
Чем я это заслужила?
Почему я?
— Айлин что такое? Что-то болит? — Егор считывает мое настроение сразу. Мне хочется кричать что у меня болит душа!
Подавляю порыв, отворачиваюсь, иду в комнату нахожу вазу, набираю воды и ставлю на видное место красивый букет.
Мой муж очень внимательный. Он умеет ухаживать и дарить цветы, он самый нежный ласковый и заботливый!
Я его так люблю.
Как мне жить без него?
Я умру от горя!
* * *
— Айлин как ты, не укачало? — взгляд Егора взволнованный.
Мы выехали в горы, на протяжении всего пути, я не могу выдавить из себя ни слова.
На мне легкое платье до колен, летние босоножки на плоской подошве, я рассматриваю крутые склоны и слежу за извилистой дорогой.
По факту все мои мысли о том, что во мне нет новой жизни, что я пустой и никому не нужный сосуд.
— Все в порядке, — отвечаю как можно более спокойно, стараюсь подавить панику, делаю вид, что счастлива, улыбаюсь мужу натянутой улыбкой.
Я не могу ничего с собой поделать, постоянно думаю что мне делать. Сколько бы я не пыталась переключиться, думать о чем-то другом, только зацепиться не могу ни за что.
Егор проезжая местные холмы иногда о чем-то спрашивает. Постоянно переспрашиваю. Мои мысли очень далеко.
Делая остановку на склоне горы, Егор рассматривая вершины гор, снова нарушает молчание:
— Слышал что горы в этой местности сформировались под влиянием вулканической активности, — подтверждаю его познания, добавляю:
— Все верно, каждый год плиты сдвигаются на несколько сантиметров, в результате чего часто случаются землетрясения, — отвечаю на автомате, мне кажется, что землетрясение как раз у меня внутри.
— Как я понял, ученые дают неутешительные прогнозы, горы и дальше будут меняться и расти, а значит разрушительные последствия землетрясений впереди, — мой муж видимо не плохо подготовился, иногда я думаю, что его познания значительно шире общеизвестных фактов.
— Природа очень изменчива, Айлин, этим она и интересна, — муж идет впереди, я замедляя шаг иду следом, слушая его рассуждения.
 
Мы пересекаем холмистую часть, останавливаемся, чтобы зафиксировать в памяти, смотрю по сторонам, стараюсь подавить в себе мрачные размышления.
Я выросла в этой местности, здесь все для меня родное. Мало кто понимает, что горы это целый мир. У подножья скалистой местности чувствуется бесконечность времени.
Тут все не так как в городе: здесь жизнь это единственная ценность.
Втягиваю в себя свежий воздух, любуюсь холодной, безжалостной и в тоже время необычной красотой горных пейзажей. Горы манят своим величием, вызывают восторг уверена, что у каждого кто когда-либо оказывался в этих местах.
В горах нет привычных ориентиров, как в городе, по которым мы оцениваем расстояние или размер зданий. В этих краях все иллюзорно, воздух наполнен приятной тишиной.
Но в тоже время полного безмолвия тут нет, потому что вокруг целый мир журчащих ручейков, свист ветра и крики горных птиц.
Все это создает неповторимую музыку природы.
Егор останавливается в нескольких метрах от возвышенности горы, отступает, он осторожен и закрывает меня собой, не дает подходит ближе.
Где — то отчетливо слышу грохот камнепадов. Реальность гор всегда заставляет помнить об осторожности. Я знаю это с детства, потому что перед силами стихии человек слаб.
Стою неподвижно и смотрю вдаль. Даже красота здешних мест не в состоянии сбить мое разочарование.
Егор неожиданно оказывается рядом, нависает надо мной, словно туча.
Сглатываю и отвожу взгляд. Его зеленые глаза смотрят на меня в упор с прищуром.
Он заметил. Он точно заметил.
Потому что он очень внимательный, а я дура раз думала, что смогу скрыть от него что-либо.
Вздрагиваю, когда чувствую его пальцы на щеке, он убирает очень осторожно и в то же время нежно прилипшие к щеке локоны, не отрывая взгляда смотрит в упор.
Я не успеваю смахнуть предательски возникшие слезы. Это все ветер, который поднялся неожиданно и растрепал мои локоны. Я не плачу.
— Айлин что случилось? — его голос тихий, он подходит ближе и кладет мне руки на плечи. Мотаю головой, не в силах выдавить из себя слова, ком подступает к горлу.
Я не смогу скрывать, не смогу.
Я должна ему сказать, что не могу родить ему детей, но боюсь разрыдаться. Он будет меня жалеть.
Я не забеременела сразу, значит у меня проблемы. Никому не нужны проблемные женщины. Не всегда здоровые нужны, а тут я.
А то что со мной что-то не так очевидно, была бы здоровая, то во мне был бы ребенок. Как у Алены… У нее сразу с моим братом все получилось.
Прижимаю ладони к груди, стараюсь успокоить сердце, которое колотиться от неизбежности разговора, словно сумасшедшее.
Внутри все дрожит, я не могу посмотреть ему в глаза, я не смогу сдержать слез. Пытаюсь отвлечься, рассматриваю внимательно, изображая заинтересованность, текстуру легкого платья, которое мама Алима шила мне в прошлом году.
— Малышка, ты чего расстроилась, что даже глаза на мокром месте, скажи мне что тебя беспокоит? — он тянет меня ближе, обнимает, говорит куда-то в волосы:
— Я что-то сделал не так? — чувствую себя очень уязвимой, мне нужно сказать.
Собираюсь с силами:
— Егор…, - я упираюсь ладонями ему в грудь.
Смотрю в сторону, меня больше не радуют склоны холмистой местности:
— Я не могу…, -поднимается ветер, мое платье задирается до пояса, открывая кружево нижнего белья.
Мой мужчина тут же перехватывает мою талию, опускаю юбку, я упираюсь руками ему в грудь.
Его лицо очень близко, он смотрит взволнованно.
Он такой красивый, такой сильный, он не заслуживает знать правду. Такое нельзя скрывать.
Борюсь с собой, выдавливаю:
— Я не могу иметь детей…, - он смотрит на меня удивленно.
Часто моргаю, вот я и сказала.