Босс под Новый Год (СИ)
Лариса, едва ли не бегом вернувшаяся на свое рабочее место, принимается активно клацать мышкой, торопясь отправить мне необходимые данные.
— Как это ничего не случилось?! — удивляется Светлана Евгеньевна. — Шеф вернулся!
Она произносит это с таким пиететом, будто не босс вышел на работу после отпуска, а второе пришествие случилось, не меньше!
— Это тот, который самый главный? — спрашиваю без особенного интереса.
Завадский меня заверил, что он для меня царь и бог, и даже в трудовом договоре у меня именно его подпись. И я подчиняюсь напрямую только ему. Так что я не питала иллюзий, кто здесь всем рулит. А самый главный босс — почти наверняка что-то вроде свадебного генерала. Не более.
— Да! С ним такое произошло! — Лариса сверкает из-за большого монитора круглыми от переполняющих ее эмоций глазищами.
— Представляете, он в Африку летал и попал там в переделку! — добавляет Лена, которую все называли исключительно Леночкой за ее миниатюрность и миловидность, а также добрый характер.
Светлана Евгеньевна куда более прямолинейна.
— В переделку! — Хмыкает она. — В перестрелку, ты хотела сказать? Представьте, Лин Пална, они сидели у туземцев в баобабе почти неделю и питались какими-то мерзкими жуками, пока шли разговоры о выкупе!
— Чего-о-о? — Хлопаю я глазами.
Все, что они рассказывали мне взахлеб и перебивая друг-друга, походило на бред. Ну или на сюжет низкопробного боевика о погоне, заложниках и всяком треше.
По-хорошему, конечно, стоило прервать эти сплетни и отправить всех работать, а самой поторопиться к Завадскому, но чисто женское любопытство перевешивает доводы здравого смысла.
— Ужас какой!
— Да. Он похудел, бедный. Осунулся. Василина Федоровна уже на корвалоле. Он у нас вечно, как нервничает, сильно худеет, а тут жара, еда эта ужасная… Разве что загорел.
— Бедная Василина Федоровна! — сочувствую я поварихе, находясь под сильным впечатлением. Её куда жальче какого-то там шефа.
А про себя добавляю: «Поди, чуть главного жениха всея компании не потеряла».
Кстати, а он, вообще, женат?
— Да. Мы ждем, когда она его допросит и все нам расскажет! — делится Леночка.
— Не пропускайте сегодня обед, Лин Пална, будет интересно. Я вам, кстати, все уже отправила, — добавляет Лариса и краснеет.
— Благодарю.
— Мы все тут просто в шоке, потому немного… Отвлеклись, — извиняющимся тоном добавляет Светлана Павловна.
— Причина более, чем уважительная, — утешаю я коллег и качаю головой. — Вот уж правду писал Корней Чуковский…
— «Не ходите, дети, в Африку гулять!» — заканчивает фразу Лариса.
— Точно! — Улыбаюсь я ей.
Уютный кабинет своего одела покидаю в слегка взбудораженном настроении, дав себе строгий зарок явиться к обеду в кафетерий. Очень уж интересно узнать побольше о директоре компании. Интересный, похоже, человек. Развлекаться умеет.
Совещание с Завадским — не то мероприятие, откуда можно выйти в твердом уме и светлой памяти. С загруженной головой я отправляюсь обратно к себе в кабинет, пропустив и обед, и перекус, и даже ужин. За что получаю нагоняй от Василины Федоровны. Она, демонстративно печатая шаг, проходит в кабинет и ставит поднос с горячей едой прямо на стол. Спасибо, не на проект договора.
Нет, ну точно не простая женщина. И даже ходит так, как люди в погонах. Есть что-то в них… неуловимое такое.
— Вы моя спасительница! — благодарю ее растроганно.
— Ешь, давай! Не нервируй меня. Ходите тут по офису, костьми гремите. Сил нет смотреть на изможденные лица! — ворчит заботливая бабуля.
А я задумываюсь, есть ли у нее семья? Внуки?
Аромат еды заставляет меня отвлечься от работы. Съев все до крошки, начинаю клевать носом. Права была Женька, ресурс не бесконечный, а тут еще и специфика другая, приходится больше напрягаться.
Глаза просто закрываются! Приходится ползти к кофемашине, едва волоча ноги.
Как же я сегодня устала. День выдался полный беготни и суеты. Да еще все были так взбудоражены новостями о директоре, что компания буквально на ушах стояла. Вместо рабочей атмосферы у нас царил гул. Это утомляло.
Устав от официоза, решила дать себе поблажку. Тем более, рабочий день уже окончен. Вряд ли кто-то зайдет. Прихватив рабочий ноутбук, я скинула туфли и забралась с ногами на диванчик. На письма можно отвечать и лежа.
Проснулась я в обнимку с ноутбуком. На часах было три утра. Слегка обалдев, под сочувствующим взглядом молчаливого охранника вызвала такси и отправилась домой. И впервые за все время работы приехала утром вовремя, минут за пять, а не загодя. Но в этот раз была умнее — прихватила из дома два деловых комплекта, смену белья, носки, плед, зубную щетку и пасту. Разложила-развесила все по шкафам. Все-таки лучше иногда переночевать на диванчике, чем тратить драгоценное время, катаясь туда-обратно.
Заглянув в компьютер, с удивлением обнаружила, что Завадский отменил на сегодня все совещания, да и письма перестал присылать с частотой пулемета. Так что новый день я отработала в спокойном темпе и даже на обед со всеми сходила, где наконец-таки услышала невероятную историю, случившуюся с большим боссом. Погуляв по офису, она обросла подробностями и деталями.
— Никогда не поеду в Африку! — резюмировала я, поднимаясь из-за стола.
Кажется, те крохи, что мне удалось проглотить под красочный рассказ о тяготах жизни на черном континенте, никак не желали улечься. Я пыталась себя убедить, что половина сказанного — выдумки. Плод буйной фантазии незадачливого путешественника, который просто немного приукрасил свои приключения, а офисные сплетники все это еще больше раздули. Но моему желудку и брезгливости было плевать. Особенно, когда коллеги из ай-ти отдела намеренно над нами подшучивали, описывая различный опыт поедания личинок.
Остаток дня прошел так же, как и обед, — ни так ни сяк.
Образовалось много подвисших вопросов, ответы на которые мог дать только Завадский, а тот никому не отвечал.
— Домой или поработать? — спрашиваю у своего отражения в зеркале.
Синяки под глазами, от которых меня так старалась уберечь Василина Федоровна, не намекают, кричат: «Чеши домой, Алина!»
Но проклятое чувство ответственности нудит, что я только-только устроилась на крутую работу, ради которой любая другая на что угодно пошла бы. Нужно вкалывать на благо компании, тем более, что испытательный срок никто не отменял, как и мою ипотеку. Осталось не так уж и много, но и не мало. Да и жить на что-то надо. И лучше бы жить хорошо. И родителям помогать.
Вспоминаю, что сегодня все решили свинтить с работы пораньше, все-таки старый Новый Год. Сначала думаю сделать то же самое и позвонить подруге, но вспоминаю, что Женька сегодня у Влада. У них там ресторан запланирован, и все такое.
— И что я буду делать дома? У меня даже кота нет…
Зато у меня есть пара идей, до которых не доходили руки. Вот как раз сейчас и появилось время их реализовать. Подозреваю, Завадский будет в восторге от моего предложения.
Рука сама тянется к пенке для макияжа. Раз уж все разошлись, и я осталась одна, буду работать в комфорте. Как дома.
Смываю в туалете макияж. Вернувшись в кабинет, вынимаю из волос шпильки, и закручиваю простейшую гульку. Спрятавшись за дверцей шкафа от возможной камеры — я так и не поняла, есть ли здесь оные или нет, — снимаю кружевное бра, чтобы ничего не давило и, довольная, избавляюсь от туфель и пиджака.
Забравшись с ногами в рабочее кресло, включаю ритмичную музыку и в два счета переделываю всю отложенную на потом работу, чтобы от мыслей не отвлекала. Почему-то энергии только прибавляется. Словно за день не успела растратить.
— Ладушки! Порадую в понедельник Алексея, — бормочу, открывая очередную папку и с энтузиазмом начинаю листать документы.
Это новый клиент, и по нему есть несколько предложений, но у меня есть совершенно безумная идея. Беру большой лист ватмана и начинаю набрасывать, склонившись над столом.