Внебрачный ребёнок генерального (СИ)

Но я смогла этого не сделать. Смогла сдержаться. Потому что понимаю, этим звонком дам ему лишь пустую надежду. Надежду на возможное совместное будущее. Ни к чему хорошему такой звонок не привел бы. Я бы успокоилась, а он, наоборот, нет.
Я запуталась в себе. В своих чувствах, в желаниях, в мужчинах.
Оставшись наедине с самой собой, задаюсь одним жизненно важным, как мне кажется, вопросом. Как меня угораздило в достаточно взрослом возрасте поддаться давно забытым своим же чувствам? А вот так бывает в жизни. Особенно когда видишь в глазах того самого «некогда дорогого тебе человека» ту самую искру. Тот самый огонек в глазах. Огонь желания.
Слышать от своей тайной первой любви слова, что ты красивая, что он хочет тебя поцеловать или обнять. Да, даже услышать банальные намеки на близость, пробуждают внутри меня гамму невероятных чувств. От стыда и злости до смущения и возбуждения.
А если эта любовь, он же красивый, популярный парень еще и вырос в солидного, богатого, обаятельного, и чертовски притягательного мужчину, то тут прям попадание по всем фронтам.
И да, я прекрасно осознаю, что ничего конкретного Олег мне не предлагает. Это чистое физическое влечение. Мы не знаем друг друга от слова «совсем». Даже та крупица информации, которая была мне известна в университете теперь не имеет никакого смысла.
Но все равно меня тянет к нему. Это факт.
Что дальше? Как дальше? Я понятия не имею. Может быть правда про существование у него сына отдалит нас друг от друга. А может и нет. Лотерея пятьдесят на пятьдесят. Просчитать, узнать наперед невозможно.
С таким ворохом мыслей я сражаюсь практически до пяти утра. Еле уговариваю себя поспать хотя бы оставшиеся пару часов. Ведь вставать мне уже сегодня в семь утра.
***
На ощупь нахожу звенящий возле уха будильник. Сбрасываю и дальше проваливаюсь в сон. Все равно еще темно.
Но будильник мой упрямый. Звенит и звенит.
Да, что же это такое. Я же выключила его.
С трудом открываю глаза и вижу, что это не будильник, а кто-то пытается до меня дозвониться. Но я не понимаю кто. Все расплывается. Веки самопроизвольно закрываются. Приходится по памяти провести пальцем по экрану мобильного, чтобы принять звонок.
— Алло. — хриплю я звонящему.
— Яна, где ты? Что случилось? — сквозь гул в голове слышу раздраженный голос своего начальника.
— Дома сплю. Что случилось? Зачем так рано звоните? — мой голос хрипит, пытаюсь откашляться. Горло адски болит. Кашель раздирает гортань.
— На часах уже почти десять. Ты что заболела?
— Как десять? — голос практически насовсем пропадает. Рука тянется к шее, чтобы потрогать. Точно. Лимфатические узлы на шее увеличены и придают дискомфорт. Дыхание мое затруднено. Мое тело дрожит. А лоб, наоборот, очень горячий под моей же рукой.
— У меня, кажется, температура.
Пытаюсь подняться с постели, чтобы взять градусник, но моя голова начинает кружиться, и я заваливаюсь обратно на подушки. Сил не вообще.
Олег пытается у меня что-то еще спросить, но я не могу ничего ответить. Меня просто душит кашель. Ощущение, будто я сейчас выкашляю не только свои легкие, но и вместе с ними и желудок, и почки, и печень.
В комнату входит сонный Тимур.
— Мам, ты заболела?
— Кажется, да, малыш. — собираю волю в кулак и смотрю затуманенным взглядом. Мне болеть нельзя. — Маме что-то не здоровиться, родной.
Опять душит приступ кашля.
— Теперь похоже мы с тобой оба на больничном. Можешь подождать с пол часика. Мне немного надо собраться с силами, и я приготовлю тебе твои любимые сырники.
— Мам, не надо. Я уже кашу съел. Я нашел на полке пачку овсянки. Прочитал на коробке как ее приготовить. Представляешь, стоит только залить горячей водой из чайника, чуть-чуть подождать и она готова.
— Какой ты у меня молодец, Тим. — все что я могу произнести сыну.
— Мама, может тебе чаю сделать? Я сейчас. Ты только никуда не уходи.
Да куда я уйду. У меня сил нет даже чтобы встать и дойти до ванной комнаты.
 
Спустя пять минут сын действительно приносит мне кружку горячего чая на подносе. А еще к нему же принес варенье вишневое, масло сливочное, сыр, булку, печенье и конфеты, те самые свои любимые.
— Спасибо, мой хороший.
Мне бы очень хотелось провести с сыном вместе день в кровати, смотреть мультфильмы его любимые, но понимаю, что не стоит пока ему находиться рядом со мной. Он только пошел на поправку сам. Поэтому отправляю его в свою комнату смотреть мультфильмы.
Я же решаю еще немного поспать, после горячего напитка. Болезнь отбирает все силы. Надо восстановиться. Но моему сну мешает настойчивый звонок в дверь. Тим успел позвонить бабушке что ли?
— Мам, к тебе гости. — Тим медленно открывает дверь моей спальни и позади сына я вижу взъерошенного Олега с кучей пакетов фруктов и лекарств.
— Спасибо, Тим. Дальше мы сами. — Олег жмет Тиму руку и проходит ко мне в комнату.
— Ну здравствуй пропажа. Ты почему телефон выключила?
Я выключила? В голове туман. Я помню, что звонок Олега меня разбудил. Но о чем мы говорили и где мой телефон теперь? Рыскаю руками по постели. Ищу вокруг себя. Нахожу аппарат под подушкой. Пытаюсь включить, но он не включается.
— Прости. Он похоже разрядился. — снова кашель, — Я не сильно соображаю сейчас. Голова ватная. Не знаю когда я успела так заболеть. Еще вчера все было прекрасно. Мы… — замолкаю, так как понимаю, что информация о разговоре с Андреем Титова не касается.
— Ты вызвала врача? — единственное что интересует Олега.
Отрицательно машу головой.
— Понятно, — он толи злится, толи беспокоиться. Не могу определись его эмоции.
В моей голове только одна пульсирующая мысль: Олег у меня дома. Олег у меня в квартире. Рядом с сыном. Со мной.
Он садится у моих ног на кровать. Мои руки интуитивно тянутся к волосам. Пытаюсь их расчесать или хотя бы пригладить пальцами. Страшно даже подумать, что там за гнездо кукушки образовалось за время сна.
— Женщины такие женщины. Сил нет, кашель душит, а она за прическу переживает.
Мои щеки становятся пунцовыми. Жар, кажется, становится выше. Он замечает каждую деталь во мне.
— Почему ты здесь? — сиплю я.
— Да вот, решил проверит что с моей помощницей. Которая мало того, что не явилась на работу, так еще и сбросила телефонный звонок.
— Я уволена?
— Почему такие выводы?
— Ты зол.
— Абсолютно нет. И ты не уволена. В диагнозах я, конечно, не силен, но сдается мне, что врач, которого мы сейчас вызовем, подтвердит, что ты серьезно заболела. Поэтому и не вышла на работу. Я ж не изверг или тиран какой-то, который ждет что все работники должны приползти на рабочее место в любом состоянии. Это только в идеальном мире удается сначала предупредить руководителя, что ты не выйдешь на работу, а потом заболеть. В реальности же может произойти все что угодно. Поэтому предпочитаю сначала разобраться, а потом рубить шашкой.
Упоминание про тирана вызывает во мне улыбку. Поведение Олега со мной очень контрастирует с характеристикой Самсонова на его счет.
— Я что-то смешное сказал?
— Нет.
Врач скорой помощи, увидев меня, начала было с порога возмущаться, что зачем их вызвали. Идите к своему семейному врачу и пусть он назначает лечение.
— Вы что не знаете, как пить жаропонижающие? Или не можете купить какой-нибудь препарат в аптеке для разжижения слизи и помощи в отхаркивании при кашле.
С каждым новым ее упреком, мои глаза, не смотря на тяжесть все больше округлялись и округлялись. Вот так и вызывай скорую медицинскую помощь. Окажешься еще и виноватым, из-за того, что тебе стало плохо.
 
Смотреть на этот цирк нет никакого желания. Прикрываю глаза. Немного легче от того, что яркий свет не раздражает.
Вдруг слышу, что врач замолкает и принимается делать свою непосредственную работу. Расспрашивает мои данные, симптомы болезни, меняет температуру, сатурацию, слушает легочное дыхание через стетоскоп и так далее. Интересно как ее утихомирил Олег? Одним взглядом что ли? Ведь никаких слов от него я не слышала. Или он все же что-то говорил, но я бесконечное количество раз проваливалась в дремоту?