Недосягаемые (СИ)

— Я провожу тебя, — неожиданно говорит Ян. Его голос звучит уверенно и твёрдо, только в глазах читается вопрос.
Я просто киваю. Не могу ничего произнести в эту минуту.
Попрощавшись с Люсей и Мишей, мы оказываемся на прохладной осенней улице.
Любоваться дорогой через любимый парк — оказывается это так важно. В душе ноет от приятного и одновременно тягучего чувства.
— Мы должны поговорить, — заявляет Ян, остановившись.
Приходится снова кивнуть. Я боюсь сказать хоть что-то.
Ян присаживается на лавочку, а я следую его примеру.
Интересно, можно ли считать знаком то, что это та самая лавочка, на которой я сидела в ту самую новогоднюю ночь?
— Я долго думал об этом, — признается он. — Кажется, уже глупо вычеркивать друг друга из жизни. Общие друзья — веский повод для этого шага. И не вздумай снова кивать, я хочу услышать от тебя что-то.
— Что-то, — неожиданно развеселившись, протягиваю я.
И в этот момент внутри меня будто что-то с треском ломается. Напряжение сходит на нет, а сердце начинает биться чаще.
— Ты неисправима, — его губы растягиваются в улыбке, а рука легко взъерошивает волосы.
— Я не думала, что находясь рядом с тобой смогу испытывать такую лёгкость, — неожиданно признаюсь, будто сама себе. — Мне было сложно каждый раз, до сегодняшнего дня. Кажется, я больше не живу прошлыми обидами.
— Что думаешь насчёт крестин? — внезапно спрашивает Ян, взглянув на меня серьёзно.
— Это ведь здорово, — вру, наглейшим образом. На самом деле, на душе кошки скребут. — Может, это станет началом нашей дружбы?
— Глупая, Щербакова, — сердце резко трепыхается от этой привычной и такой родной фразы. — Пойдём.
Он встает и направляется вперёд, а мне нужно ещё несколько секунд, чтобы сердце перестало отбивать этот бешеный ритм в моей грудной клетке.
— Пока, — я смущённо махаю рукой и забегаю в подъезд, как только мы добираемся до точки назначения.
Он не успевает ничего сказать. Знаю, что поступила по-детски, но что поделать. Как ни крути, воспоминания в этом городе глушат мою, выработанную годами, стойкую психику. Чувство, будто вернулась в те времена, когда Ян провожал меня, а следом случался длительный и напористый поцелуй.
— Девочка моя! — мама, хлопая в ладоши, кидается мне на шею.
Кажется, я могу привыкнуть к тому, что всё лезут обниматься. Как говорится — каждый человек нуждается в физическом прикосновении, чтобы почувствовать себя хорошо. Сегодняшних объятий хватило для того, чтобы почувствовать себя самым счастливым человеком во всей вселенной.
Здесь, дома, уже никто не сдерживает слёз, пытаясь задушить, и зацеловать друг друга. Похоже, даже папа взгрустнул: видно по его влажным глазам.
— Простите меня, — обессилено прошу, почувствовав огромную вину.
Всё-таки, и правда, глупая Щербакова.
***
Утром мы снова собраемся дома у Люськи и Миши. Варю забрали родители, когда завозили меня.
— Ну, привет, красавица, — распахивая руки, проговаривает Тим.
Не раздумывая, бросаюсь к нему. Он возмужал и стал более мускулистым, подтянутым.
— И тебе здравствуй.
Сейчас мой взгляд падает на низкую, миниатюрную девушку, которая смущённо стоит возле стены.
Её тёмные вьющиеся локоны спадают на хрупкие плечи, а яркие зелёные глаза бегают по комнате.
— Знакомьтесь! — громко восклицает Тим. — Тася, — он притягивает девушку к себе. — Моя невеста.
— Приятно, — скрыв своё поражение, я широко улыбаюсь.
— Тась, это — Лера, — он гордо произносит моё имя. — Умница, красавица, комсомолка.
— Тима много рассказывал о тебе, — она обворожительно улыбается.
— Да, — подтверждает друг. — Говорил, что вы можете поспорить кто занимает первое место по неловким ситуациям, которые случались.
Не совсем понимаю, как жизнь Тима сложилась именно так. Неужели, с Сашей всё — таки ничего не сложилось? Он ведь так любил её. Жаль, не могу спросить у него напрямую. Подставила бы Люсю, которая поведала мне его историю.
Тася мне понравилась. Добрая, бесконечно милая, напоминает ангела. То, с какой нежностью она прижимается к руке Тима, как обнимает его каждое возможное мгновение, касаясь щекой его груди… Всё кричит о том, как сильно она увязла в своей любви.
 
***
За всей суетой я совсем упускаю то, как быстро мы оказываемся в церкви. А следом и то, как проходит такой важный для меня обряд.
Теперь я стала крестной мамой Василисы. И, обещаю, что никогда не оставлю эту малышку. Кажется, вселенная даёт мне шанс наверстать упущенное время.
— Люсь, — захожу на кухню, где находится подруга, чтобы задать вопрос, который волнует меня в течение дня. — А почему крестным стал Тим?
— Ян отказался, вчера, — довольно заявляет она. — После того, как узнал о тебе.
Вот и думай теперь, как это расценивать.
— Но, как так быстро…
— Я знала, что он откажется, это было что-то вроде плана. У него есть к тебе чувства.
Как обухом по голове.
— Конечно, — я отвожу взгляд. — Скорее нежелание встречаться на всех праздниках.
После этого я мгновенно выхожу из комнаты, чтобы больше не слышать глупых предположений подруги, которые учащают стук моего сердца.
***
Дня через два мы с Люсей, наконец-то, вырываемся посидеть вместе в кафе.
— Что у вас с Алексом? — она впервые заводит разговор на эту тему.
— Мы вместе, — честно признаюсь, помешивая ложечкой свой латте.
— А Даша? — мой слух режет это имя. Становится сразу понятно, кого имеет в виду подруга.
— При чём здесь она?
— Значит, он не рассказал… — подруга виновато опускает глаза. — Лера, я не знаю всего, честно. Они должны были пожениться. Что-то вроде брака по расчёту, но я всегда видела, что между ними есть чувства. А потом узнала, что ты у него живёшь.
Это предельно точно объясняло странное поведение Даши. Почему же Алекс сам мне ничего не рассказал?
— Я не знала, — честно признаюсь, не зная, как реагировать на эту информацию. — Но решу этот вопрос с ним.
— Договорились, — она улыбается, принимаясь за поедание третьего круассана. — А с Яном у вас что?
— Он встречается с моей подругой, — Люся ошарашенно смотрит на меня.
Приходится, наконец-то, поведать ей всю историю моей жизни после переезда.
— Санта — Барбара, какая-то, — она выглядит озадачено, настолько, что даже отодвигает от себя следующее пирожное. — Все ваши взгляды. Я думала, что у вас налаживается всё.
В этом Люся права. Мы с Яном спокойно общались и даже шутили друг с другом в компании друзей. Оказывает, мне не хватало его не только как возлюбленного, но и как друга. Только вот внутри в эти моменты всё быстрее и быстрее билось сердце. Крайне сильно я боялась оставаться с ним наедине.
— Тебе показалось, — приходится неискренне улыбнуться. — Я ведь с Алексом, а Ян с Дианой.
Это предложение, как мантру, я повторяю про себя уже четвёртый день.
Всё начало меняться, а я быстро привыкла к присутствию Яна в моей жизни.
***
— Ты до сих пор носишь это кольцо, — прогуливаясь вечером, мы каким-то образом забрели на обрыв.
Точнее, Ян снова решил проводить меня, из-за того, что мы допоздна засиделись у друзей.
Смотрю на упомянутый предмет, облокачиваясь спиной о кору дуба.
Это первый вопрос, который нарушает наши границы.
— Мне оно нравится, — честно признаюсь.
— Я рад.
Повисает неловкое молчание.
— Прости, что уехал тогда, — говорит он, спустя пару минут. Мне становится тяжело дышать. Боялась этого разговора каждый день, с того момента, как мы снова начали общаться. — Мне тогда предложили открыть бизнес, над которым работал много лет. Всё-таки, преподавание — не моё. Ты меня взбесила своим поведением, и решение пришло само собой. Ты всегда верила кому-то другому, а меня отказывалась даже выслушать.
Мне кажется, что всё это лишь сон. Чтобы Ян Макаров завёл тему о своих личных переживаниях, серьёзно?!