Одиссея для незамужней (СИ)

— П-ха! — вырывается у меня. — Кха-ха-ха… 
— Это мы уже поняли, — напряженно продолжает Астер. — Я отец обоих, вы это хотите сказать? 
Та смотрит в планшет и удивляется сама. 
— О, простите, сейчас вижу, что нет. Дело в том, что это очень редкая ситуация. 
— Я же говорил! — раздается удовлетворенный возглас Ивлина в создавшейся возне. 
— Поздравляем обоих спутников Лиры Сайерс! — торжественно говорит женщина. — Такой день!
Отвожу взгляд и думаю о том, что детей всего двое. Это приемлемый вариант. Когда Ивлин заговорил о стае, я почему-то представила себе пополнение из пяти-шести. А так все выглядит вполне по-человечески. 
— Ну мы поедем. — Приподнимаюсь. 
— Нет. — Мужчины почти синхронно кладут мне свои ладони на плечи. 
— А как же миграция? — поясняет Астер. 
— Миграция? — Непонимающе смотрю на него. 
— На основании этих документов господину Ивлину будет разрешено претендовать на место вашего мужа и гражданство Альтерры. 
Оборачиваюсь к оборотню и вижу, как он удовлетворенно прикрывает веки. Следом мне становится понятен план моих мужчин. Выходит, они с самого начала на это рассчитывали! Так ведь и разозлиться я тоже не могу. Не могу обвинить Астера в том, что он что-то сделал не так. Если бы мой муж поступил иначе после всего, я бы и сама его не поняла. 
В тот же миг Ивлин опускается на одно колено рядом со мной, целует руку и проговаривает:
— Согласна ли ты стать моей женой?
Если бы у этой сцены не было бы свидетелей, не думаю, что нужно было бы спрашивать. 
— Согласна. 
— Что ж. — Поднимается со своего места Астер. — Тогда осталось отправить восвояси межгалактических ловцов. 
Награждаю его вопросительным взглядом. 
— Альтерре безразлично, кто составляет счастье женщины. Главное, чтобы пара была создана по взаимному согласию и у нее могли появиться дети. Это древний закон. 
Ивлин подает мне руку, помогая встать с кресла. 
— Вот теперь можем и идти. 
Сказав это, оборотень подхватывает меня на руки. 
Обвиваю его шею, понимая, что это наверняка очередная традиция. Будущий муж должен куда-то оттаранить свою жену, иначе… а что будет иначе, я, по правде, не хочу знать. 
— А как же твоя компания? Ты ведь не потеряешь права на нее вместе со статусом?
Ивлин скалится, а потом отводит глаза. Вместо него мне все объясняет Астер. 
— Флит уже однажды доверился неправильной девушке.
— Правда? — Прижимаюсь крепче к груди оборотня. 
— Да, — шипит Флит. — Я очень пожалел, что не умел тогда мысли читать. Именно Рея передала информацию обо мне в центр по контролю за перемещениями неразумных рас. Не знаю, зачем она это сделала, — выплевывает он. 
— Она же… — произношу.
— Ни слова о ней, — говорит Ивлин. — Это закрытая страница. Рее явно приглянулись мои деньги, и обратно она их не вернет. Ты же не против нищего избранника. 
— П-ха! — выдыхаю я, чувствуя, что у меня камень только что свалился с души. 
Понимаю, выйти замуж за героя федерации, но подрезать себе главу межгалактической корпорации — это было бы уже слишком, к тому же я понимаю, что дела моих мужчин начали бы рвать нашу семью на куски. А теперь, учитывая то, что я еще и беременна…
— Конечно нет! — заявляю я, болтая в воздухе ногами. — Но, конечно, если тебя это не смущает.
— Нет. — Хитро щурится Ивлин и, бросая взгляд на Астера, я понимаю, что эти двое опять что-то задумали. 
— Кстати, меня уволили из звездного флота, как только я оказался в тюрьме, — говорит мой муж. 
— О не-е-ет, — произношу я, хотя я, конечно же, рада. 
Мы с Астером только поженились. Как бы чувствовала себя я, если бы федерация приказала ему срочно отбыть на дальние рубежи?
— Я надеюсь, ты не слишком огорчен? — спрашиваю у мужа.
Ивлин неприлично хрюкает. Черт, ведь он же читает мои мысли. Как неудобно! Ну и ладно. Пусть знает, что я неидеальная. 
— Главное, что ты хочешь быть с нами так же, как и мы с тобой. — Чмокает меня в щеку полуволк. — За Астера не беспокойся. Я уже кое-что придумал.
Приподнимаю голову.
 
— Что?
— Он — превосходный пилот, я — изобретатель. У него — деньги, у меня — голова. — С этими словами Ивлин выносит меня в коридор. — Я давно хотел заняться разработкой картов.
— О, неужели это те самые ужасные средства для гиперскоростных гонок? 
Новейшее небезопасное разрешение.
— Я знаю, как сделать механизм, который поставит рекорд в соревнованиях! — Явно зажигается Ивлин. — И у меня есть гениальный пилот. Ты же не будешь против нашего общего хобби?
Я не знаю, что сказать. Это опасно. Я не могу не бояться. 
Ивлин перехватывает меня покрепче.
— О, не бойся, — говорит он. — Я возьмусь за это, когда сооружу на Альтерре передовую систему доставки и наши дети подрастут. 
— Планета будет рада принять у себя передового изобретателя. — Улыбается Астер. — Даже несмотря на козни моей двоюродной сестры. Ну а тебя ждет место советницы, как новой главы рода Эветт. Но мы оба с Ивлином понимаем, что сейчас тебе может быть сложно, поэтому я предложил место твоего секретаря Дораксу. 
Протягиваю руки к мужу и обнимаю его за шею. 
Доракс — это идеально! И вообще все сложилось, как мне кажется, лучше некуда. Даже беременность перестает пугать. 
Так Ивлин выносит меня из здания, на ступенях которого уже собрались журналисты. И следом наше изображение попадает в прессу: я на руках у огромного оборотня в больничном халатике, одна нога у меня босая, потому что с нее только что упал тапок. Растрепанный Астер. И целая артель межгалактических ловцов на задним плане. 
Именно этот снимок с подписью «Космическое благословение Альтерры» вечером этого счастливого дня Ивлин помещает в банк семейных воспоминаний. 
— Не думала, что ты такой сентиментальный, — замечаю ему, заглянув через плечо.
— Ну, знаешь ли, — между делом замечает тот, развалившись на шикарном диване в фамильном особняке Эветтов. — Я бы сказал, это нормально для того, кто потерял семью и всю жизнь тосковал по ней. 
Присаживаюсь рядом и смотрю на только что созданный Ивлином банк. 
— И сейчас скучаешь? — Легонько касаюсь его бедра. 
Флит поводит головой. 
— Гуманоиды — существа такие… мы хорошо адаптируемся. Но запоминаем травматичный опыт надолго. Я делаю это для детей…
Я вдруг понимаю то, что он не успевает договорить. Может быть, срабатывает наша связь. Если он вдруг исчезнет, дети будут знать, что он думал и чувствовал. Что он думал о них. 
— Я тебя никогда не брошу. — Нахожу его пальцы и сжимаю. 
Ивлин улыбается и неожиданно становится веселым.
— И тут гораздо лучше, чем в волчьей берлоге. — С этими словами он чмокает меня в щеку. — Разве я мог рассчитывать на такое чудо: я отжал фамильный особняк у человека со звезд…
В это время в комнату входит Астер. Оборачиваюсь к нему.
— Ну а ты… скучаешь по родителям?
Астер активирует защитный периметр дома.
— Ничуть. Нет, — коротко отзывается он и присаживается на кресло напротив нашего общего с Ивлином дивана. — У меня была отвратительная семья. Ни грамма любви и доверия. — Его глаза блестят холодным пламенем. — Каждый норовил нанести другому удар. Мы держались единым кланом только оттого, что нам угрожали другие. Я выдохнул с облегчением, когда улетел.
От этих слов даже Ивлин откладывает свое занятие. 
— Но ты другая, — произносит Астер. — И я уверен, ты сумеешь все изменить. Мы сумеем. Будем держаться вместе, но не из-за того что ненавидим других, а потому что любим друг друга. Ложитесь спать. — Улыбается он наконец. — Завтра непростой день.
***
Я поняла, что устроилась на Альтерре, когда сообщила об этом родителям. Конечно же, мне пришлось еще много чего объяснять. Например, откуда у меня двое супругов и статус представительницы дома Эветт. 
Да, с этим тоже было непросто. Послы явились ко мне на следующий же день после нашего заселения в особняк Астера, который, к моей огромной радости, больше не являлся штаб-квартирой партии мужчин.