Бескрылая птица (СИ)

— Что ж, все в разы лучше, чем мисс Коуэлл, — со смехом сказала на это Вивиан. — И все же, какой огромный и красивый дом у моей тетушки!
Этот комплимент был искренним: трехэтажный, каменный дом представлял собой настоящий средневековый замок, но был полон света. Леди Крэнфорд любила дневной свет, поэтому тяжелые зеленые шторы, сшитые из настоящего бархата, спускались на большие, с чистейшими стеклами окна лишь, когда на город опускался ночной мрак. Полы и лестницы из белого мрамора блестели чистотой (хозяйка дома требовала мыть и начищать их каждый день). Ковры отсутствовали, зато на стенах красовались прекрасные картины: оригиналы и копии известных художников. Через каждые двадцать шагов располагались белые мраморные скульптуры — копии работ именитых скульпторов. Леди Крэнфорд любила искусство и тратила на приобретение картин и скульптур огромные средства. После смерти своего супруга, который скончался от чахотки десять лет назад, она преобразила некогда темный и мрачный дом во вместилище света и искусства. Каждая вещица, каждая завитушка на резном потолке, каждая ваза с цветами — все было продумано до мелочей. И все же, этот светлый красивый дом дышал каким-то мертвым холодом, казался нежилым.
Увы, большая комната для гостей не отличалась от других комнат дома и тоже представляла собой нечто холодное, элегантное, светлое. Однако мраморный пол здесь покрывал толстый красный ковер, по которому приятно было ступать босыми ногами, что очень обрадовало Вивиан. Большая мягкая кровать с шелковыми простынями, белый туалетный столик, белый комод, белые стены и потолок. Но у одного из окон все же располагались мягкая, обитая алым бархатом софа и два таких же стула, а рядом с другим окном стояли светлый резной туалетный столик и мягкий пуф. В центре этой алой группы стоял резной белый столик, на котором стояла прелестная, серебряная, но совершенно пустая ваза.
— Здесь так холодно… И ни одного цветка! — тихо сказала Вивиан, зайдя в свои покои и оглядываясь по сторонам.
Джейн бесшумно шла за ней и не спускала с нее глаз.
— О, это моя вина, мисс Коуэлл… — начала, было, она.
— Мисс Вивиан, — спокойным тоном поправила ее гостья.
— Мисс Вивиан, — послушно повторила Джейн и виновато продолжила: — Леди Крэнфорд приказала собрать для вас красивый букет, но я не успела… Я могу сделать это сейчас! Я соберу для вас самый красивый букет в мире!
Джейн была готова сделать что угодно, лишь бы порадовать свою новую мисс: Вивиан выглядела несколько расстроенной и зябко обнимала себя за плечи, хотя за окном стоял солнечный июньский день.
— Здесь есть сад? — Вивиан приподняла свои изящные брови.
— Конечно, мисс! Самый большой и красивый во всем Лондоне! Наша мэм любит цветы и всяческие растения, — улыбнулась ей Джейн.
— Прекрасно! — Вивиан широко улыбнулась и хлопнула в ладоши. — Пойдем вместе! Я сама соберу букет, а заодно полюбуюсь стараниями моей тетушки.
И девушки со смехом вышли из холодной белой комнаты и почти бегом направились в сад.
Джейн не преувеличивала, когда сказала, что саду леди Крэнфорд нет равных даже в таком огромном городе, как Лондон: он был прекрасен, богат растениями и цветами, и пах летом. Цветы сияли всеми цветами радуги, а также нежными оттенками каждого из семи, и их разнообразие радовало глаза и сердца любителей даров природы. Толстые смешные шмели летали с одного цветка на другой, иногда прогоняя севшие на широко раскрытые бутоны бабочек. Широкие ухоженные дорожки были вымощены большими плоскими каменными плитами — одно удовольствие шагать по ним и наслаждаться окружающей красотой. Посреди сада синело небольшое озеро, с чистой холодной водой. Рядом с ним стоял небольшой деревянный домик, в котором обитало семейство двух белоснежных лебедей с пятью серыми птенцами. Недалеко от озера располагалась красивая деревянная беседка, в которой леди Крэнфорд и ее сын пили утренний чай в погожие теплые дни. Повсюду белели мраморные статуи полуобнаженных дев, а посреди сада звонкими струями играл небольшой круглый каменный фонтан, в котором часто можно было заметить купающихся и пьющих воду птиц.
 
— Какая красота! — с искренним восторгом воскликнула Вивиан: она никогда в жизни не видела такого количества цветов, а многие из них даже были незнакомы ее скромным познаниям в ботанике.
Джейн широко улыбалась: как приятно видеть эту красивую мисс счастливой!
— Джейн, вот ты где! — вдруг раздался громкий женский возглас, и, обернувшись девушки увидели приближающуюся к ним молодую горничную.
— Это Эмили, она тоже горничная, — поспешила пояснить Джейн гостье.
— И много у моей тетушки слуг? — поинтересовалась Вивиан.
— Много, мисс Вивиан. Такой большой дом, а еще сад и парк требует много рабочих рук. — Джейн терпеливо стояла на месте и ждала, когда Эмили, идущая быстрым нервным шагом, дойдет до нее и скажет, что ей понадобилось от нее, Джейн.
— Джейн! Мистер Браун ворчит и ищет тебя повсюду! — слегка запыхавшись, сказала Эмили, а затем присела перед Вивиан в глубоком книксене: — Добрый день, мисс!
— Прекрасный день! — дружелюбно отозвалась Вивиан, чувствуя на себе пристальный, полный любопытства взгляд Эмили. Она прекрасно понимала, какое впечатление производила ее ангельская внешность на окружающих и просто прохожих, и вовсе не чувствовала неловкости от такого настойчивого внимания горничной.
«Пусть восхищается. Прислуга любит красивых господ» — равнодушно подумала гостья и нарочно изогнула свои красные пухлые губы в самой очаровательной улыбке.
— Как жаль, что ты не можешь составить мне компанию, Джейн, — обратилась она к девушке. — Но, уверена, мистер Браун… Кто такой этот мистер Браун?
— Дворецкий, мисс! — с готовностью ответила Эмили, опередив подругу, уже открывшую рот для ответа.
Джейн кинула на Эмили недовольный взгляд: познакомившись с мисс Вивиан всего пятнадцать минут назад, она уже ревновала ее внимание к другим слугам.
— Не заставляй мистера Брауна ждать. Возвращайся ко мне, как будешь свободна. Я пока прогуляюсь по этому волшебному саду и соберу себе букет, — сказала Вивиан, снимая с рук свои белые перчатки.
Горничные сделали книксен и поспешили в дом, а Вивиан медленным шагом продолжила прогулку по саду своей тетушки. Шагая по каменным дорожкам, в море цветов, Вивиан усердно размышляла.
«Новый граф Крэнфорд уже не свободен! Тетушка Беатрис с таким довольным лицом поведала о его семье! Женат! Трое детей! Пожалуй, нам нужно придумать новый план и найти новую цель. Мой кузен Энтони очень хорош собой, но, увы, он всего лишь младший сын. — Мысли вились в ее огненноволосой голове со скоростью света. Она машинально, но аккуратно срывала самые красивые, самые яркие цветы и складывала их в букет. — Нужно будет написать им. Они расстроится… Ничего, Лондон богат женихами, да и сезон только начался… Но, Боже правый, какая жара! Только бы не сгореть на солнце!»
Вивиан смахнула пальцами несколько капель пота, покрывающих ее высокий белый лоб. Она не зря беспокоилась: как и у всех рыжеволосых персон, при малейшем контакте с солнечными лучами, ее нежная кожа краснела, а иногда даже покрывалась волдырями. А ведь ей следовало всегда оставаться ослепительной, потому что Вивиан знала горькую истину: если ты беден, красота — единственное твое богатство.
— Не забывайте надевать шляпку, милая кузина. В такую жару, на солнце, без шляпки, вам может сделаться дурно. — Вдруг услышала она за спиной голос своего кузена.
— Увы, моя любимая шляпка пропала: ее сдуло ветром, когда я любовалась видом моря, — с легкой досадой на свою неловкость, ответила на это девушка. Она не стала оборачиваться к Энтони: он мало интересовал ее, и как мужчина, и как потенциальный жених. Ей незачем было пускать в ход свои чары.
 
— Должно быть, это большая утрата. Вы, девушки, всегда принимаете близко к сердцу потерю даже легко заменимых вещей, — улыбнулся Энтони. Он поравнялся с кузиной и теперь мог любоваться профилем ее лица.