Восход созидателя. Каратель. Часть 2 (СИ)

— Юлия Александровна у Вас есть магические способности? — спросила Венера у девушки, которая пребывала в смятении от результатов перемен в своей жизни, происходящих с головокружительной скоростью.
— Прошу простить меня, Адам Константинович, я немного слукавила тогда, чтобы Вы взяли меня с собой. Я не провидица, просто иногда делала туманные заявления, которые иногда попадали в яблочко. Вот и заработала репутацию, которая помогала мне выжить в Сахаре.
— Не волнуйтесь Юлия Александровна, я прекрасно знал, что Вы блефуете. Не бывает на свете пророков. Я взял Вас за выдающиеся задатки и Ваша задача постараться доказать, что я не ошибся в Вас. Но больше никогда не пытайтесь ввести меня в заблуждение!
— Никогда, Адам Константинович!
— Юлия Александровна, а можете продемонстрировать нам, как Вы пророчествовали на прежнем месте, попросила неожиданно Венера.
— Конечно, Венера Христофоровна. Вот к примеру… Адам Константинович и Вы. Вижу Солнце. Вас с Адамом Константиновичем прямо в его центре. От Вас обоих исходит ослепительный свет. И Вы оба взрослые а рядом с Вами два мальчика, тоже сияют как Солнце. Вы как боги. Потом Адам Константинович погружается в чёрную бездну, и страдает от того что потерял Вас. А вскоре находит Вас снова. Только Вы оба молодые и слабые, — закончила говорить Ласка, и легкомысленно добавила, — Примерно так я и спасалась, главное напустить побольше тумана и неопределённости. Простите ещё раз, Адам Константинович.
— Спасибо, Юлия Александровна, подождите где-нибудь Павла Анисимовича и Павла Борисовича. Ступайте.
Она ушла, а мы с Венерой сидели не поворачиваясь друг к другу. Наконец мы решились и посмотрели друг другу в глаза. Венера подняла лист бумаги, который она разрисовывала все это время. Я взял обеими руками рисунок, с которого на меня смотрели мы с Венерой.
Оба взрослые, а между нами, держа нас за руки, стояли наши сыновья. Мы источали свет, также как и Солнце за нашими спинами.
-
  
Глава 19 Дела 2
 
Оба сына смотрели на меня, словно спрашивая: «Папа, куда ты ушел?»
Я не мог оторвать глаз от картины, нарисованной Венерой цветными карандашами. Наша семья в полном составе. Подруга с изумительной точностью и реалистичностью смогла переложить на бумагу наши характеры. Чем больше я всматривался в родные лица, тем больше находил знакомые черты, тем больше проступала суть каждого из нас.
Я на пике могущества. Как девушка смогла на обычном листе бумаги отобразить невероятное могущество, в сравнении с которым архимаги и фентезийные божества являются начинающими учиться дошколятами. Невероятным образом она переложила на плоский кусок прессованного целлюлозного волокна сущность, что могла при желании распылять планеты и собирать их из космической пыли. Более того, созидать на них природу. Правда, я никогда не создавал животных. Только растения и микроорганизмы. Меня всегда удерживало чувство, что я вторгнусь в запретную область. Как возникла Наша Вселенная никто и никогда не узнает. И даже я, считавший себя Созидателем, никогда, даже в мыслях не претендовал на роль Создателя. Это для Симоны и ее товарищей, был таковым. Но у той Вселенной был свой Творец, так же как и, наверное, есть и у этой. И все это моя подруга смогла передать с помощью бумаги и нескольких карандашей.
Вот сама мать моих детей. Та, которая шагнула вслед за мной в звездную пучину. Она значительно старше моей здешней подруги. Мягкая красота. Мудрость, которая есть уже сейчас даже у местной Венеры. Материнская любовь. И та же всесокрушающая мощь Солнца, но не холодная и бушующая как звездная плазма в ядре звезды у меня, а спокойная и умиротворяющая.
Наши сыновья. Старший Александр. Сейчас я его ровесник. Младший Урал. В его возрасте я попал в этот мир.
Как точно она передала их характеры. Легкий и стремительный Александр и основательный Урал. С такими родителями как мы им пришлось нелегко. Каждый из них смог сродниться со своей звездой, с нашей, конечно, помощью. Александр слился с Сириусом, а Урал с Вегой. Звездная семья, так называли нас рассы. Потом появились другие наши последователи из расского народа, окончательно превратив человечество в космическую расу. Правда восемь миллиардов людей даже не догадывалось, что над их головами распростёрся надёжный космический щит, оберегающий все живое. Из гонимого народа-изгоя мы превратились в защитников планеты, оберегая ее и давая людям возможность расти и развиваться самим, и не вмешиваясь в их дела.
 
Я вглядывался в лица своих сыновей. Как точно Венера отразила взгляд широко открытых глаз старшего, и хитринку во взоре младшего. Поджатые губы Урала, который очередной раз выслушал от родителей нотацию о том, что обладая колоссальной мощью надо быть более ответственным. Слишком рано они обрели могущество, но так было нужно для выживания человечества, когда мы столкнулись с очередными агрессорами. Космос оказался очень оживленным местом, где нам не всегда были рады, хотя мы, ввиду нашей малочисленности никуда не лезли, за исключением чисто исследовательских мероприятий. Наша кровь и наша помощь позволила получит в распоряжение рассов мощь еще двух звезд. Но за это пришлось расплатиться детством наших сыновей.
Я прикоснулся пальцами к их лицам. Как у них дела, что они в данный момент делают. Я уверен, что у них и у Венеры все хорошо. Жаль, что нельзя передать им весточку о том, что у их папы все хорошо.
Из глаз порывались пойти слезы. Но с моей способностью управлять организмом это было исключено. И все же на душе было такое настолько муторно, что я помню я о том, как чутко воспринимает мои чувства подруга, и какую боль ей доставляют мои страдания, огородил их железной стеной.
Напряжение внутри сильно нарастало. Я не заметил, как вокруг моего лица в районе глаз конденсируются и висят в воздухе капельки воды.
Только когда моя спутница взяла мою левую руку обоими руками и поднесла вначале к губам, а потом приложила ее к своему лбу, я увидел эти капли, которые тут же рухнули на стол.
Венера убрала руку со лба, на не отпускала мою кисть держа ее по прежнему в своих ладонях. Мы так просидели достаточно долго.
В разных углах оживленно обсуждали детали моих поручений вызванные мною люди, а мы также молча сидели за столом.
— Адам, ты жив, — сказала моя суженая, вновь поднося мою руку к своим губам.
Я благодарно кивнул головой, взял ручку и, написав имена наших сыновей, передал картину обратно Венере.
Она внимательно всматривалась в лица, нарисованные ей по наитию, и открывала для себя ее заново, словно не она это создала. Один из триллионов триллионов возможных путей, одна из вероятных Вселенных, в которых возможно есть своя Венера и свой Адам.
Старшая Венера, всегда была мудрой и здешняя ничем не отличалась от неё. Кроме загадочных слов о том, что Адам жив, она не произнесла больше ни слова и я был ей за это бесконечно благодарен. Что она имела ввиду? Возможно я не сгинул безвозвратно в бездне Аттрактора, и сюда попала моя копия. Однако, скорее всего мы поменялись со здешним Адамом местами. Но, в любом случае, я рад, что мои родные не потеряли меня, также как не потеряли своего Адама и мои близкие в этой Вселенной. Наоборот, мы оба получили возможность увидеть новые грани жизни. И Венера, сумевшая преодолеть пропасть между двумя Вселенными будет хранить молчание, также как и я. И эта недосказанность будет только укреплять нашу жизнь. Не всегда голая правда идет во благо. Когда-нибудь наши знания объединятся в единое целое, но сейчас, эта мудрая девчонка поступала единственно правильным образом.
— Ты прав, у девушки несомненно масса талантов, — нарушила молчание Тамбовцева, — но о некоторых ей знать не обязательно, для ее же спокойствия.
— Да, тем более она считает его обычной болтовней.
К этому времени разговоры в противоположных концах зала начали стихать, похоже все вопросы обсудили и сейчас начнут разбегаться.
Так оно и произошло. Первым вернулся Анисимов.