Сапфир

Сапфир потянулась к погруженному в раздумья Грониделу и накрыла его кисть своей.
– Установи щит тишины, пожалуйста, – попросила принцесса.
Гронидел щелкнул пальцами и выполнил просьбу, после чего повернулся к ней лицом.
– Мне снятся кошмары, – призналась она. – Каждую ночь я вижу себя стоящей перед полчищем щелкозубов, которые несутся ко мне с разных сторон. Есть только я, Огневержец, – она подняла руку и погладила пальцами рукоять меча, торчащую из-за спины, – и ожидание неминуемой смерти. Это пугает, но я понимаю, что начинаю привыкать и к этому сну, и к осознанию того, что меня не станет.
– А где в твоем сне я? – спросил ее Гронидел.
– В нем ты давно мертв, – ответила она и отвернулась.
На глазах проступили слезы, и она заморгала, чтобы избавиться от них. Гронидел сделал шаг и оказался непозволительно близко от нее. Он прижал ладонь к ее пояснице и прошептал на ухо:
– Это может быть всего лишь сон, а не предсказание будущего. Когда ты стала видеть этот кошмар?
– После нападения щелкозубов на замок Света.
– Это многое объясняет, – прошептал он. – После пришествия богов мне долго снились тела отца и братьев, обмотанные белыми саванами. И мы с Марком, стоящие у их общего погребального костра. Не могу сказать, что я привык к этому кошмару, но постепенно он перестал мне сниться. Возможно, так же будет и с твоим сном.
– А если это все же видение?
Гронидел внимательно смотрел в ее наполненные болью синие глаза.
– Тогда мне бы хотелось, чтобы ты нашла в себе силы выиграть то сражение и выжить.
– А мне хочется толкнуть тебя в плечи и сбросить в воду, – разозлилась она. – Я говорю, что ты будешь к тому времени мертв, а ты будто не слышишь.
– И как меня не станет?
Она насупилась.
– В смысле?
– Ну если в твоем сне я мертв, то хотелось бы узнать, каким именно образом я отправлюсь на тот свет.
Она помотала головой и поморщилась. Хотела вспомнить детали, но не смогла. В голове оказалось так же пусто, как в дырявой колоде.
– Я не знаю, как и когда именно это произойдет, – удивленно огласила Сапфир.
– Тем не менее ты уверена, что я мертв. – Он ласково ей улыбнулся. – А вдруг я жив, но ты об этом не знаешь?
– Бред! – Она отвернулась. – Ты опять манипулируешь мной и пытаешься убедить в том, чего нет.
– И снова я злодей, – хмыкнул Гронидел.
– Не зли меня, – прохрипела она. – Ничем хорошим это для нас не кончится.
– Хорошо. Я пару минут помолчу, а ты попробуешь вернуть себе самообладание и успокоиться. Уговор? – Он протянул ей ладонь.
– Уговор, – она пожала протянутую руку.
Кожу на запястье запекло огнем, и метка связи заалела на нем ярким красным цветом.
– Я не давала согласия на постоянную слежку за собой, – прошипела ему в лицо разъяренная принцесса.
Гронидел специально сжал губы, демонстрируя выполнение своей части сделки, и развел руками, показывая схожую метку на своем запястье.
Сапфир присмотрелась к его рисунку из маны и прочла замысловатые буквы «О» и «В». Затем изучила свои знаки и обнаружила связанные друг с другом ветвями «З» и «Ш».
Принцесса склонила голову набок, не скрывая от мужа возмущение:
– Огненная Ведьма и Зальтийский Шершень? Ты в своем уме?
В ответ он лишь пожал плечами и снова хмыкнул. Кажется, инициалы Огненной Ведьмы на собственном запястье его нисколько не смущали. Впрочем, как не смущало и Сапфир, что теперь она помечена инициалами прозвища, обладатель которого еще месяц назад одним своим присутствием выводил ее из себя.
Внезапно лошади, стоявшие на привязи в отдалении от путников, начали брыкаться и ржать. Их волнение моментально передалось другим животным и птицам, которых везли на пароме. Крики, мычание и вой превратились в галдеж, от которого люди пришли в ужас. Сапфир хотела подойти к загону, в котором стояли их с Грониделом лошади, но принц схватил ее за руку и жестом приказал оставаться на месте.
Гронидел
Он уже понял, что быть беде. Что животные почуяли опасность раньше людей и теперь пытались выбраться на волю, невзирая на водную гладь.
  
«Не нападай на того, кто тебе ничего не сделал», – прозвучал голос отца.
Принц резко обернулся, пытаясь в толпе взволнованных людей отыскать покойника, пока не понял, что этот голос слышал только он.
– Водный змий! Водный змий! – начали кричать с разных сторон и указывать пальцами на воду.
– Что это? – сдавленно прохрипел голос Сапфир.
Она прижалась к борту и смотрела вниз.
Гронидел сделал то же самое и в полупрозрачной воде увидел очертания гиганта. Толстая перламутровая кожа существа переливалась и мерцала, завораживая своей необычной красотой. Тело твари достигало нескольких саженей в ширину и могло обмотаться вокруг парома и раздавить его, как превращало в щепки мелкие лодки и небольшие корабли. Гигант проплыл под судном, нырнул вглубь и вернулся, чтобы показать широкую продольно сдавленную морду и пасть, которую, словно ковер, выстилали ровные ряды остро заточенных клыков. Эта нечисть буйствовала в Бескрайних водах и редко заплывала в реку Изу, где вода была пресной, а крупных морских животных и вовсе не водилось. Люди не раз объявляли охоту на этого змия, и еще никогда им не удавалось его убить. Чересчур большой, он поглощал всех, кто окажется в воде, и моментально превращал живую плоть в фарш. Никто доподлинно не знал, один он появился в Бескрайних водах или тварей было несколько, но после гибели охотников и рассказов чудом выживших свидетелей желающих поохотиться на зверя резко поубавилось. Возможно поэтому о водном змие давно никто ничего не слыхал: люди не трогали его, а он не трогал людей.
Нечисть вынырнула из воды и показала морду. Над пастью чудовища располагались два чернеющих круглых глаза, обрамленных складками жабр. Подобно оборкам на нижних юбках продажных дев, жабры вздымались и опускались на ветру, приковывая взгляд сторонних наблюдателей. Тварь несколько мгновений неотрывно следила за людьми, замершими на пароме, а потом разинула пасть.
Сапфир протянула к ней руку, и на пальцах принцессы начал шириться огненный шар. Гронидел схватил жену за запястье и развеял огонь.
– Подожди. Он пока нам ничего не сделал.
– Ты в своем уме? – сдавленно произнесла принцесса.
– Я не знаю, – честно признался Гронидел и отпустил ее руку.
Он смотрел в черные круглые глаза нечисти и как будто видел в них свое собственное отражение. Тварь с красивой перламутровой кожей и огромными зубами наводила ужас не только своими размерами, но и жуткими историями о ней, всякий раз всплывавшими в уме и кочующими из уст в уста.
Внезапно сверху послышался громкий животный крик. На звук все подняли головы и увидели пикирующих с неба когтекрылов. Не одного, а трех особей, которые летели вниз, образуя клин. Никто не понимал, откуда они взялись и куда теперь деваться с парома, где опасность поджидает и в воде, и в небе.
Сапфир выставила руки, готовясь спалить летящих вниз когтекрылов, но тут водный змий скрылся под водой, а затем выпрыгнул из нее.
Огромное длинное тело монстра взмыло над паромом и в одно мгновение воронкой из колец обмотало летящих вниз когтекрылов. Раздирающий уши крик тварей всех оглушил. Змий вместе со взятыми в плен хищниками рухнул в воду с другой стороны судна, подняв волну, едва не перевернувшую паром.
Казалось, будто сама земля сотряслась после этого падения.
Сапфир сидела на полу и сплевывала воду, которой окатило всех с головы до пят. Водный змий со своей добычей исчез, будто их никогда и не было.
– Ты знал, что так будет? – принцесса взяла Гронидела за руку и заглянула ему в глаза.
Он отрицательно покачал головой.
– Тогда почему ты меня остановил?
– «Не нападай на того, кто тебе ничего не сделал», – принц повторил слова, услышанные совсем недавно.
Сапфир прижала ладони к щекам Гронидела и уперлась лбом в его лоб.